Я стану твоим ангелом
В горле пересохло, ладони вспотели. Окончательно прикончив мучившую меня совесть, я встряхнулась, чтобы избавиться от оцепенения, и ринулась обыскивать кабинет моего проклятого хозяина, а не спасителя. Взламывать личный модуль Маду я не рискнула, будучи уверенной, что он защищен еще надежнее, чем весь этот комплекс. Прошлась по ящикам стола и шкафам, любезно открывавшимся благодаря отпечаткам хозяина.
Вскоре я нашла вожделенный контейнер – не менее пары сотен идентификационных киберкарт с брелоками, где указаны данные владельца: имя, возраст, гражданство и тому подобное. Оставалось только их активировать, чтобы в Тесее появились новые жители. Причем, преимущественно женского пола, зато из разных миров. Однако размышлять на отвлеченные темы, зачем Маду такое количество новых киберкарт, было недосуг. Мой взгляд зацепился за карточку с именем Мараи Мочан, двадцатипятилетней гражданки мира Дварг. О, даже так! Наверное, хозяин все предусмотрел, прикинув, что внешне дварги похожи на землян, только псионики.
Синхронизировав киберкарту со своей базовой матрицей и активировав новую личность, я стала госпожой Мочан с планеты Дварг. Века блужданий по просторам космоса в замороженном виде не в счет, мне все те же двадцать пять лет. И теперь я с официальными, чистыми документами и в законе!
Дальше я застопорилась перед шкафом, где, как и надеялась, хранились безымянные дзанганы. Как и на Земле, в Тесее давно исчезла материальная валюта, повсеместно в ходу цифровые дзаны. Для их хранения и использования создали разные устройства как персональные, так и вот такие безымянные на определенное количество дзанов. Такими легко рассчитываться, если не хочешь светить свое имя в сделке. И совершенно не удивительно, что у контрабандиста и торговца живым товаром целый шкаф этих кошельков разной формы и содержания.
Я протянула руку взять один из них, в виде тонкого серого колечка, но пальцы словно судорогой свело. Это вбитые с рождения запреты встрепенулись: чужое брать – стыд и позор, преступно. С горечью хмыкнула и все же вытащила из мягкого ложа дзанган. Надела на палец, и умный девайс плотнее охватил фалангу, теперь точно не потеряю. Рвано вдохнув-выдохнув, глядя на неприметное колечко, со стыдом признала, что многими принципами поступилась, ради свободы и сохранения своей личности, и неизвестно, сколько еще придется. Но со своей совестью я потом разберусь.
Из кабинета выскользнула с колотящимся сердцем. От страха мутило. Я потратила уже двадцать семь минут. Обычно Бельдилаж оставлял меня в лаборатории на час-два, не больше. Время утекало так быстро, что отчаиваться было некогда, ведь теперь есть билет на свободу. Осталось найти транспорт. И у меня лишь одна идея, как сбежать из этого комплекса.
Воспользовавшись лифтом и отпечатками пальцев хозяина, я спустилась на подземный уровень. Ориентировалась по карте, которую показывал мне укра… заимствованный у Бельдилажа в лаборатории наручный кибер. И неистово молилась, чтобы вирус не засекли и я осталась невидимкой для камер. Чтобы ни у кого не возникло мысли: с чего это вдруг лифт с закрытых уровней несется на технические пустым?
Благодаря подключению к камерам я сумела избежать нескольких фатальных встреч с сотрудниками центра. Наконец добралась до цели – огромного подземного мусороперерабатывающего накопителя. В служебном помещении взяла защитный костюм и маску. Быстро надела и пошла к транспортерам по мрачному коридору, где даже в маске остро воняло химией.
Активная и разносторонняя деятельность огромного комплекса господина Маду способствовала накоплению большого количество мусора. Тоже различного, от топлива для летательных аппаратов и высокотехнологичных элементов очередной технической новинки до обычных отходов жизнедеятельности. Все это здесь сортировалось, утилизировалось по возможности, а остальное сжималось в брикеты, которые вагонетками вывозились по подземному гравитуннелю на мусороперерабатывающий завод на материке. Этот ежедневный состав вряд ли тщательно досматривался – надо еще поискать того «зайца», чтобы захотел на нем «прокатиться» под тоннами этих самых брикетов, а на пустой плоской платформе, когда состав возвращался, просто некуда прятаться.
