Штрафники
И вдруг... Излучистая полоса полоса жидкой стали сверкнула ему в глаза, сверкнула и не только не исчезла, но даже не замерла под его взглядом..
- Кто тут?- спросил он в ужасе.
Но река продолжала свой говор, и в этом говоре слышалось что-то искушающее, почти зловешее.
- Зачем?- спросил он, указывая глазами на реку.
Квартальные не поняли. - Река-с... навоз-с, - лепетали они.
- Зачем? - повторил он испуганно и вдруг, как бы боясь углубиться в дальнейшие распросы, круто повернул налево кругом и пошел назад.
Судорожным шагом возвращался он домой и бормотал себе под нос:
- Уйму я ее, уйму!
Дома через минуту он уже решил дело по существу. Два одинаково великих подвига предстояло ему: разрушить город и устранить реку...
И тут я, автор сценария о Щедрине - нашем современнике, почувствовал, что мне не хочется продолжать повествование об Идиоте, прозорливо описанном великим русским писателем. Вырисовывать его образ во всей красе сейчас и здесь, на сайте, ни к чему. Причины, надеюсь, очевидны: о том, что Угрюм-Бурчеев хотел "унять реку", слыхали не только образованные люди, но даже те, кто книги Салтыкова-Щедрина никогда и в руках не держали.
Но самое главное не это.
ГОЛОС ЗА КАДРОМ: - Главное - это то, что мы с вами, господа, сознавая это или нет, жили в эпоху Угрюм-Бурчеева, под его самодержавной властью, о которой и мечтать не могли никакие султаны и короли.
(НА ЭКРАНЕ в то же время: вышки ГУЛАГа и другие документальные кадры ...)
- О будущих революционных потрясениях Щедрин высказался лаконично. Образом КУЧЕРА. Мчит кучер в желанном простому человеку направлении. Хлещет всех оказавшихся на пути хлыстом, дико оря: "УПАДИ!" Мчит в противоположном направлении, врезает кого-никого хлыстом и орет: "УПАДИ!"
Наш Угрюм-Бурчеев с кавказским акцентом то же пытался остановить реку навозом и рухлядью; в ученой литературе они назывались "социализмом в одной отдельно взятой стране". Унимая реку, он уложил в мать-сыру землю - пулей, бесхлебьем и непосильным трудом - половину жителей подвластной ему страны.
Угрюм-Бурчеев - по кличке "деревенский дурачек" или "кукурузник", справедливо уличил предшественника в кровавом злодействе и разрушил ГУЛАГ. Затем он явно хотел володеть и княжить, как лучше... По его взволнованному приказу, ему тут же доставили "Требование будапештского рабочего Совета". Он скользнул безучастным взглядом по требованиям венгров свободы совести, печати, собраний, откинул их, как несущественные. Блажь! Подсказка Вашингтона! Задержал взгляд на пункте четвертом. Квартиры!
- Сколько квадратных метров жилья приходится на человека в восставшем Будапеште? - спросил он свою службу? Ему ответили - девять!
- А в Москве? - Два с половиной! - честно ответила служба.
Господи, как он испугался! И начал панически-скоростную стройку "хрущеб..."
А недовольство граждан почему-то не убывало, и тогда он начал расстреливать и своих, и чужих, так же как затем и следующий, "тихий" Угрюм-Бурчеев, закидавший навозом "пражскую весну" и заливший кровью Афганистан.. Но "деревенский дурак" был амбициознее "тихого" и потому предельно опасным. Расстрел венгерской революции и новочеркасских рабочих он считал недостаточным для высокого предназначения вождя мирового коммунистического движения. - И ... отправил ракеты и торпеды с атомным зарядом на Кубу.
НА ЭКРАНЕ: Документальные кадры "карибского кризиса". А затем калейдоскоп известных портретов, сливающийся вдруг в портрет неулыбчивого прохвоста ...
ГОЛОС ЗА КАДРОМ продолжает: - ... Несколько минут оставалось до атомных залпов, которые покончили бы со всеми нами, а заодно и с земной цивилизацией.
Вот уж кто в России действительно "вечно живой" - УГРЮМ-БУРЧЕЕВ.
