Последний герой. Том 1

Нет, все-таки в России-матушке. Медсестричка говорила вежливо, но без искры. Странно… Обычно такие на меня реагировали поживее. Может, из-за пижамы? Вид, как у подстреленного лоха. Или… Я попытался себя осмотреть, как мог без зеркала, но тут же пресек сие глупое занятие.
Да пошло оно всё, дядя Максим! Тебе башку прострелили, а ты, как дурак, о женском внимании печёшься. Есть вопросы и поважнее. Например – каким макаром я выжил? Хорошо, что все хорошо… Вот выпустят – к Натахе заеду, ага. В этот раз точно. И к Катьке… Если ещё не замужем.
  
– Эй! Яровой! – вывела меня из думок медсестра. – Вам плохо? Врача звать?
Яровой? Это она мне?.. Похоже, да.
– Я не Яровой, я… – начал было возражать, но тут взгляд зацепился за телек на стене.
Плоский, как мозги у дежурного по райотделу. Чёрный экран – глянцевый, пустой, как морг в ночи. И тут я увидел отражение.
Мутное, расплывчатое, но чётко ясно одно – это не я.
Твою дивизию…
Это кто, мать его, такой?! Где моя квадратная башка? Где сажень в плечах? Где… – рука проверила через штаны – Фу-ух! Это хотя бы на месте…
– Что с вами, эй, Яровой!
Удержался, чтобы не выматериться и не пугать сестричку.
Спокойно, дядя Максим. Сначала проверить все нужно, убедиться, факты собрать, а потом выводы делать. Так сам всех учил. Так жил.
Вдох-выдох… Натянул на морду беспечность.
– Всё нормально, – выдавил я чужим голосом. Чужим. Но звучал он… из меня. – Пить… хочу.
– Кулер в коридоре.
– Кто? – не врубился я.
– М-да… Сильно вас, товарищ полицейский, приложило, – фыркнула она и уже от двери бросила: – Лежите, сейчас принесу.
И упорхнула. Как ни в чём не бывало.
А я остался. Один. В чужом теле. В новой непонятной реальности. Будто с похмелья и без капли спиртного.
Полицейский… Слово-то какое…
Так меня еще никто не оскорблял. Был бы мужик, отхватил бы в грызло мигом. А тут девица глупенькая, сама не знает, что мелет.
Встал и подошел к телеку, чтобы получше рассмотреть себя, пробежался пальцами по гладкому экрану. Прибор вдруг щелкнул, моргнул красным глазом внизу панели и включился. Появилась картинка.
Я отпрянул. А на экране дикторша с губами, как у утконоса, вещала новости.
Как она вообще может говорить с такими губищами? Опухли почему-то, а не лечится. В эфир выпустили, работать заставляют. Бедолага. Грудь тоже опухла? Против такой опухоли я ничего не имею, а вот губы… Кушать же неудобно, да и… я передернул плечами, представив эти пельмени на своем тельце.
Чур меня!
– …а теперь к новостям, – щебетала с экрана «утконос» с лицом китайской куклы.
– В центре Москвы прошёл фестиваль уличной моды и бодипозитив-культуры. Участники прошли по Садовому кольцу, скандируя: «Каждое тело – это храм».
Фестиваль… бодипозитива? Это что еще такое?
– В правительстве продолжаются обсуждения инициативы по поэтапному чипированию домашних животных. Предлагается начать с регистра обязательного учёта собак, затем – по желанию, чипировать кошек.
Э-э… Что за на… Чипы? У скота? Ну-ну… ещё котов нам в базе данных не хватало. Тоже будем по отпечаткам пробивать, видимо.
– Также депутаты Госдумы обсудили новые поправки к закону «О персональных данных». Ожидается, что к концу года биометрическая идентификация может использоваться при получении части государственных услуг. Пока – на добровольной основе.
Биометрия… чипы… Да я что, в кино про киборгов попал? Терминатор, блин…
– А теперь о погоде. Завтра плюс тридцать, атмосферное давление повышенное, уровень пыльцы в воздухе высокий – аллергикам советуют воздержаться от прогулок.
Я сплю. Это точно.
После новостей на экране появился предвыборный ролик. Седой, но крепкий мужик в дорогом костюме уверенно стоял на фоне новых домов, похожих на небоскребы, с вывеской: «ЖК Солнечный». Не знаю, что это значит, но дома зачетные. Стекло, мрамор, фонтан позади, зелень. Цветочки расставлены, но те явно для камеры. Лицо у политика уверенное, голос поставлен.
Но почему мне знакома его морда? Где я тебя видел, конь в костюме?
– Уважаемые жители Новознаменска, – начал он с небольшой паузой. – Все вы знаете, что я выдвинул свою кандидатуру на пост мэра. Я знаю, с чем сталкивается наш город каждый день. И я знаю, что с этим делать. Мы наведём порядок с мусором, завершим транспортную реформу, сделаем акцент на дворах и школах. Особое внимание уделим здоровью и безопасности детей. Каждая школа, каждый детский сад – будет под нашей опекой. Мы обеспечим местные доплаты врачам и учителям, восстановим доверие к власти.
Говорил он мастерски. Явно поработал над речью. Даже звучал убедительно. Но…
Что-то в нём не так. Улыбка – растянута, почти идеальная. А вот взгляд… холодный. Как у хищника…
И тут меня осенило.
Стоп! Какие выборы? Мэра? В Новознаменске? Да они же были… в прошлом году, вроде. Или позапрошлом. А теперь снова?
Голова загудела. Я глянул на экран, потом в угол палаты. Всё чужое. Не просто тело не моё… Год другой. Время не то. Всё не то.
– И помните, уважаемые земляки, – гипнотизировал взглядом политик. – Вальков Герман Сильвестрович всегда держит слово.
Как обухом по голове.
ЧТО???! Вальков?!
И тут я узнал его. Вальков, он же Валет. Только старый. Ах ты сука!
Бам!
Я зарядил кулаком ему в холеную морду. Раздался сухой треск, экран погас, паутина трещин расползлась от центра по краям. Сдох телек, а Валет живой.
Ничего, это тоже поправимо.
– Яровой, – дверь палаты как раз распахнулась. – К тебе посетители…
 
