Мстительная Зои (ЛП)

— Ты что, с ума сошёл? Сейчас не только самое неподходящее время для обсуждения этого, но и то, что у меня будет девочка, если у меня когда-нибудь будут дети.
— У инкубов всегда рождаются сыновья.
— У суккубов рождаются девочки.
— Ты Полукровка.
— Я генетически измененная Полукровка. Кто сказал, что у меня не могут родиться девочки? — Зои покачала головой. — Какого хрена мы вообще об этом говорим? Я всё ещё злюсь на тебя за то, что ты трахаешь кого-то другого. Если я дам тебе шанс прикоснуться ко мне снова, и, если я переживу это дерьмо с Оливией и когда-нибудь решу, что пришло время заводить детей в нашем ужасном мире, я смогу научить эту девочку сражаться как Охотница!
  
— Полагаю, мы узнаем через семь месяцев.
— Чертовски верно… — она нахмурила брови. — Чего?
— Ты беременна, Зои, — мягко сказал он. — Два месяца по расчётам Крисси, с момента нашего обряда.
Невнятные анализы крови и объяснения Крисси вкупе с дикой историей Викки в фургоне перед тем, как их сбили, встали на свои места.
— Ты должна знать, что собираешься встретиться с Оливией лицом к лицу. Если это изменит твоё мнение… — Дэклан замолчал, вглядываясь в её черты. — Я не скажу тебе своего мнения по этому поводу, кроме того, что я доверяю твоему суждению.
Зои уставилась на него. Из всех эмоций, которые она ожидала испытать при таких новостях, она была удивлена, что ни одна из них не была негативной. Мысль о завтрашнем дне, о том времени, когда она не будет спать каждую ночь в новом месте, чтобы её не застукали, о семье…
Сколько раз она мечтала о собственной семье и о том, чтобы быть нормальной? Она пыталась наладить отношения с человеком из-за своего желания жить отдельно от мира Сукубатти. Она определенно никогда не была бы похожа на Оливию, которая растила своих детей в лаборатории и передавала их нескольким приемным родителям, пока они не подросли настолько, что стали достойны её внимания. Нет, Зои научила бы своих дочерей сражаться и отстаивать то, что было правильным, игнорировать глупые правила, из-за которых Полукровка чувствовали себя нежеланными и людьми второго сорта. Когда Викки впервые рассказала ей о своей беременности, она представляла себе более спокойный мир, где дочери всех членов Команды Отверженных тренировались и счастливо жили бок о бок друг с другом.
Её мозг снова заработал, и она моргнула.
— Это всё твоя вина, Дэклан.
— Я почти уверен, что ты тоже была там, — указал он.
Они уставились друг на друга в неловком молчании. Зои не знала, что ещё сказать, она с трудом переваривала свой странный день.
— О чём думаешь? — с тревогой спросил он.
— Это не изменит моего мнения, — отрезала она. — Если уж на то пошло… чёрт возьми, Дэклан! Как я могу привести кого-то в такой гребаный мир? — она покачала головой. — Я не отказываюсь от Команды Отверженных, не собираюсь прекращать охоту на Оливию и определенно не собираюсь прекращать делать то, что правильно. Моя дочь заслуживает лучшего мира, и я построю его для неё.
— Ты восприняла это лучше, чем кто-либо ожидал, — он заметно расслабился. — И она наша дочь, Зои, — поправил он её. — Мы будем растить её — или нашего сына — вместе. Я пока не знаю как, но ты моя родственная душа. В этом мире нет ничего, что могло бы встать между мной и моей семьей.
Зои смотрела на него, тронутая его тихой свирепостью и решимостью. Чувство, которое она испытывала до того, как их мир рухнул в тартарары, что у неё впервые в жизни появился дом, согревало её изнутри. Она хотела доверять ему, верить ему, знать, что в конце этого туннеля есть свет и шанс на мир, где она и её ребенок будут в безопасности.
Но она боялась заглядывать так далеко вперед, когда день и так был слишком напряжённым.
— Знаю, как. Мне нужно устранить Оливию, а тебе нужно избавиться от Камбионов!
— Оливию да. Но проблема Камбионов более сложная.
— Как, Дэклан? — настаивала она. — Ты бы хотел, чтобы наша дочь росла в мире, где существуют эти существа?
