Проклятие для бабника (СИ)

Слёз почему-то не было, хоть я ожидал от себя позорную истерику с визгами и писками, как у классической принцессы, у которой отобрали любимого пони. Вместо этого произошло другое. Сердце стало словно тяжелеть и тянуть меня вниз. Вот как. Не Рай даже, а Ад. Впрочем, становясь между Эли и шипохвостом, я не думал о том, что этот поступок может купить мне место в лучшем мире. Ведь я уже продал душу дьяволу. нет, даже двум дьяволицам: Киаре и Азалии.
Но почему снова это чувство, словно я жидкость и просачиваюсь сквозь плотную ткань? Куда теперь? На этот раз длилось меньше. Я легонько вздохнул, когда ощущение прекратилось. Сердце и весь левый бок продолжало греть изнутри. Впрочем. Разве это изнутри?
Открыл глаза, ожидая обнаружить очередную темноту, но вместо неё увидел балдахин под потолком. Моргнул, чуть шевельнулся. Ой, что-то задвигалось под боком. Повернув голову чуть влево, я увидел, кто же грел меня всё это время. Эли. Она лежала на моей груди, прямо над сердцем, закинув руку и ногу на меня. От её тела шло такое приятное мягкое тепло, что я готов был растаять сладким пудингом в её объятиях прямо сейчас.
— Демиан?.. Наконец-то! — спохватилась королева, заметив, что я пришёл в себя. — Как же долго тебя не было, я боялась, что ты не очнёшься... — И она, потеревшись носом о мою щёку, нежно поцеловала меня и тихонько всхлипнула. — Любимый.
Всё ж таки я попал в Рай, однозначно. Ну, дела-а.
“Не плач, радость моя, как же странно видеть тебя слабой. Но насколько приятно, что ты показала мне эту свою сторону, не побоялась. Совсем не похожа на королеву, такая ранимая. Захотелось обнять и укрыть от всего этого дерьмового мира, который хочет убить тебя лишь за титул.”
И я, напрягая все силы, коих оказалось на удивление мало, одной рукой приобнял Эли, поглаживая по голове. Движения давались с трудом, и она это заметила. Встала и потянулась к стакану, что стоял на столике рядом.
— Выпей, это даст энергию и вернёт силы. Твои раны затянулись, скоро придёшь в себя. Не знаю, правда, почему всё так быстро прошло, — замялась она, — похоже, я перестаралась, когда лечила тебя.
Постойте, что значит “затянулись”?
— Я жив?! — прохрипел и закашлялся.
— Конечно, милый, я бы не отдала тебя смерти. Королева я или кто? — она подмигнула мне, заставив тем самым хихикнуть. Но у самой в глазах словно боль или волнение. И какое-то подозрительно. Это чувство — вина. Откуда оно?
Я приподнял голову, Эли помогла мне сделать несколкьо глотков. Напиток обжёг горло, но неприятных ощущений не вызвал. Наоборот — сразу стало как-то лучше. Словно с меня сняли многотонный груз, что давил сверху на всё тело и разум.
— Что произошло? — спросил я, когда допил уже самостоятельно всё лекарство. К тому времени я сидел в кровати, а Эли расположилась рядом, поджав ноги под себя, и гладила меня.
На вопрос она непонимающе вскинула голову:
— Ты о чём-то конкретном? — и выражение лица такое наивно-непонимающее.
Ладно, не буду цитировать наш диалог, был он долгим и витиеватым, но в итоге я вытянул из неё, что:
— Кажется, я отдала тебе кусочек своей жизни. Потому раны зажили в течение пары часов.
По мне ледяная волна прошла. Как жизнь?
— Но Эли, я ведь... тебе надо было дать мне умереть. Как я могу вернуть тебе всё, что твоё?
— Перестань, — отмахнулась королева, — мне не жалко для тебя. К тому же, ведьмы живут дольше людей. Мы лишь немного приблизились к равновесию. Мне стоит передать тебе ещё, чтобы умереть в один день, — хихикнула она, пыталась скрыть за юмором другие эмоции. Но я то всё чувствую. шутит, но в этой шутке лишь доля шутки. О чём она думала вообще?!
— Я предал тебя, — только и смог сказать. Хотел добавить, как предал, но горло пересохло и дыхание резко перехватило.
— И искупил это, когда спас меня, — сказала Эли, погладив мою щёку тёплой ладошкой.
— Я не хочу знать, что ты сделал, хоть и догадываюсь. Как нибудь потом ты мне расскажешь, но сейчас я просто хочу, чтобы ты был рядом и не испытывал чувство вины. Хочу сама быть рядом. Почему нет? Больше ведь. — она подняла на меня большие неожиданно мокрые глаза, — не предашь?
 
