Город, которого нет (СИ)

— Зачем ты это сделала? — повторил я. — Это же яд.
— Гидра дарит ужас истины… она дарит свободу… — произнесла наркоманка.
— Подчинись моей воле и воле крови моей, яко едина есть кровь детей Адамовых, но по власти слуги владыки Алиота из Алашанских земель, — проговорил Мирт.
Девушка быстро замотала головой из стороны в сторону. Изо рта потянулась тонкая струйка зеленоватой пены.
  
— Тебе приказали покончить с собой? Кто дал тебе гидру? — требовательно спросил он.
— Я… сама… но боялась… теперь… страха нет… Скоро… скоро я… узнаю правду. Узнаю, Кто Я Есть…
— Какую правду?
— Вижу… вижу себя… я смогла… смогу… в другом мире… это всё я… теперь… да, я всё понимаю… всё поняла… это всё — я…
— Мирт, она бредит от наркоты, — сказал очевидное Лёха.
— Кто дал тебе гидру⁈
— Под мостом…
— Под каким мостом?
— Гидра под мостом…
А затем улыбка выветрилась, как будто благовония в ураган.
Девушку выгнуло назад, как в тех самых жутких видео про наркоманов, она вдруг заорала, одновременно захрипела, а глаза её расширились от непередаваемого ужаса.
— Нет! Не-ет! Я не хочу! Я не хочу это знать!! Я не хочу всего этого знать!!! — заорала она и дёрнулась в попытке куда-то сбежать, но сил в теле практически не осталось.
Стало понятно, что она не просто сильно сожалеет о том, что натворила, но уже мечтает о смерти, лишь бы эффект гидры закончился. Это была какая-то агония — более жуткого зрелища я ещё не видел и век бы не видел ещё.
Мелькнула мысль добить беднягу просто из сострадания, но в этот момент она вдруг сама затихла и глаза её остекленели.
Послышался шум и открылась одна из дверей на лестничной клетке. На всю живописную картину упал луч электрического света из коридора ближайшей квартиры.
Стоявший на пороге мужик с охотничьим ружьём не знал, то ли ему нужно что-то говорить, то ли прятаться за дверью и срочно звонить в полицию.
Я взял инициативу на себя:
— Звоните в скорую, девушке плохо!
Это простое понятное послание заставило его вернуться домой.
Судя по шороху, за дверью другой квартиры нас тоже слышали, но боялись себя как-то выдать. Подумали, что пришли бандиты или вроде того.
— Алло? Скорая? Злославская одиннадцать! Девушке плохо! Что? Ээ… пена изо рта? Что? Да понятия не имею, что она принимала! Она на лестничной клетке… — донесся до нас отрывистый голос.
— Зачем жрать что-то, что приносит мучительную смерть? — озвучил я повисший в воздухе между нами вопрос.
Сверху по лестнице вниз спускалась Эла с сидящей на плече летучей мышью.
— Так… — выдохнул Мирт. — Всё, что вы только что видели — просто декорации. Напоминаю для особо впечатлительных и новичков. Утром эта страдалица очнётся в своей постели, выпьет кофе, и пойдёт на работу. Разносить добрым людям запрещённые вещества.
— Чем так, может лучше дать ей времени, пусть становится спящей, — предложил я.
— Чтобы превратить её жизнь в один сплошной кошмар? — послышался комментарий Риты.
— Ты чем-то недовольна? — уточнил я.
— Потом обсудите свои отношения, — бросил Мирт. — Уходим, если не хотите объяснять инквизиции, почему у неё на лбу печать кровной власти уничтоженной секты тауматургов.
  