Он стиснул зубы.
— Тогда как ты можешь говорить мне, что Оливию нужно устранить, а они могут остаться?
— Я не говорю, что они останутся. Я говорю, что непосредственная угроза сведёт на нет все наши шансы уничтожить Камбионов, как только мы окажемся в состоянии…
— Прекрати это позёрство! — закричала она. — Назови мне хоть одну вескую причину, по которой вы не можете убрать Камбионы прямо сейчас.
— Потому что мы не готовы, — прошипел он сквозь стиснутые зубы.
Зои закатила глаза.
— Я не против делать грязную работу, Дэклан, но я против того, чтобы ты оправдывал существование Камбионов, когда они причиняют боль невинным людям.
— Я не оправдываю их существование. Я говорю, что для начала нам нужно выбрать одну битву, и если Оливия готова так поступить с лояльными Полукровками, то я не стану рисковать и выяснять, что она сделает с тобой, если поймает! — в его глазах вспыхнул гнев. — Твоя жизнь значит для меня больше, чем всё гребаное человечество, Зои!
Застигнутая врасплох вспышкой гнева от самого спокойного человека из всех, кого она знала, она смотрела на него с некоторой опаской. Он отошёл на некоторое расстояние, потёр затылок и сделал глубокий вдох, сделав его с большим усилием. Напряжение последних нескольких недель было заметно, отсутствие физической близости и стресс, связанный с работой, сделали его на пять-десять лет старше, чем он был на самом деле. Чувствуя, что её родственная душа вот-вот сломается, Зои сосредоточилась, насколько могла.
— Думаю, это объясняет, почему я чувствую себя толстой, — сказала она и похлопала себя по низу живота. — Профессор обосрется, когда узнает об этом. Думаешь, ты смог бы справиться с целой армией мини-меня?
Деклан пристально посмотрел на нее.
— У тебя может быть целая армия мини-себя или мини-меня, если это мальчики, — ответил он, восстанавливая самообладание. — Я всегда хотел, чтобы ты была в моей постели каждую ночь.
— Но ты не будешь бросать вызов системе и преследовать Камбионов.
— Мне хотелось бы думать, что нам не нужно разрушать два общества, чтобы всё исправить. У меня нет ответов на все вопросы, Зои. Я знаю только, с чего начать.
Она слушала, но её это не убеждало. Она перевела взгляд на могилу и подумала о том, как нелепо было обсуждать будущее и детей, когда она стояла рядом с доказательством того, как быстро мир может катиться в тартарары. До этого момента ни одна часть её жизни не заставляла её думать, что забеременеть было даже отдалённо не вовремя.
— Ты самый умный человек из всех, кого я знаю, Дэклан. Если есть способ, ты его найдешь, — пробормотала она наконец и потёрла лицо. — Я сейчас не могу трезво мыслить.
— Отдай Гранту приказ о выступлении и возвращайся домой со мной, — на этот раз это был скорее приказ, произнесённый хриплым голосом, а его карие глаза смотрели пронзительно. Его эмоции по-прежнему были на пределе.
— Я не могу оставить Полукровок, — прежде чем она закончила предложение, он протянул ей карточку с координатами, написанными от руки. Она взяла её. — Что это?
— Частный семейный комплекс. Там они будут в безопасности.
Зои потрогала жёсткую бумагу.
— Ненавижу, когда ты так делаешь.
— Прихожу подготовленным?
— Обыгрываешь меня. Это действительно несправедливо.
— Ты ранее вырубила меня. Мы в расчёте.
Было трудно удержаться от улыбки. Обаяние Дэклана было таким же неотразимым, как и его совершенное тело. Она начала воспринимать те его черты, которые пугали её — его интеллект, огромную силу и решительность, — по-другому, как достоинства, а не угрозу, точно так же как она осознавала, насколько ценной была Крисси. Дэклан был великолепен, как никто другой из тех, кого она знала, его способность разбираться в людях, стратегически мыслить и уравновешивать силы противоборствующих сторон делала его идеальным лидером. Он старался, чтобы всё выглядело так, будто ему это не составляет труда, в то время как она боролась за каждый завоёванный дюйм в качестве главы Команды Отверженных. Её целью всегда было решение проблем с помощью действий. Она не хотела участвовать в переговорах или политике, с которыми Дэклан так ловко справлялся.