Академия «505». Крах Ремали. Часть 2
Дария Эссес
Академия «505». Крах Ремали. Часть 2
Обращение от автора
Привет, дорогой читатель! Перед тобой четвертая книга из цикла «Академия «505». Это единая история про одних героев, поэтому читать ее нужно строго по порядку. Третья и четвертая части – полноценная книга, поэтому не удивляйся, что сейчас история начнется с двадцать второй главы.
Пожалуйста, обрати внимание, что в цикле присутствуют графические сцены насилия, убийств, самоубийств, упоминание и описание смерти родителей. Ментальное здоровье важно, поэтому если для тебя подобное является триггером, то лучше отложи эту книгу.
В 2025 году выйдет печатная версия «Академии «505» в формате дилогии от издательства АСТ. Если ты хочешь первым узнавать новости о выходе книг, следить за другими циклами автора и получать развлекательный контент по историям, обязательно подписывайся на мой телеграм-канал: https://t.me/dariaesses
Автор подтверждает, что все названия и тексты песен, упомянутые в этой книге, являются собственностью, права на которую принадлежат их непосредственным владельцам. Все герои вымышлены, а совпадения – случайны.
Приятного чтения!
Посвящается
тем, для кого Исландия стала домом
Плейлист
Joywave – The Inversion
Bob Moses – Ordinary Friend
Conan Gray – Family Line
The Afters, Dan Ostebo, Matt Fuqua, Jordan Mohilowski, joshua havens – Live On Forever
Shannon Jae Prior, Jesse Scott – The Usual
Imagine Dragons – Whatever It Takes
Imagine Dragons – Birds
Цикл 4
Глава 22
Началом революции принято считать двадцать первое августа 2055 года, когда во время международной конференции были убиты бывшие лидеры Карателей. В течение следующих нескольких месяцев решалась судьба всего мира.
«История революции Карателей 2055 года»
Автор: Рейвен Эскарра
Сделав прерывистый вдох, я разлепил потяжелевшие веки и пару раз моргнул, чтобы прогнать затянувшуюся перед глазами пелену. Лучи заходящего солнца подсвечивали танцующие в воздухе пылинки. Сначала я не понял, где нахожусь, но спустя мгновение столкнулся со взглядом мягких зеленых глаз. Они напоминали свежескошенную траву или мшистый лес, навевающий мысли о самых теплых воспоминаниях детства – когда мы вчетвером устраивали прогулки около озера Лагарфльот.
На моих губах появилась улыбка.
Мама.
Она склонилась и ласково поцеловала меня в лоб. Папа поправил пуховое одеяло, подоткнув углы, чтобы мне не было холодно. В комнате пахло свежей выпечкой, а до ушей доносилась птичья трель. Видимо, я заболел, поэтому они так заботились обо мне и оставили дома.
Интересно, я могу не пойти сегодня в школу?
– Мой любимый мальчик… – прошептала мама, погладив меня по кудрявым волосам. Я неосознанно начал ластиться к ее ладони, как новорожденный котенок. Увидь это Ксивер, точно назвала бы меня маменькиным сынком. – Мой защитник. Мой львенок, который так боится выпустить когти и показать миру свою силу. Ты стал таким взрослым, таким красивым…
Ее глаза странно блеснули, будто я умирал.
Я же не умирал, верно?
– Позаботься о своей сестре, Крэйтон. Мы с папой будем наблюдать со стороны и гордиться вашими успехами, а их будет очень и очень много. Мне жаль, что… что мы уходим так рано. Похоже, это единственный шанс закончить затянувшуюся войну. Наше место должно занять новое поколение. Наше место должны занять наши дети.
Я встревоженно нахмурился.
Мне это не нравилось. Всё, что она сейчас говорила.
– Пап? – взглянув на него, протянул я недоуменно. – Что происходит?
Отец лишь слабо улыбнулся, но его губы задрожали. Словно он сдерживал слезы.
Почему все плачут? Где Ксивер?