..Михаил Евграфович Салтыков заплатил восьмилетней ссылкой за свою горячую любовь к людям, царевой опалой за редкую прозорливость гения и честность. Однако на века высказал все, что он думает о своем родном народе, несчастнейшем народе, который веками терпит на плечах тех, о ком он предупредил нас устами своего героя- государственного идиота Угрюм-Бурчеева : "идет некто за мною, который будет ужаснее меня..."
ИНТЕРНЕТ В КАНДАЛАХ? НОНСЕНС!
12 января - расстрел безоружных - оказывается, возможен не только у Зимнего Дворца, но и сегодня - в интернете, все еще живущим надеждой. Вдруг начисто истребили, во всех номерах, во всем архиве интернта МН, все до одного постинги, то-есть нежеланную ФСБ точку зрения Анастасии, многолетнего читателя газеты, умной и яркой женщины со своим проницательным взглядом на жизнь. Благодаря своему таланту стилиста Анастасия быстро вычислила всю казенную шпану в интернете, исполнявшую за небольшую плату роль "интеллигентного собеседника".
На сутки отключили домашний компьютер Ивана Ломко, умного, достойного, критически мыслящего человека, который никогда не испытывал восторга перед методами управления ФСБ Россией - "чтоб не зарывался..."
В советское время подобных критиков обычно вызывали в приемную КГБ на Кузнецком мусту - для вразумления. Ныне вразумлять некогда. Да и какие ныне у властей аргументы в споре? Никаких споров! Просто несогласных с бездарным лубянским агитпропом отключают на сутки. Как прежде и меня, теперь вот Ивана Ломко. Гуманисты ХХI века!
Что же заставило главного редактора Виктора Лошака вдруг всенародно схватиться, фигурально выражаясь, при всем честном народе, за живот и побежать в сторонку от недоуменно вопрошавшего читателя?
Да ведь, как я полагаю, первым не он схватился, верноподданный, трудолюбивый, трусоватый Лошак. А его кураторы в лампасах, прогрохотавшие свои угрозы Лошаку с такой силой, что и мне, через Атлантический океан, было слышно.
И совершенно понятно, что вдруг стряслось...
Ведь, казалось бы, все в ФСБ "устаканилось". Прежние глупости хотят исправить. Григория Пасько выпустили. Главный ненавистник Гулага Солженицын переключился с опасных для власти тем, что всегда приветствуется, на жидов. И тут, где совсем не ждешь, взорвалась бомба страшной силы. В статье о "законных державниках" МН напомнило, что в России никогда не было ЛЮСТРАЦИИ. Преступники, кто не помре, все еще у власти.
Как же не понять ярости гебистов при таком напоминании?! Как и что кричали они на Лошака, если он сам, лично (его предшественники никогда до этого не опускались!), распорядился изгнать всех читателей, подумать только! ПОСМЕВШИХ ...
А Анастасия давно смеет. Как и ее отчаянный знакомый, долго выступавший под ником "СМЕРТЬ ГБ. Люстрация."
Что же Лошак? Жертва произвола власти ГБ, заслуживающая снисхождения?
"Времена меняются, - отвечает на это Иван Ломко, - и удобная сейчас "либеральная" позиция Лошака не останется незамеченной...."
Не издевка, а боль сильнее всего звучит и в откровенной ярости Славы Архангельского: "Редакция МН расписалась в своей полной коллаборации с дебильной конторой взрывников и террористов России... Речь идет даже не об МН, а о свободе слова в пространстве интернета, рожденного свободным и для свободы."
Двуликие Янусы, продолжает и Архагельский, и другие читатели, всегда опаснее всего для демократии: они как бы единомышленники, а на самом деле провокаторы...
Протест против бесчинств ГБ звучит ныне не только в МН, а повсеместно. Только что в "Новой газете" вышла статья известного Депутата российской Думы Юрия Щекочихина, название которой, без преувеличения, не столько вопрос, сколько наш всеобщий протест - "Мы - Россия или КГБ СССР?"
ПРИЛОЖЕНИЕ
Как уже известно читателю, 26 января 1972 года ЦК КПСС приняло секретное Постановление о выдворении писателя Григория Свирского, заикнувшегося о свободе слова, за пределы Советского Союза.