Рубиновый рассвет. Том I (СИ)

Гилен захрипел, его копье выпало из ослабевших пальцев.
Донован резко дернул клинок назад, и Гилен рухнул на колени, затем на спину. Кровь залила камни под ним.
— Забирайте жемчуг, — бросил Донован своей команде, вытирая лезвие о плащ. — А этих… оставьте. Они и так потеряли достаточно.
Команда «Жгучей Мэри» вздрогнула, будто очнувшись от кошмара, услышав голос командира «Псов». Их взгляды метнулись от тела Гильена к торжествующим «Псам», уже хватающим мешки с добычей.
  
Капитан Мейер крепко выругался, его голос дрожал от ярости и бессилия.
— Черт бы тебя побрал, Рубиновый! — прошипел он, сжимая кулаки так, что кровь выступила на костяшках. — И вас всех тоже, крысы морские!
Но «Бешеные псы» уже уходили — их смех раскатывался по руинам.
А Гилен лежал неподвижно, его рубиновые глаза потухли за черными стеклами.
‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗ 
Донован шагал впереди своей команды, его плечи слегка отяжелели от усталости, но походка оставалась уверенной. Вокруг него то и дело метались подхалимы — кто-то хлопал по плечу, кто-то бормотал восхищенные слова, кто-то просто стоял рядом, надеясь, что их заметят.
Он не раздражался. Сила требовала поклонения, и он давно к этому привык.
Лагерь «Бешеных Псов» встретил их тишиной. Здесь не было ни шума боя, ни криков — только ремесленники, копошащиеся у повозок, лекари, разбирающие травы, да повара, уже начавшие готовить поздний ужин. В стороне кучковались новобранцы — те, кого не взяли в набег, потому что они еще не стоили доверия.
Гриззл, коренастый разведчик с лицом, изборожденным шрамами, выступил вперед.
— Никаких происшествий, босс, — доложил он коротко. — Все спокойно.
Донован кивнул, бросая взгляд на мешки с жемчугом, которые уже начали пересчитывать.
А потом один из бойцов — молодой, горячий, с перевязанной рукой — взорвался восторженным рассказом:
— Вы бы видели, как наш командир разделался с тем ублюдком! Он даже не успел пикнуть! А потом эти ничтожества даже не посмели…
Донован резко обернулся, его голос прорвался сквозь шум, как нож через глотку:
— Заткнись!
Даже те, кто не слышал его, замолчали, почувствовав напряжение.
Донован оскалился, его карие глаза метали искры.
— Будь у меня хоть один такой боец, как тот парень в чёрных очках, мне бы и четверти этой своры хватило, что по недоразумению считают себя воинами.
Он плюнул на землю, развернулся и пошёл к своей палатке, оставив команду в недоумении.
Донован сидел в своей палатке, откинувшись на груду подушек, отчеты разведчиков небрежно лежали у него на коленях. Вполуха он слушал болтовню рыжеволосой женщины, что лениво извивалась рядом, перебирая пальцами его волосы.
— Ну и что, что он был в очках? — смеялась она, её голос звенел, как надоедливый колокольчик. — Ты же всё равно его прикончил!
Донован хмыкнул, даже не глядя на неё. «Походная жена» — так называли таких, как она. Ласковая, горячая, но пустоголовая. Хороша для одного, но утомительна, если дать ей разговориться.
Он потянулся за кубком вина — и вдруг вздрогнул.
В висках застучало.
Сначала — лёгкий дискомфорт, будто тупая игла вонзилась в череп. Потом — волна боли, разрывающая сознание.
Он уронил кубок, схватился за голову.
— Чёрт…
Из носа закапала кровь. Тёплая, густая.
Девушка вскрикнула, отпрянула.
— Донован?..
Он не ответил. Его тело содрогнулось, мускулы свело судорогой. Он рухнул на четвереньки, захрипел, пытаясь позвать на помощь — но из горла вырвался лишь булькающий стон.
Девушка завизжала, схватила первое, что попало под руку — его же плащ — накинула на себя и выбежала наружу, крича:
— Лекаря! Срочно! Он умирает!
Но было уже поздно.
Внутри Донована что-то рвалось — органы, сосуды, жилы. Чёрная Печать работала
  