Сразу ответить не удалось, не нашёл нужных слов. Покачал отрицательно головой, чувствуя, как глаза застилают слезы. Она открылась мне. Показывает столько слабости за раз, сколько я за всё время пребывания в Делирии от неё не видел. Вот это да. Теперь бы поверить, что это это происходит!
— Не смогу предать, — выдохнул я и притянул мою милую ведьмочку к себе, заключив в крепкие объятия. А ведь всего пару минут назад даже руку поднять не мог. Чудодейственный отвар!
— Я верю тебе, — серьёзно ответила Эли. — У передачи жизни есть подобный эффект. Я теперь чувствую твои эмоции.
Я замер. А потом решительно отстранился и заглянул ей в глаза. Такое странное чувство... Хочется вжать её в себя, словно это мой потерянный кусочек. Если у неё похожее ощущение, то стоит ли держаться?
Улыбнулся и захватил в плен её губы одним стремительным рывком. Подмял под себя, стараясь обвалакивать со всех стороном. Чувствовал, как мышцы благодарно ноют после экстремальных нагрузок, ощущал кодей, как дрожит моя королева. Но дрожит в предвкушении. Она готова позволить мне сделать всё так, как того хочу именно я. Но я не заслужил.
Отстраняюсь. Здесь и сейчас всё, что я могу позволить себе, это доставить удовольствие моей любимой ведьме. Она слышит мои желания и сладостно выдыхает своё предвкушение. Выгибается мне навстречу, когда опускаюсь горячими губами к мягкой мочке ушка, мимоходом целую нежную кожу и спускаюсь к шее. Эли сжимает мои плечи острыми ногтями, но я не чувствую боли, только её желание, отдачу эмоций, трепет.
И страх. Ледяным ведром в одно мгновение окатил он меня, отбросив с разгорячённого женского тела. Япролетел по небольшой дуге и шлепнулся у противоположной стены, тяжело дыша. Поднял глаза, да там и замер. Эли села, но вид у неё был ещё более ошарашенный, чем у меня. В глазах шок, рука прижата к груди, а губы повторяют бесшумно:
— Киара, Киара, Киара...
 Глава 67 
 
Одевался я на ходу. Пока соображал, что произошло, состояние Элизандры изменилось с причитаний на действия. Она встала и рванула прочь из комнаты. Я схватил первые попавшиеся шмотки и припустил следом. Штаны надевал, прыгая на одной ноге. Чудное средство для бодрости оказалось в том стакане, памятник бы ему поставить — как вовремя подняло меня на ноги!
Стоп, средство. А не Киара ли подсобила? Мне вдруг стало страшно, но, ведь пил его я, а рехнулась Эли. Значит, в последнем виновата не Киара. Эта ведьма вполне могла бы желать мне добра. Но что тогда?
— Эли, в чём дело?! — крикнул я, нагнав её на очередном перекрёстке, где королева неизменно замедлялась, чтобы выбрать нужный маршрут. — Что сделала Киара?
На это она остановилась и с непониманием обернулась на меня:
— Сделала? Нет-нет! Она в опасности! — Продолжила говорить королева, схватив меня за плечи и встряхнув. — Кровная связь говорит, что она умирает, нужно её быстрей найти, а то у меня не будет шанса помириться с ней.
— Ты хочешь помириться? — охнул я ей уже в спину.
— Да, ведь другой сестры у меня нет! — откликнулась Эли через плечо. - Не вечно же враждовать!
Дальше мы бежали не очень долго, но направление меня не порадовало. Спорю, к этому приложила руку Азалия. Ещё не сдалась?! Вот же, гадина!
Но я был не прав. И обрадовался, и ужаснулся одновременно, увидев, кто оказался злодеем. А вы что думаете, чьи руки готовы были оборвать жизнь одной непоседливой ведьмочки, что победила в жестоком соревновании за мужчину свою старшую более могущественную сестру? Кто первым в очереди на убийство Киары? Кто? Сам в шоке, но Дорхан!
 
Я чуть не налетел на Эли, замершую в дверях покоев. Она тяжело дышала и неверящим взглядом смотрела то на мага, то на ведьму. Та лежала на полу у его ног, скованная светящимися наручами, а от шеи к руке Дорхана шёл поводок с прыгающими по нему молниями. И каждая отдавалась в теле Киары лёгкой судорогой.