Босс, хочу от тебя ребёнка! (СИ)
— Ммм… Мне уже значительно полегчало… Правда. Но одного укола анестезии мне мало. Надо ещё.
— Ладно, Ник. Ты мне нравишься. Очень-очень нравишься… Иногда мне начинает казаться, что я от тебя без ума.
— Казаться?
— Да, а потом я вспоминаю, какой ты вредный, циничный, насмешливый… Заботливый, сексуальный и сумасшедший… И понимаю, что…
— Ну-у-у… — нетерпеливо сказал Ник.
— Приехали. Выгружаем. Потом поворкуете, голубки, — резко оборвали нас санитары и понесли Ника в травмпункт.
Глава 36. Евгения
Оказалось, что травма у Ника достаточно серьёзная. Удар машины был сильный и Ник заработал себе закрытый оскольчатый перелом тела тазовой кости со смещением. Правую ногу Ника в больнице сразу же «повесили» на вытяжение, чтобы сломанная кость оставалась на месте. Я заглянула в палату и услышала знакомый голос.
— Полежи пока так. Операцию будем делать после стабилизации состояния… — говорил приятель Никиты.
— Знакомые всё лица… — мрачно сказала я, узнав Андрея Викторовича.
— Ай-ай-ай!.. Как нехорошо, — покачал головой врач, обернувшись. — Я же просил вас, Евгения, не тревожить больного. Иногда с рассудком после сотрясения мозга случаются вот такие казусы, что человек ведёт себя крайне неадекватно, под машины кидается!..
— Никита, скажи, долго ли этот врач будет лепить мне сказку про амнезию? — возмутилась я и посмотрела на врача, сказав. — Клятвопреступник!.. Гиппократ бы не стал с вами на одном поле…
— Женя… — попросил Ник, сжав мои пальцы.
— Прогуливаться бы даже и то не стал! — закончила мысль я.
— А-а-а… Так все уже в курсе! — облегчённо вздохнул Андрей. — Я тебе говорил, Ник, что идея — фуфло…
— Долго Никиту будут держать в больнице?..
— Достаточно долго, — усмехнулся Андрей Викторович. — Перелом серьёзный. Сейчас вытянем ногу и через несколько дней проведём остеосинтез. Если всё пройдёт, как надо, недели через две после операции снимем швы. Скажу сразу, что реабилитация будет длительная. Но это послужит уроком горе-каскадёру… В следующий раз не будет кидаться под машины.
— Я бы успел, — возразил Ник. — Я этот трюк проделывал не один десяток раз…
— Ага. Но с десяток лет назад, — заржал приятель Ника. — Поздно геройствовать, брат. Переходи на домашние удобные тапочки, просмотри объявления и выбери себе дачный участок…
— Ради любимой геройствовать никогда не поздно, — заявил Ник. — Кажется, у тебя ещё куча пациентов, кроме меня. Иди на обход!..
Ник отправил своего приятеля прочь и потянул меня к себе. Я осторожно присела на край кровати и наклонилась, чтобы поцеловать мужчину, смотрящего на меня с нетерпением.
— Кажется, что с экстремальным горнолыжным спуском тебе придётся завязать. Как минимум на год, а то и полтора…
— Придётся, да. Но взамен я получил нечто гораздо большее. Тебя, нашего малыша…
Ник погладил горячей ладонью мой живот.
— Ты гладишь мой живот? Малыш ещё совсем-совсем крошечный. Его, наверное, можно разглядеть пока только под микроскопом! — рассмеялась я.
— Уверен, что малыш уже всё чувствует! — убеждённо заявил Ник. — Полежишь со мной немного?
— Не думаю, что тебя можно беспокоить даже так, — сказала я, но всё же осторожно легла на кровать рядом с Ником, обняв его за торс…
— Мне уже полегчало. Чувствую, как началась ускоренная регенерация. Если добавить ещё немного любви в качестве поцелуя, я очень быстро встану на ноги.
— Вымогатель! — улыбнулась я и поцеловала наглого босса, всё-таки добившегося своего, пусть даже путём наглого шантажа и сумасбродного геройства. Я замерла рядом с Никитой, наслаждаясь близостью любимого мужчины.
— Кстати, ты пострадал совсем-совсем зря. Потому что я и без этого всего хотела сказать тебе «да», — укоризненно произнесла я. — А теперь тебе придётся долго восстанавливаться.
— Чёрт!..
— Да-а-а… И почему ты такой нетерпеливый? Тебе надо всё и сразу?
