Отец (не) моего ребенка (СИ)

Расстались мы… некрасиво. Несмотря на то, что серьезных отношений у меня не было, я предпочитал, чтобы люди расходились цивилизованно.
Аня же устроила грандиозный скандал с заламыванием рук, слезами и громкими фразами. В тот момент у меня было полно проблем в бизнесе, так что я просто отмахнулся от этого досадного происшествия, решив что так даже проще. После того дня я ее больше не видел. А оказалось, что она была беременна… Носила под сердцем моего ребенка. Сына.
Разглядывая фотографию темноволосого пацана, я ничего не ощущал. Совершенно. Хотя он и правда был похож на меня. За последние годы во мне убили все человеческое. Без чувств и слабостей было проще выживать в этом непростом, жестоком мире. И меня все устраивало. Абсолютно.
Но теперь встал вопрос что делать с этой новостью. Наверное, впервые я был расстроен профессионализмом Рокотова — начальника моей службы безопасности. Влад был исполнительным, дотошным. Практически другом. Оставить мальчишку и просто не лезть? Это было неплохим вариантом, но если Влад прав, и про пацаненка уже прознал Шумский, это означало одно — он попробует этим воспользоваться. И шанс, что в этом случае все обернется против меня, весьма велик.
Снова посмотрел на фото ребенка. Еще одна проблема, свалившаяся так не вовремя. И все же… Это был мой сын. Возможно. Судя по срокам, Аня могла и нагулять его с кем-то на стороне. Последние пару недель у нас, откровенно говоря, не клеилось. Так что проверить будет не лишним.
В дверь настойчиво постучали, и только после разрешения в кабинет вошел Влад.
— Что думаешь делать? — спросил он, кивнув на документы, лежащие передо мной.
— Придется проверить, — неохотно признался я.
— Тебе не нравится эта идея?
— Если за этим стоит кто-то из врагов, то, конечно, мне это не нравится.
— Но что, если пацан и правда твой?
Я лишь пожал плечами. Все-таки я и правда не задумывался о семье. Проблем в жизни и так хватало, чтобы еще усугублять это лишней слабостью. Да и к чему? Меня не умиляли розовощекие карапузы и беременные с большим животом. Мне было просто плевать на подобное. Кто-то назвал бы меня слишком черствым или бессердечным. И был бы прав. В нашем жестоком мире выживает сильнейший. А каждая слабость — возможность подмять тебя, победить и скрутить в бараний рог. Однажды я уже оказался в самом низу, упав с достигнутых высот. И второй раз позволить себе подобное просто не мог. Поклялся, что никогда не допущу этого.
— Значит, будет наследник, — равнодушно ответил я.
Рокотов коротко кивнул и вышел, оставив меня одного. Я не сомневался — он сделает все необходимое, чтобы либо подтвердить информацию, либо опровергнуть. Взгляд снова вернулся к фото на котором, возможно, мой сын держал за руку симпатичную молодую девушку, которая смотрела на него с таким обожанием, что я не удержался — скривился от этой картины. И решительно закрыл папку с информацией, собранной Владом. Нужно было заняться текущими делами, а эту неопределенность разрешит Рокотов.
Ровно через неделю у меня на руках было неопровержимое доказательство того, что у меня был пятилетний сын. Пацан, который мог поставить под удар все, что я восстанавливал с таким трудом. Стоит кому-то прознать о нем, и все. Моя тщательно выстроенная стратегия, в которой не было ни одной слабой точки, рухнет.
А значит выход был только один — забрать. Забрать и спрятать там, где никто не доберется до мальчишки.
— Какие будут указания? — поинтересовался Влад, ожидая моего вердикта.
— Забрать, конечно. С этой девчонкой ему все равно ничего не светит.
— Могут возникнуть проблемы — Воронцова довольно трепетно относится к мальчику, — тактично заметил начальник охраны.
— Все настолько плохо?
— Они живут вдвоем, и насколько я могу судить по собранной информации, она им очень дорожит и любит.
Это осложняло дело. Выяснить, как Аня была связана с Воронцовой так и не удалось. Ответ на этот вопрос был только у самой Евгении. Но доверять ей резона не было. И хотя по большому счету этот момент был не столь важен теперь, я все-таки предпочитал разбираться во всем до конца.
 
