Золотой дракон и воровка (СИ)

— Я сейчас уберу сдерживающую магию, — предупредил строго он. — Если кто-то попытается мне помешать — это может оказаться для него фатальным. И я не шучу. Меня все услышали?
Ему отвечали согласием, раздражённо бурча.
— Ну и отлично, — произнёс дракон, когда Дэн съязвил последним. Золотое пламя тут же исчезло и пистолет упал на траву. В портал мы провалились мгновенно. Если не считать опыта с чемоданом, я впервые в своей жизни была в портале. Было ощущение, что мы стремительно летим по золотому тоннелю. Через минуту мы стояли у ворот разрушенного огромного здания. Солнечные лучи пробивались сквозь листву огромных деревьев и играли на его стенах, которые за столетия обросли мхом и затянулись неизвестным мне вьющимся растением. Почему-то мне подумалось, что мы у стен заброшенного храма. Размер здания поражал своим размахом.
— Мы в мире, который принадлежит мне, — пояснил мне Хэмграт и огромная каменная створка двери поползла под напором магии дракона в сторону, открывая нам проход. Скрежет вспугнул птиц. Они со встревоженными криками покидали насиженные места. В окружающих храм зарослях раздался предупредительный рык крупного животного.
— Нас не сожрут? — поинтересовалась я, смирившись с тем, что отпор Пожирателю дать пока не могу.
— Нет. В этом мире нет больше ни одного дракона, — Хэмграт был очень серьёзен.
О мире золотого дракона я уже была наслышана — в легендах рассказывалось, что он заключил договор с тьмой, по которому он стал бессмертным. Ценой его бессмертия были души других существ — он был обязан поглощать их, чтобы продолжать жить. Так он уничтожил целый мир драконов. Аппетит пришёл во время еды, и Хэмграт переключился на другие миры. Его пиршество продолжалось, пока богиня Судьбы не разобралась с ним, заманив в ловушку на Землю.
Однозначно, когда он был призраком, он был более милым, чем сейчас в свете новых событий.
— Дохлым ты был более привлекательным, — печально произнесла я.
— Если бы я тебе не нравился, ты бы смогла разорвать поцелуй, — иронично подметил он и, увидев, как я сжала в гневе губы, добавил: — Мой огромный жизненный опыт против твоего, Аттея.
Не могу с ним поспорить в этот раз, манипулировать так профессионально, как делает это он я ещё не научилась.
Дверь наконец-то отодвинулась и Хэмграт понёс меня внутрь. Удивилась — он внезапно приоделся с помощью магии. И на нём была явно не иллюзия, материал рубашки был самым настоящим. Белоснежный цвет ткани удивительно шёл ему.
Внутри было прохладно, темно и сыро. Невольно прижалась к своему похитителю. Хэмграт шёл уверено по огромному залу, звуки его шагов глухо разлетались по помещению. Редкие солнечные лучи едва освещали храм драконов, и я практически ничего не могла разглядеть. Похоже, что он так свободно перемещался с помощью драконовского зрения.
Мы шли так долго, что меня потихоньку начало затягивать в сон. Необычная усталость не покидала меня, хотелось хорошенько выспаться на его убаюкивающем плече.
— Мы пришли, — вырвал он меня из дрёмы. Ни капельки ведь не устал, голос абсолютный ровный, словно он и не нёс тяжёлую ношу вовсе.
— И? — поинтересовалась я. Внутри шевельнулось препротивное предчувствие, что ничего хорошего меня тут не ждёт. Подозрения усилились, когда рядом на стенах вспыхнули факелы и осветили по середине, в длину человеческого роста, алтарь из золота. На удивление он был абсолютно чист, когда кругом лежала слоями древняя пыль.
— Я хочу снять с тебя свою метку, — пояснил он мне, укладывая меня на алтарь. — Она привязывает тебя ко мне, заставляет влюбляться. Ещё дней семь, и ты дышать без меня не сможешь.
Металл был горячим, но не обжигающим, ровно точно таким же, как и сердце дракона, когда оно было золотым.
— С чего вдруг такая забота? — ядовито поинтересовалась.
Внутри предательски кольнуло — я не нужна даже дракону. Хотя чего я могла ожидать от него — ему не интересна женщина без истинной связи.
Хэмграт нежно поправил мне волосы и мягко ответил:
— Несправедливо лишать тебя выбора, Аттея. Пусть твоё взросление не будет омрачено ранним браком с непопулярным драконом.
 
