На острие победы
При этих словах Шпеер глубоко задумался, уставившись в одну точку на столике, а Гротте нахмурил лоб, почти поборов дрожь в подбородке. Если сам рейхсминистр вооружения Великой Германии заговорил об абсурдности и несбыточности грез своего покровителя, то о каких масштабных или футуристических проектах вообще можно было задумываться!
– Господин рейхсминистр, скажите, у нас теперь вообще не будет разрабатываться никакой более-менее значимой бронетехники?
– А чем вам плохи «Тигры»? – Шпеер вырвался из хаоса мыслей и продолжил курить. – Про разработку «Пантер» и «Фердинанда» вы уже знаете. Ими занимается Порше. Можно сказать, вполне удачно, хотя мне и не нравится идея дизельного двигателя воздушного охлаждения. Эти долгосрочные эксперименты с дизелями не нужны Германии, некогда мусолить из пустого в порожнее то, что заведомо утопично. Необходимо использовать авиационный двигатель фирмы «Даймлер-Бенц АГ». Только это спасет в короткий срок качество новой техники!
– Но вся эта бронетехника не идет ни в какое сравнение с монстрами, задуманными фюрером и мною… гм… и вами! Я слышал про новый проект Порше, – позволил себе заикнуться Гротте, жадно гипнотизируя бутылку с французским коньяком, – но это же не танк. Это САУ?
– Так и есть, Эдвард. Но не совсем САУ. Месяц назад Порше продемонстрировал фюреру проект нового танка, точнее сказать, уже его модель, потому что чертежи и идею проекта создания «Мышонка» профессор изложил еще прошлым летом. В нем мне тоже не понравилась затея с дизелем и электромагнитной коробкой передач, я обязал Порше искать иные способы трансмиссии и двигателя. А сейчас в Берлине мы смогли лицезреть деревянную модель «Мышонка», которая понравилась Гитлеру, за одним исключением – 128-мм пушка на этом гиганте выглядит детской шалостью, поэтому фюрер настаивает на 150-мм орудии, спаренном с 75-мм пулеметом. Вы же знаете фюрера, он страдает тягой ко всему масштабному! На днях я отправляю в Штутгарт своих спецов из Управления вооружений, чтобы оформить заказы на производство отдельных узлов будущего «мастодонта». Там и ваш родной концерн «Крупп» завязан по башне и корпусу, и «Сименс» по электрооборудованию. Вся ходовая часть будет изготавливаться на «Шкоде», ну а общая сборка – на «Алкетте». Фюрер стопроцентно одобрил проект и отдал все необходимые распоряжения.
– «Мышонок»?! Его вес и размеры, огневая мощь и броня выглядят детским лепетом рядом с «Крысой», – промямлил Гротте, ощутив прилив крови в висках.
– Господи, профессор! – Шпеер дернулся в кресле, перекинул ногу за ногу, стал снова наливать коньяк. Себе плеснул и инженеру-конструктору тоже. – Ну, хватит уже про свои мечты! Хватит, Эдвард. В металл мы ее возводить не будем – это уже точно и безоговорочно.
– А что, есть вариант не в металле? – инженер ехидно хмыкнул, вскинул брови, нахмурил лоб, приняв от партийного босса бокал.
– Есть. Фюрер же намекнул там, в зале, про запасной вариант, предложенный ему Гиммлером. Рейхсфюрер мастак на всевозможные придумки и способы нагадить Советам, особенно их контрразведке. Вот и затеял очередную авантюру, способную, по его утверждениям, не только нанести приличный урон противнику, но и окупить все затраты, связанные с полугодовой разработкой проекта «Крыса».
Гротте посмотрел на рейхсминистра как на умалишенного, даже попытался улыбнуться, но его рот издал только скептический сарказм:
– Что же это за вариант такой, придуманный СС? Сбросить «Крысу» с неба прямо на здание русского НКВД и голову Сталина?
Шпеер разразился диким хохотом, поперхнулся дымом сигары, отчего покраснел и расслабил ворот сорочки.
– Профессор, а вы не такой, каким кажетесь! Умеете ляпнуть в точку. Только Сталин не сидит в НКВД, там его зам правит. Берия, – Шпеер стал серьезным и внимательно посмотрел на собеседника, – думаете, зачем к вам прилепили этого Штоффе? А для чего присутствующие здесь гауляйтер Кох и местный владелец пастбищ Вейс? Гудериан и Геринг. Еще не понимаете смысла? Вижу, что нет.
– Н-нет.