Грохот автоматических подъемников, сигналки и шум пневматики гравипоезда я услышала издалека и ускорилась. Опоздать на него означало бы обречь себя на провал. И я, потея в тяжелом костюме-панцире и задыхаясь в непривычной маске с явно не под землянку настроенной кислородной смесью, бежала на шум. Выскочив из коридора в огромный ангар, где загружали последнюю платформу, я застопорилась. Дальше пришлось передвигаться перебежками, приседать, перекатываться, чуть не лишиться головы. Здесь работали исключительно роботы, выполнявшие однообразные действия. Мелькали захваты, грузовые «лапы», стальные сочленения и целые блоки проносились мимо со всех сторон.
Чудом сумев забраться на ближайшую платформу, я попыталась отодвинуть один из мусорных брикетов и запаниковала: он неподъемный. Пришлось, рискуя жизнью, перебираться на вторую, а затем на третью платформу, где меня догнала удача – брикеты оказались меньшего размера и мне по силам. В результате я с огромным трудом растолкала их и ввинтилась в узкое пространство между ними в надежде, что ехать придется недолго. Мало того, если во время движения что-нибудь сдвинется, а то и обвалится, то я могу запросто погибнуть, не говоря уже о травмах. Но мысль о возвращении к хозяину страшила еще больше. Через минуту я ощутила легкую вибрацию – мусоровоз отправился в путь.
Вскоре исчезли даже проблески света, казалось, мы нырнули в бездну. Стало дико холодно; если бы не плотный защитный костюм и маска, я бы снова превратилась в Снегурочку. Только захороненную не в космическом теле, а среди токсичных отходов жизнедеятельности. Но я не замерзла и не задохнулась, меня догнала другая напасть – по прибытии на площадку разгрузки я все еще пыталась справиться с панической атакой.
Помог знакомый грохот, проблески света и легкие толчки. Платформы двигались вперед, переднюю уже разгружали. Мои конечности окоченели и двигались с трудом, но, наверное, на адреналине, растолкать брикеты ногами мне удалось. Выбравшись наружу, я чуть не завопила от радости, увидев открытую наземную площадку. Похоже, я оказалась довольно далеко от побережья.
Спустившись, я поковыляла прочь с территории мусоропереработки. Никогда не думала и даже представить себе не могла, что когда-нибудь буду передвигаться по местности словно диверсант, прячась при виде любого разумного в подобном моему костюмчике. Мне опять удалось выбраться. За территорией я стащила с себя защиту и оправила костюмчик от Маду, похожий на спортивный, стеганая куртка с легкими ботиночками тоже оказались кстати. Впрочем, на Миритиме сейчас тепло.
Натянув капюшон, я быстрым шагом направилась в сторону космопорта. Вернее, взяла туда курс и решила использовать для этого кошелек Маду. Там просто обязана быть приличная сумма, иначе зачем его было хранить в столь защищенном месте как личный кабинет. Но вот как пойдет процесс? Сплошное волнение, тревога, сомнения. Тем не менее, вызванное в малолюдную промзону роботакси прибыло тут же, стоило запросить его через кибер. Добравшись до космопорта, я всхлипнула от облегчения, когда оплата прошла как по маслу.
Живем? Живем! Эх, если бы время не подгоняло, сжимая тисками страха мое сердце и кишки.
Космопорт потряс меня до основания. Миритим – густонаселенная планета, с активным транспортным сообщением. Я впервые здесь не в виртуальной, а самой что ни на есть реальной реальности увидела толпу разношерстного народа – гуманоидов разных видов и рас. Поначалу даже забылась, шла и крутила головой, разглядывая особенно ярких и непривычных путешественников. Но меня быстро вернули на грешную землю – толкнули тележкой с багажом, чуть не затоптали огромными лапами и явно от зашкалившего раздражения едва не ужалили ядовитым шипом, предварительно облив презрением, хлестнувшим из выпученных кислотно-желтых глаз.