28. Она все там же
 
— И что мы узнали? — спросила Рита у Мирта.
Мы возвращались обратно. К памятному месту под мостом.
По времени было полшестого утра. Занимался рассвет.
— Что надо было спрашивать у Августы про некромантию в этой реальности, — хмыкнул я, и Рита рассмеялась, а затем Эла мило спрятала улыбку в ладонь.
Интересное здесь чувство юмора.
— Не раньше двенадцатого эхо, — серьёзно ответил Мирт.
— А какое эхо ты видел самое большое? — спросила Рита.
Быстро же она адаптируется.
— Тебе эта информация ничем не поможет.
— Просто думаю, как выглядел бы самый странный мир.
Мирт промолчал, но Лёха охотно подхватил тему:
— Мне подруга рассказывала о трёхзначном эхо. Там можно попасть в миры хаоса, летающих островов и адских измерений, на которых город уже не такой уютный.
— О, эта «подруга» бывала в мирах и покруче, — фыркнула Александра.
Девушка редко что-то говорила, потому к ней прислушались.
— И часто такое бывает? — спросила Рита с горящими глазами.
— Для тебя — можешь не ждать, — отрезал Мирт. — Если эхо не может быть воплощено в текущей версии города, то тебя перекидывает на пласт реальности выше. Туда можно попасть только так, на обычном круге так не бывает… не бывало, пока.
— Лишь бы не стиратели с первым эхо, — подхватил тему Лёха.
— Это Лея тебе рассказала? — неодобрительно спросил Мирт. — Лучше не вспоминай, накликаешь.
— Это как? — ещё больше оживилась Рита.
— Сейчас, не мешай Феликсу. Потом расскажу, — оборвал её Мирт.
Я сам только сейчас заметил, что младший из нас что-то делает. Сперва подумал, что он просто дурачится.
Феликс снял с себя трёхметровый белоснежный шарф и протянул перед собой вперёд на двух руках.
Смотрелось это…
А как может смотреться подросток в сером пальто с непомерно длинным шарфом в странной позе недалеко от дома, где только что погибла девушка с кровавыми рунами на лбу?
Если ещё никто не вызвал инквизицию — это будет чудо.
Вдалеке послышался вой сирен. Они в этом мире ничем не отличались от обычных.
— Феликс, — поторопил его Мирт.
Парень не ответил, лишь надел на себя обратно шарф и решительно направился куда-то по улочке в ту сторону, откуда пришла девчонка.
— Это такой способ поиска? — оживилась Рита.
— Можно сказать и так. Это личный артефакт, связанный с навыком. Как часы Поляра. Если повезёт — сможем пройтись назад по её следу.
— Мирт, за нами там часом ещё инквизиция не выехала? — спросил я.
— Не должна, — с долей сомнения ответил Мирт. — Город по возможности старается подыгрывать пробуждённым, так что бери скидку на проволочки и нерасторопность. Но они не идиоты, так что лучше соблюдать осторожность.
— Так что там с версиями? — напомнила о себе Рита.
— Ну… есть разные версии города, — нехотя ответил Мирт с тяжёлым вздохом. — Он обычно высчитывает некий средний числовой диапазон и создаёт из него слой реальности, в котором мы находимся. И внутри него балансирует среднее эхо тем, с чем ты имеешь больше шансов столкнуться. Так мне Миша рассказывал. За подробностями лучше к нему. Я сам не ходил в параллельные миры.
— То есть городов несколько?
— В каком-то смысле. Изнанка, Тень и другие. Если ты назначил себе эхо сильно выше, чем полагается в реальности, то тебя перебросит в другой диапазон, — пожал плечами Мирт. — Там часть пробуждённых ты уже не увидишь. Но суть кризисов и вся остальная механика там та же. Так что ничего интересного, только трата времени на переход.
— Наверное, способности там запредельные! — загорелась Рита.
Парень смерил её долгим тяжёлым взглядом.
— Совсем новичок, да?
— Не будут?
— Будут, но с собой их ты не заберёшь. На нормальном эхо они не будут работать.
— А артефакты? — оживился Лёха, с толикой зависти поглядывая на шарф Сая.
— Почти все бесполезны, — отмахнулся Мирт. — Потом у Августы расспроси почему так. Если грубо, реликвия из мира, где ты какое-нибудь светящееся облачко, в этом мире скорее всего окажется памятной статуэткой. Есть правило. Дословно не вспомню, но суть в том, что воплотиться может лишь то, что теоретически могло бы быть создано в текущем мире с учётом уровня его технологического и магического развития. Город балансирует мир от имбы… Так, пришли. Феликс?
Парень опять снял с головы шарф и покрутил головой.
  
— Не могу найти след, — тихо сказал он. — Она слишком долго была здесь.
Сейчас мы находились на памятном месте под мостом. Мимо куда-то с шумом промчался первый утренний трамвай. Мы вернулись в место, с которого начинали поиски. Бухающие бомжи, стеклянная башня и остановка трамвая, где садились мы с Элой.