— Я уже взрослая, — огрызнулась, наблюдая за тем, как он ловко расстёгивает на мне рубашку. Помешать ему не могла, меня словно парализовало. Любое движение давалось с трудом.
— Очень заметно. Я едва не поседел от твоих выходок, — на его губах заиграла лукавая улыбка.
— Хм. Раздевание входит в разрыв связи между нами, — спросила его с издёвкой. Попыталась приподняться, но тут же рухнула обратно.
— Возможно, — уклончиво ответил он мне, продолжая обращаться со мной, как с куклой. Его действия мне были не совсем понятны, и напоминали они мне подготовку жертвы к жертвоприношению. Он ловко снял рубашку, и она была брошена на пол. Следом отправились мои кроссовки и джинсы.
— Ты меня бесишь всё больше и больше, — выдохнула я с облегчением, когда поняла, что моё нижнее бельё трогать никто не будет.
— Снять всё остальное? — тут же подколол меня дракон.
— Шкуру с себя сними, — не удержалась я от ядовитого совета. — А драконы вкусные? — решила добить чешуйчатого.
— Некромантки вкусные, — отбил он, его пальцы скользнули по моему животу к солнечному сплетению, заставляя меня вздрогнуть. — Будет больно, очень больно, — предупредил он. — Боль будет адская всего несколько секунд.
— Может лучше поженимся, — предложила я, прижимая свои вспотевшие ладошки к золотому камню.
— Мне нужно разорвать с твоей душой связь истинной пары, — он нервно сглотнул. — Больно будет и мне.
— Истинной пары? — недоумевая, уточнила у него. — С чего вдруг? Твоя пара Амели.
— Была, пока я не разлюбил её, — произнёс с иронией он. — Женщина, вырвавшая голыми руками сердце из моей грудной клетки, не вдохновляет на любовные подвиги, — мрачно пошутил и уже серьёзно ответил: — На место старой любви всегда приходит новая. Ты готова, воробышек?
— Да! Нет! Не знаю! — растерялась я. — А почему меня так разморило с поцелуя? — решила потянуть время. Его слова о боли напугали меня, надо ещё немного времени подготовиться морально к подвигу. Хэмграт посмотрел на меня осуждающе.
— Я пил твою душу во время поцелуя, чтобы восстановить свою магию, — ответил он мне честно. — Я же Пожиратель душ, моя магия и сила зависит от количества выпитых мною душ.
— Ты не изменился, — с разочарованием произнесла я. Почему-то подумалось, что он мог и ночью поцеловать меня, когда спал со мной вместе, но ведь не сделал.
— Изменился, — возразил он. — Теперь мне нужна только одна душа. Убивать всех подряд не обязательно.
— Чья? — спросила, заранее зная ответ на свой вопрос.
— Твоя, — его голос резко осип, и он убрал руку с моего живота. — За твоим абсурдным поведением я вижу то, что ты слишком взрослая для своего возраста. Удобно прятать боль за дурью, которую ты творишь. Я же хочу, чтобы ты научилась жить без боли, хочу научить тебя жить без боли. Твою душу нужно сначала исцелить и только потом я могу претендовать на место рядом с тобой. Замужество не принесёт тебе счастья сейчас, так как ты ничего не знаешь о нормальных отношениях внутри семьи.
Его слова резанули мне по сердцу. Не надо заглядывать в тайники моего сознания. Никто не смеет ходить в тёмных закоулках моей памяти и срывать амбарные замки с дверей, на которых многолетняя паутина.
— Убирай связь! — потребовала я и отвела от него взгляд. Его пальцы снова опустились на солнечное сплетение, и я почувствовала, как они проникают сквозь кожу внутрь. Больно не было, но не успела я удивиться, как всё нутро загорелось выжигающим огнём. Нет, я не закричала, и даже не застонала. Тело невольно выгнулось, и я захрипела. В глазах потемнело. В воздухе полыхнул золотой огонь, осветив ярко огромный зал и резко потух. Боль прекратилась так же внезапно, как и началась. Моё тело упало обратно на камень, и кажется, я впала в беспамятство на несколько минут.
 
Хэмграт молчал, открыла глаза. Дракон стоял, крепко зажмурив глаза, слегка согнувшись, упираясь одной рукой в алтарь, а другой держась за солнечное сплетение. Его лицо было белым, как рубашка.