Босс, хочу от тебя ребёнка! (СИ)
Официант поставил передо мной керамическую чашку. Горячий шоколад с шапкой взбитых сливок. Никита ограничился чашкой чёрного кофе без сахара, отхлебнул и пристально наблюдал за мной. Я вдохнула аромат напитка. Запах чёрного шоколада приятно щекотал ноздри. В отдалении были заметны ароматы ванили и корицы, они лишь оттеняли густой аромат шоколада. Я осторожно отпила терпкого напитка. Шоколад согревал. Перец чувствовался, придавая напитку пикантную нотку с остротой, но не забивал вкус шоколада.
— Нравится?
— Очень. Ммм… — улыбнулась я и не удержалась, лизнув шапку взбитых сливок.
— Провокационно, Женя, — усмехнулся босс, сверкнув тёмными глазами.
— У тебя такой взгляд… Чувствую себя простушкой, заключившей сделку с дьяволом. Что ты заберёшь у меня за исполнение желания?
— Тебя. И я уже забрал… — невозмутимо заявил босс, обмакнув палец в горячий шоколадный напиток. И провёл им по моим губам. Нагло и бесстыже, на глазах у всех посетителей ресторана. Я облизнула палец и приблизила лицо к боссу, прошептав:
— Я должна была спросить, не грызёте ли вы ногти, Никита Андреевич?
Мужчина улыбнулся, подавшись немного вперёд. Ветерок его дыхания обжёг мои губы:
— А как ещё нужно было заставить вас перестать так нагло провоцировать меня?
Мгновение мы смотрели друг другу в глаза, а потом расхохотались.
— Обращайся ко мне на «вы» только если поблизости есть кто-то из работников, Женя.
— Хорошо, Никита… Можно называть тебя Ник?
— Да, пожалуйста. Кстати, надо сказать маме спасибо за то, что отговорила отца называть меня «Никоном», — хмыкнул босс. — Папа ударился в православие на старость лет и хотел меня назвать, как какого-то патриарха.
Я рассмеялась.
— Как только родители не называют своих детей!.. Но и Никон мне тоже нравится. Необычно звучит.
Поход в ресторан не окончился только на этом. Прогулка затянулась. С Никитой было легко общаться, когда он не корчил из себя «великого босса всех времён и народов». У нас было схожее чувство юмора и особенно весело было парировать ему, отвечая на колкости.
Никита подошёл, чтобы открыть передо мной дверцу автомобиля и помочь забраться. Но внезапно он развернул меня к себе лицом и принялся целовать меня. Напористо и жадно, отбрасывая все сомнения в сторону. Его язык вытворял что-то безумное жаркое и бесстыдное у меня во рту. И от одного этого поцелуя вся одежда вдруг начала казаться лишней и ненужной.
— Ни-и-и-к, — простонала я, прижимаясь к его твёрдому телу.
— М-м-м-м… Забрать тебя на все выходные к себе?..
— Вернёшь меня в воскресенье? — спросила я, вновь касаясь его губ. Кто же знал, что с боссом так чертовски приятно будет просто целоваться? Его губы казались лакомством, которое нужно было как следует распробовать, пока есть такая возможность.
— А как же благоприятные дни? Не хочется упускать ни один шанс, — лукаво произнёс босс, прижимаясь ко мне и показывая, как сильно ему не хочется упускать шансы. Ох, как не хочется-то… Что готов протаранить меня прямо здесь!..
— И потом, у тебя дома живёт змея. Решено. Ты ночуешь у меня и сегодня, и завтра.
— В понедельник на работу, — напомнила я.
— Ерунда. Возьмёшь всё необходимое завтра… А теперь вперёд, Женя. Не будем терять зря время…
Глава 16. Евгения
Никита Андреевич не терял время зря, усердно трудясь над поставленной задачей. Он был таким жадным и готовым вновь сорваться в пучину жаркого секса, что я не выдержала.
— Ник?..
— Да? — лениво отозвался босс, отбросив мокрые тёмные пряди волос. Сейчас с трёхдневной щетиной он выглядел жутко привлекательным. Я обвела взглядом мужское лицо, понимая, что он начинает мне нравиться. Даже не так. Он чертовски мне нравится. Мне начинает нравиться даже его нос!.. Дожилась…
— Ты что-то хотела спросить?
— Ах да!.. — спохватилась я и спросила совсем не то, что хотела. — Точно не из-за меня у тебя нос неправильно сросся?.. Ну, тогда ты поскользнулся и упал.