– Были бы вы разведчиком Канариса, может быть, прокачали ситуацию и поняли, зачем здесь сегодня собрался цвет нации. Причем местной верхушки! Еще не догадываетесь, Гротте? Хорошо, не буду мучить вас догадками и неудобными позами, – Шпеер снова улыбнулся, видимо, от комичности ситуации и нелепого вида профессора, – слушайте. Вам при полной моей поддержке, а также при содействии Коха и Гиммлера необходимо в короткий срок на Куммерсдорфском полигоне собрать полномасштабную модель «Крысы». Да-да, Эдвард, именно деревянную копию вашего танка по проектным габаритам. Вы спросите зачем? И я отвечу вам. В полной секретности вы со своими помощниками из «Круппа» создадите «Крысу», в качестве рабочей дармовой силы используете военнопленных местного концлагеря, которых вам в достатке выделит СС. Бригадефюрер Штоффе обеспечит охрану объекта, поставку рабочих и маскировку изделия. В целях большей конфиденциальности и изоляции от воздушной разведки англичан и русских собирать танк будете в ангаре номер пять завода «Алкетт», что находится особняком от полигона, в тридцати километрах от Берлина. И только ночами. Ни одна собака не должна узнать, что со станков завода через два месяца сойдет пустышка, призрак, приманка, а не настоящее броневое чудо. Затем «Крысу» направят на Восточный фронт.
– Не понял вас, господин рейхсминистр!
– Танк будет постоянно накрыт брезентом, охраняться отдельным батальоном СС и приданными ему частями зенитчиков, мотопехоты и агентами Абвера.
– Но позвольте, как… и где он будет воевать с русскими, будучи выполненным из дерева? – изумился Гротте.
– То-то и оно, мой дорогой профессор, что он не будет воевать! Воевать и атаковать будут его… Что вы так смотрите? Я также воспринял тогда эту идею Гиммлера, и, наверное, моя физиономия выглядела хлеще вашей, Гротте. Ха-ха. План вполне фееричен и дерзок, рентабелен и действительно амбициозен. То, что не удалось воплотить в жизнь, мы сможем использовать в интересах Германии, насмешив, а главное, удивив весь мир. Вот только Советы, думаю, разозлятся пуще прежнего! Но им это полезно. Сильно уверовали в свою непоколебимость и стойкость. Пусть отведают ложку дегтя в своей медовухе.
– И все же?
– Мы используем бутафорию танка для привлечения всех разведок мира, в частности, русских и англичан. Закинем дезу в их страны насчет того, что Германией произведен сверхтяжелый танк, который направляется на Восточный фронт для поддержки войск вермахта и укрепления плацдарма здесь, в Восточной Пруссии. Все враги, толком не зная и абсолютно не видя фальшивки, клюнут… а мы уверены, что клюнут на эту приманку, начнут засылать десятки разведывательных и диверсионных групп, чтобы уничтожить танк и по возможности собрать по нему технические материалы: чертежи, фото, планы и так далее. Усекли? Тут их и будут вылавливать люди Гиммлера. Точнее, попросту встречать на небольшой территории, охраняемой вдоль и поперек штурмовиками СС.
– Так вот зачем здесь собрались местные главы и воротилы военного бизнеса! – вырвалось у Гротте, закатившего глаза и открывшего от недоумения рот.
– Вот именно, Эдвард! Фюрер с Кохом и Вейсом выберут подходящий сектор недалеко от Мазурских озер, где будет крейсировать лже-«Крыса», тот район, где меньше укрепточек и секретных объектов вермахта, а также населенных пунктов. Штоффе обеспечит надежную и долговременную охрану изделия, а Канарис будет отвечать за поток дезинформации в сторону русских и за работу своей контрразведки. Он уверен, что НКВД клюнет сразу, и их диверсанты, как мухи на варенье, начнут слетаться к ловушке, пока не уничтожат ее.
– Или пока не раскроют секрет крысоловки! – прошептал Гротте, витая уже далеко от Ставки Гитлера, мысленно представляя транспортировку и обороноспособность своего детища в деревянном макинтоше.
– Крысоловки?! Хм, это вы верно подметили, профессор. В точку. Так оно, Эдвард. Поэтому в силах СС и Абвера сохранить правду о «Крысе» и ее живучести. Кстати, вы назначаетесь ответственным за создание макета танка в должности главного конструктора. Ваше присутствие в районе боевых действий не понадобится, только на стадии изготовления модели в «Алкетте». Распоряжение вашему руководству в лице Круппа уже подписано мною. Итак, у вас есть вопросы по этой операции?