Глава 3
 
Это проговорил врач презентабельного вида в белом халате, правда, больше похожем на летний пиджак – карманы со строчечкой, воротничок выглажен, как на приёме у губера. На груди бейдж: заведующий отделением.
Не медбрат, не лечащий – сам зав ко мне пожаловал. За что такая честь?
В следующую секунду я понял – не из-за меня он тут. Просто привел делегацию. Потому что сразу за ним в палату ввалились двое. Полкан и подполковник. В форме.
Форма – странная. Не как у нас. Почти как у гестапо, только не чёрная, а тёмно-синяя. Всё сверкает, на шевронах значится – МВД России.
Я вчитался. И замер.
Не «милиция».
Полиция.
Какая ещё полиция, вашу мать?
И тут меня накрыло. Воспоминания – целая волна, мутная, рваная. Но она шла не от меня. Не из моих прошлых лет. А из этого тела.
Я – лейтенант полиции Максим Сергеевич Яровой. Вчерашний выпускник Волгоградской академии МВД. Штабной, бумажный… э-э, червь?
Вот оно как…
Имя с отчеством прежние – спасибо хоть на том. Привыкать заново не надо. Хотя, если это сон – то фиолетово. Но, похоже, всё-таки не сон. Слишком уж реалистично. Пол холодный, босые ноги зябнут. На казанках ссадины пощипывает после боя с телеком. Пальцы чужие, но слушаются же.
Нет. Это не глюк, это уже жизнь. Только не моя. Что ж… была ваша, стала наша.
– Господи… Что с телевизором? – выдохнул врач и поправил очки, щурясь на разбитый экран.
– Сломался, – пожал я плечами и потер кулак о ладонь. Кожа – блин, нежная, как у Люськи из кафе «Весна». Эх…
– Безобразие, – гундел эскулап. – Техника на балансе больницы. Я вынужден буду…
– Спасибо, Сергей Иванович, – осадил его полкан, даже не глянув. – Мы всё уладим, решим вопрос. Сотрудник не в себе. Головой ударился, сами видите.
– Я, собственно, об этом и хотел рассказать, – не унимался врач. – Скорая, когда пациента везла, сообщила о факте черепно-мозговой. Мы уже операционную готовили. А как затылок от крови отмыли – оказалось чисто. Ни трещины, ни ссадины. И что…
  
– Бывает, – хмыкнул полкан снисходительно. – Врачебная ошибка, вам ли не знать.
Доктор в белой тужурке замотал головой так, что я подумал – отвалится. Вот и проверим, не сон ли это.
– Исключено! Там дежурил на скорой Фёдор Ильич. Он раньше хирургом был, пока не попросили – за пьянку. Он не мог ошибиться, у него глаз…