— Хочешь загладить свою вину?
— Нет!.. Ужас, какой ты повёрнутый на сексе!..
— Существует немало способов заглаживания вины. И кто из нас двоих повёрнутый на сексе, Женя? — начал дразниться босс.
— А если серьёзно?
— Нет, конечно. Не ты. Я после тебя не единожды ломал нос. Именно так нос сросся у меня после одной поездки в горы. Я увлекаюсь экстремальным горнолыжным спуском. Последний раз вышел очень экстремальным… Я застрял в горах на три дня из-за схода снежной лавины. Ютился в заброшенном домике с вывихнутой рукой и сломанным носом. Так что когда меня нашли, уже не хотелось ничего ломать заново. Плюнул на это…
— Ого! — я посмотрела на босса по-новому. Ни за что бы не подумала, что он увлекается чем-нибудь подобным. — А сейчас ты не катаешься на лыжах?
— Почему? Катаюсь. Сломанный нос меня не остановит…
Выходные казались мне какими-то долгими и невозможными. Я даже начала беспокоиться, не сплю ли я. Потому что происходящее казалось нереальным… И я боялась наступления понедельника, думая, волшебство растает.
Но вопреки моим ожиданиям, ничего страшного не произошло. Никита отвёз меня на машине до офиса. Я порывалась вылезти из его автомобиля немного раньше и пройтись пешком, но Никита жёстко пресёк эти попытки.
— Будут болтать всякое!..
— А тебе не плевать? — хмыкнул босс.
Да, наверное, плевать. Особенно если учесть, что скоро меня здесь уже не будет. Я немного загрустила по непонятной причине и включилась в привычный режим работы. Я старалась гнать от себя мысли о Никите. Теперь я не могла смотреть на него просто как на начальника. Я видела в нём мужчину, привлекательного особой резкой и грубоватой красотой.
Вошла в кабинет, как он проворно закрыл дверь на ключ и шагнул ко мне, обнимая.
— Тебе нужно объявить выговор, Евгения.
— За что?
— За то, что мешаешь мне работать. Я ни о чём другом думать не могу, так сильно хочется…
Босс прижал меня к себе и впился в рот жалящим поцелуем, принялся быстро и глубоко толкаться языком. Его ладони шарили по моему телу, то забавляясь с грудью, то сжимая попку. От очередного его щипка я сдавленно охнула и застонала, потому что следом босс принялся выкручивать соски пальцами. Никита отстранил меня от себя и обвёл меня горящим взглядом. Никита начал расстёгивать ширинку, а второй рукой надавил мне на плечо.
— Это что? — возмутилась я, глядя, как босс освободил эрегированный член и поглаживает возбуждённый ствол пальцами.
— Хочу оказаться в твоём ротике, — прошептал Никита, прикрыв глаза, и вновь поцеловал меня, вызвав головокружение.
Я старалась проигнорировать возбуждение, которым была накачана моя кровь, и вяло отбилась от попытки босса соблазнить меня на рабочем месте.
— Ммм… Порадуй меня. Я готов… очень-очень готов… исполнить твоё желание.
— От минета дети не появляются.
— Один твой сладкий минет в обмен на мою готовность неустанно трудиться над зачатием ребёнка…
Босс надавил пальцами ещё сильнее. Я как будто загипнотизированная опустилась на колени, перехватив управление его эрегированным прибором.
— С чего ты уверен, что минет будет сладким? Вдруг я наелась перца чили, и у тебя всё будет гореть? — спросила я, понимая, что это была последняя шутка. Потому что я облизнула губы и поцеловала подрагивающий кончик члена.
— Ммм… Значит, будем гореть вместе, — мучительно простонал босс, наматывая пряди моих волос на кулак.
Мои пальцы крепко обхватили член у самого основания. Я приоткрыла ротик и кончиком языка ударила по головке, отстранилась, посмотрев на босса снизу вверх.
— Это всё, заяц?.. — разочарованно выдохнул босс, проведя пальцем по моей щеке. — Придётся преподать тебе урок глубокого траха в ротик.
От его слов в моё животе начали порхать… Наверное, у всех других порхали бабочки или мотыльки. Но у меня порхали какие-то голодные драконы, которые, к тому же плевались огнём, потому что стало очень-очень жарко. Я поднялась немного выше, обводя языком низ живота. Кожа подрагивала от прикосновений влажного языка. Пальцами я начла двигать по члену, оттягивая разгорячённую нежную кожу.