— Да, — серьёзно ответил Никита. — Именно так. Не хотелось терять ни минуты, так что я схватился за эту возможность. Дурацкая была затея. И я подумал даже, что не стоило заставлять тебя так волноваться. Но было уже поздно… Так что, я наказан за дело. Извини, Женя.
— Я тебя уже простила, — поцеловала я Никиту и спросила, глядя в его тёмные глаза. — Знаешь, Ник… Я никак не могу понять, в какой момент мы поменялись местами? Это же я выпрашивала у тебя ребёнка… Но никак не наоборот!..
— Ха… — хмыкнул босс. — Не нужно было лезть ко мне с поцелуями. Этим ты обрекла себя. Мгновенно. Даже если бы ты не стала изображать из себя развратную секретаршу, я бы всё равно затащил тебя в постель.
— Какой ты самоуверенный!
— Никогда не дразни голодного зверя, — назидательно произнёс босс.
— То есть я удачно попала в период твоей… голодовки на сексуальной почве?..
— Не совсем. Но после первого поцелуя у меня появилось стойкое ощущение, что после него я буду голодным до тебя всегда. Постоянно будет мало…
— Как грозно звучит!..
— Хочешь, сгущу краски, напомнив о предсказании твоей бабули? Речь шла о нескольких детках, так что ты никуда не денешься от меня ещё очень и очень долго…
Эпилог
Восстанавливаться Нику пришлось довольно долго. Через полтора месяца после операции Ник уже передвигался с тростью, чем заслужил прозвище «мой милый старичок». В начале осени Ник уже мог передвигаться сам, без тросточки, и подолгу гулял, порываясь водить автомобилем.
— Нет. Это тебе ещё нельзя делать. Ни в коем случае. Ты прихрамываешь и не всегда можешь резво и быстро нажимать ногой. Я сяду за руль…
— Ты водишь отвратительно. Пять минут страха — и мы на месте!.. Это как раз про тебя, Женя, — съязвил в ответ Ник, садясь на пассажирское сиденье.
— Пристегнись.
— Уже. И подгузник подложил. На всякий случай.
Я выдохнула и постаралась как можно более плавно стартовать. Обычно машина у меня дёргалась вперёд, едва ли не подпрыгивая. Но сегодня всё получилось, как надо.
— Небеса-а-а-а… Если бы сегодня у тебя принимали экзамен по вождению, по одному из пунктов у тебя уже стоял бы зачёт.
— Это похвала или опять иронизируешь?
— Хвалю, конечно же. Ты водишь уже довольно сносно.
— Я научилась парковаться боком. Хочешь, продемонстрирую?
— Не надо. Верю на слово, — торопливо заверил меня Ник.
— Опять издеваешься?..
— Нет, Женя. Просто ты опять прижмёшь машину очень близко к стене. Я не смогу вылезти, потом ты очень долго и нудно будешь пытаться вырулить и припарковаться по-новому. Нет. Только не сегодня. Иначе мы точно опоздаем!..
— Хорошо, — согласилась я, не споря с Ником. — Куда ехать?
Ник назвал мне адрес, но не сказал, что там нас ждёт глубокой ночью. Мы приехали по указанному адресу. Ник вылез из машины, взяв меня под руку.
— Теперь надо подняться наверх…
Подняться пришлось на крышу. Я улыбнулась, увидев романтично оформленное место для свиданий. Белоснежный столик и два стула с витыми ножками. На столе — бокалы для шампанского, фрукты и сладости. Повсюду расставлены свечи и фонарики, испускающие мягкий желтоватый свет. Фоном играла романтическая музыка.
— Нравится?
— Даже не знаю, смогу ли я теперь называть тебя сухарём и циником… Оказывается, ты тот ещё романтик…
— Я старался только ради тебя, — улыбнулся Ник, целуя меня в щёку. — Пойдём?..
Ник повёл меня по дорожке из красных и белых лепестков роз и остановился у самого края крыши. Ночной город с высоты шестьдесят третьего этажа смотрелся как праздничная декорация или сказочная иллюминация. Ник посмотрел на часы.
— Знаешь, какой сегодня день, заинька?..
— Пятница?..
— Да… Сегодня прошло ровно пять месяцев с той ночи, когда ты обманным путём хотела похитить мой ценный биоматериал. Тот самый, который уже превратился в маленькую очаровательную дочурку. Карину.
— Карину? — переспросила я. — Неужели ты решил мне уступить и отказался от имени Камилла?