Мама снова прижалась к моему лбу сухими губами, а папа погладил меня по щеке. Только тогда я оглядел себя и понял, что был не маленьким мальчиком, которому стоило собираться в школу, а взрослым мужчиной.
Я попытался встать с кровати, но что-то меня сдерживало, какая-то необъяснимая сила не давала пошевелиться, пока родители медленно отступали в белый свет, льющийся со всех сторон.
И тогда я понял.
– Нет… – На глаза навернулись жгучие слезы. – Нет-нет-нет, не уходите. Пожалуйста, только не снова…
Я всегда считал своих родителей самыми сильными, добрыми и отважными людьми на свете. Даже когда они ушли от нас. Даже когда я заставил себя вычеркнуть из памяти их имена и лица. В глубине души я мечтал хотя бы на мгновение снова почувствовать, каково это – держать их обоих в своих объятиях. Я видел тот же блеск надежды в глазах у сестры, хоть она и презирала их за содеянные грехи. Либо только делала вид.
Но когда они вернулись, судьба снова забрала их.
На этот раз окончательно.
Я никогда не верил в Бога, но сейчас с моих губ срывалась немецкая молитва, которой нас учили в детстве. Вот до чего могло довести отчаяние – ты был готов поверить во всё, лишь бы прекратить душевные страдания.
Unser Vater in dem Himmel…
Amen.
Amen.
Amen.
Аминь.
Говорят, тьма приносит смерть, только сейчас почему-то именно свет забирал у меня родителей. Он медленно окутывал их тела, скользил по переплетенным рукам, по лицам, покрытым бисеринками слез. Даже в такой момент они не отпускали друг друга. Даже перед лицом смерти верили в любовь – эту чертову любовь!
Если бы я не любил маму, папу, Ксивер или Роксанию, мне было бы намного… легче?
Но я любил.
Так сильно любил.
Мама широко улыбнулась, как делала это всегда, когда нам с Ксивер было грустно, и попросила:
– Верните человечеству человечность.
А затем свет поглотил их.
Навсегда.
***
– Крэй… Крэйтон…
Вздрогнув, я распахнул глаза.
Сердце заколотилось так, словно под кожу ввели адреналин, взгляд забегал по помещению в поисках опасности. Я заметил те же танцующие пылинки, только теперь их окутывал не свет, а обломки разрушенного потолка, погнутые железные перекладины и застоявшаяся пыль. В воздухе витал запах крови, слышались чьи-то мучительные стоны. Никакой кровати и пухового одеяло. Только смерть и отчаяние.
Когда зрение прояснилось, я увидел склонившуюся надо мной Ксивер.
Ее лицо покрывала кровь.
– Черт, ты в порядке? Что-то сломано? – прохрипел сквозь боль в горле.
– Не сейчас. Нужно выбираться отсюда, пока не прибыло подкрепление. У нас есть не больше…
Она не договорила, скривив губы. Я опустил взгляд к ее дрогнувшей руке. Паника просочилась в вены, когда заметил ладонь, которую она прижимала к окровавленному боку. В эту же секунду моя нога начала пульсировать – только тогда я понял, что она сломана.
Конференция. Появление Лиры. Взрыв в зале.
Мама и папа.
Мы всё еще находились в здании Альтинга. Похоже, со взрыва прошло не больше десяти минут. Вот как среагировали столкнувшиеся силы четырех прародителей: чуть не уничтожили мир, в щепки разнеся весь конференц-зал.
– Кси, а их… – Мой голос дрогнул, став тише шепота. – Их забрали?
Синие глаза потускнели.
– Да. Их забрали.
Наверное, именно в этот момент я окончательно осознал их гибель. Не то, что они ушли, а то, что они умерли. Что мы не исполним наш план – не вернемся в спокойную жизнь с документальными фильмами, попкорном и виниловыми пластинками. Не заведем новую собаку, потому что мама сказала, что Бьорн погиб в тот же год, когда им пришлось оставить нас. Не послушаем, как Ксивер вернется к игре на гитаре, не прогуляемся по гавани, не посмеемся над какой-нибудь дурацкой комедией.