Глава 7
 
Команда «Жгучей Мэри» стояла, словно вкопанная, глядя на окровавленные камни, где ещё минуту назад лежало бездыханное тело Гилена. Капитан Мейер, лицо которого побагровело от ярости, внезапно взорвался:
— Чёртовы ублюдки! Гнилые, кишками в потрохах запутавшиеся, морскими слизнями обоссанные твари! — Его голос гремел, разносясь по руинам, и даже самые стойкие бойцы невольно поёжились. — Вот так, значит? За жемчуг, за мой экипаж, за всё — они заплатят кишками на гвоздях!
И тут — знакомый голос, спокойный, с лёгкой ухмылкой:
— Неужели пара мешков жемчуга стоят таких эпических страданий?
Все разом обернулись.
Гилен стоял в нескольких шагах, поправляя манжету рубахи, будто только что вернулся с прогулки, а не поднялся с того света. На его груди не было ни раны, ни крови — только слегка помятая одежда.
— Ты... Ты же... — один из матросов, широко раскрыв глаза, тыкал пальцем в то место, где минуту назад лежало его тело.
— Мало ли что вам там привиделось, — Гилен отряхнул с плеча невидимую пыль. — Соберитесь. И приготовьтесь — у нас работа.
Его рубиновые глаза, скрытые за чёрными стёклами, мерцали холодным огнём.
Гилен окинул команду холодным взглядом, сквозь черные очки ощущая их смешанные эмоции — страх, недоумение, робкую надежду.
— Что произошло в Горле — останется в Горле, — произнес он ровно, подчеркивая каждое слово. — Но если кто-то захочет поспорить с этим правилом...
Он не стал договаривать, позволив каждому додумать окончание.
Затем Гилен присел на корточки, разровнял ладонью пыль на камне и начал чертить схему:
— Разведчики — по следам. Найдите их лагерь, но не приближайтесь. Подготовьте дымовые шашки — разместим их здесь и здесь. — Его палец оставил две метки. — Поджёг — с наветренной стороны, чтобы дым пошёл в их сторону. На всё у нас будет — не больше двух часов.
Он замолчал, мысленно прикидывая временные рамки: «Донован крепок. Если у него есть доступ к сильным лекарям или если его навыки восстановления выше ожидаемых...»"
— Скорость решает всё, — добавил Гилен, поднимаясь. — Они уже расслабились. Сейчас — лучший момент.
Капитан Мейер, до этого молча наблюдавший, резко кивнул и обрушил на команду град приказов:
— Кронк, Дирк — на разведку. Гэвин, собери группу — готовьте поджигательные смеси. Остальные — проверяйте оружие, доспехи, факелы. Кто не занят — варит смолу для шашек.
Команда бросилась выполнять распоряжения, словно штормовой ветер разметал их по лагерю. Одни начали резать тряпье для фитилей, другие смешивали в котлах серу и селитру, третьи точили клинки, бросая на Гилена украдкой взгляды — то ли с опаской, то ли с зарождающимся почтением.
А вдалеке, за черными базальтовыми руинами, уже ждал лагерь «Бешеных Псов» — не подозревая, что их триумф обернется кровавым кошмаром.
Капитан Мейер подошёл к Гилену, стоявшему в отдалении от суеты лагеря. Его единственный глаз прищурен, словно пытался разглядеть то, что скрыто за чёрными стёклами.
— Поговорим? — бросил он, не как приказ, но и не как просьбу.
Гилен повернул голову, едва заметно улыбнувшись:— Пока идёт подготовка — спрашивай.
Капитан хмыкнул, скрестив руки на груди:— Знаю, что о «воскрешении» не расскажешь. Система щедра на странные дары... Но смерть обмануть?
Он покачал головой.
— Да и Радужную королеву ты заметил раньше всех. Как?
Гилен задумался на секунду, его пальцы невольно сжались: «Если сказать слишком много — Система может среагировать. Но и врать не стоит».— Есть… альтернативные пути развития. Не всё упирается в прокачку навыков.
— Ха! — капитан резко выдохнул. Твоё копьё — будто живёт своей жизнью. Ты знаешь удары до того, как их наносят. Как?
— Забытые техники, — Гилен провёл рукой по древку копья, будто гладила змею. — Большинство слепо верит, что «уровень» решает всё. Но он часто лишь золотая клетка.
  
Мейер прищурился ещё сильнее:— Говоришь, как седобородый старец с гор. Сколько тебе на самом деле?
— Возраст — не всегда годы, — Гилен усмехнулся. — Иногда — опыт. А иногда…