— Возможно, будет лучше, если ты сам поговоришь с ней.
— Я?
— Ты ведь отец, — иронично заметил Рокотов. — А значит имеешь право на мальчика.
— И как это упростит задачу?
— Евгения вроде бы достаточно адекватная женщина. Думаю, она сможет понять твой мотив и позволит забрать мальчика.
Откинулся на спинку кресла, задумчиво потирая подбородок.
— Просто отдаст? Мать?
— Сомневаешься?
Мне нечего было ответить. Для меня слова семья, родители, любовь — все было просто звуком, за которым больше не стояло ничего. Но из общих соображений я понимал, что если женщина правда так любила мальчика, то легко не отдаст его.
— Есть что-то, что сможет помочь пережить потерю? — поинтересовался я, прикидывая риски.
— Ну, уровень жизни у нее оставляет желать лучшего. Дизайнер средней руки, которой не светит какая-то престижная должность в том месте, где она работает.
— То есть деньги? Так банально?
— Деньги обычно работают лучше всего, — усмехнулся Влад. И я был с ним согласен. Продавались все и вся. Вопрос всегда был только в цене.
— И сколько стоит эта Воронцова?
— Думаю, ты с легкостью потянешь это.
— Хорошо. Тогда так и сделаем. Сегодня я уезжаю в командировку, а когда вернусь — заберем ребенка.
— Даниил.
— Что?
— Так зовут твоего сына.
— И?
— Привыкай звать его по имени, — усмехнулся Влад.
— В каком смысле?
— Ты же его отец, Сань. Придется участвовать в его жизни, — беззлобно хохотнул Рокотов и покинул кабинет.
  
5. Александр
 
Командировка прошла успешно, и настроение было не просто хорошим — отличным. Я заключил очень выгодный контракт, который принесет мне хорошую прибыль. Едва сел в автомобиль, встречавший меня в аэропорту, как мне позвонил Влад.
— Все готово, — лаконично произнес он.
— Готово что?
— Мы готовы ехать за Даниилом. Завтра.
Признаться, эти пару дней я даже не вспоминал о мальчишке — не до того было. Все внимание было сосредоточено на подписании контракта и условиях, которые каждая сторона пыталась выторговать для себя.
— Хорошо, — согласился, понимая, что проблему решать все равно нужно. Так что днем раньше, днем позже — не принципиально.
Начальник охраны отключился, и я с чувством выполненного долга откинулся на спинку сидения, чтобы немного отдохнуть пока мы ехали в офис.
На следующий день Марина — моя секретарша — как обычно рано утром озвучила все запланированные встречи.
— И вечером записан Рокотов, — добавила она.
— Влад?
— С пометкой — детский сад, — покладисто согласилась девушка. Я кивнул и отпустил ее. Что-то в этой ситуации смущало меня. Не зря постоянно забывал об этом деле — будто само провидение отводило меня от этого всего. Правда во всякие высшие силы я не верил, считал, что человек сам кузнец своего счастья. И раз уж решил избавиться от слабости, нивелируя потенциальный ущерб, нужно было довести начатое до конца.
День пролетел быстро — работы накопилось. И учитывая, что компания развивалась очень стремительно, то зевать и расслабляться было некогда.
На встречу с Воронцовой взял только одного охранника и водителя. Даже захватил документ с результатом анализа, если понадобится. Рокотов, конечно, настаивал на более многочисленной поддержке, но я лишь отмахнулся. В конце концов не на разборки же ехали. Несмотря на то, что я не испытывал никакого трепета от семейных уз и прочего, все же не хотел пугать женщину, решив попробовать уладить вопрос полюбовно. В конце концов хорошая компенсация и правда должна была сгладить дискомфорт, который я собирался доставить Евгении.
 
Так я думал, пока ехал на встречу. Но уже спустя пару минут разговора стало понятно, что просто не будет. Упрямая девчонка не собиралась сдаваться и пыталась огрызаться. Наивная дуреха. Мне ничего не стоило просто договориться с заведующей детского сада, и Даниил бы уехал со мной тут же. Но… Наверное, остатки человечности требовали сделать это безболезненно. Хотя пришлось, конечно, надавить, чтобы донести до Воронцовой расклад дел.