Я не буду твоей (СИ)
Доехав до подъезда, Эльмир снова помог мне добраться до квартиры, а когда мы вошли внутрь, он прямым ходом отнес меня на диван своей гостиной.
— Я тебе ванну приготовлю, потому что в душе ты просто не выстоишь.
— Спасибо тебе, — посмотрела ему в глаза снизу вверх, а он нежно коснулся рукой моей щеки, — прости, что испортила тебе ужин.
— Еще раз извинишься, накажу, — хмыкнул и, склонившись, поцеловал в лоб.
— Тебе легче от того, что ты целуешь меня?
— Очень.
И он ушел в ванную, а уже через пятнадцать минут я лежала в горячей воде и пене и наслаждалась покоем и тишиной. Я была рада, что все так закончилась… А в противном случае просто бы не пережила. Не такое унижение.
— Катя, там в шкафу возьмешь мой халат. Черный махровый. И тапки найдешь, — услышала за дверью и тут же оглянулась в поисках тапок.
— Спасибо, — ответила я и осмотрелась. Как же мне нравилась ванная комната в этой квартире.
Она вся была в синих тонах с белой ванной по центру. Приятно глазу и немного интимно. У Бекетова отличный вкус.
Я нечасто здесь бывала, а уж тем более полежать в ванной такое вообще впервые. Вода и пена позволили мне расслабиться, и кажется, я даже вздремнула немного. И все было бы хорошо, если не некоторые ранки, которые пекли от пены, и долго нежиться мне не позволили.
Выбравшись из ванной, наверное, минут через тридцать, как раз, когда вода начала остывать, я прошла к большому зеркалу. И едва не расплакалась от своего вида. Губа разбита, скула счесана, рядом с ключицей ранка, а когда я опустила взгляд ниже, заметила проступающие синяки на ребрах и бедрах. Этот придурок знатно меня хватал за ноги.
Вспомнила и больно стало. На миг прикрыла глаза, надеясь, что нахлынувший страх сейчас пройдет. Но понадобилось несколько длинных секунд, чтобы я снова почувствовала себя в безопасности. Присутствие в соседней комнате Эльмира придавало мне уверенности в том, что теперь все будет хорошо.
Найдя в шкафу черный халат, я надела его на слегка влажное тело и, обув тапочки, вышла за дверь ванной комнаты. В квартире пахло едой.
— Эльмир?
— Да, Катюш, я на кухне. Иди ко мне. Сможешь?
— Да, — только сейчас поняла, что ноги снова обрели силу, хотя иногда и подкашивались при ходьбе.
Я знала, что это на нервной почве, когда-то давно у меня случалось подобное. Потому не удивилась, когда сегодня слегка отказали ноги. Я очень сильно переволновалась.
— Уже лучше? — стоило мне войти на кухню, поинтересовался Эльмир, подойдя ко мне.
— Спасибо, да.
— Прости, я без твоего разрешения распорядился, чтобы Вадим принес нам ужин.
— Мой? — удивилась я, и от того, что сильно приоткрыла рот, почувствовала боль в уголке.
Поморщилась, что не скрылось от Эльмира.
— Болит, — констатировал он и, вдруг подхватив меня на руки, сделал пару шагов и усадил на стол.
— Ты чего?
Но ответа не последовало. Бекетов внимательно осмотрел лицо, спустился ниже и замер, заметив недалеко от груди большую ссадину. Крепко сжал челюсть, медленно сдвигая халат, а по моему телу побежали неожиданные мурашки. Соски напряглись, и я застыла, боясь пошевелиться.
— Я урою этого ублюдка, — прорычал он, и я все-таки выдохнула, когда его рука застыла как раз на холмике груди. — Нужно обработать раны. Сейчас найду спирт и…
— Эльмир… — позвала, когда он собрался от меня отойти.
— Да? — пронзительный взгляд, наполненный болью и страхом, смотрел мне прямо в душу.
— Поцелуй меня, по-взрослому. В губы.
Глава 18
Эльмир замер от моей просьбы, а я снова перестала дышать. Было чуточку страшно и волнительно. Я не знала, что он мне ответит, и боялась его отказа. Кажется, я даже сама не знала, зачем его попросила о поцелуе, но и отступать не хотела. Его близость меня будоражила. А прикосновения… распаляли огонь между ножек. Это было очень волнительно и сладко.
— Ты уверена? — поинтересовался он тихим голосом, а я облизнула губу и, тяжело сглотнув, кивнула.
— Меня еще никто не целовал. А этот придурок… — я тут же прикрыла лицо рукой, вспомнив мерзкие касания Жени.
Но Эльмир не позволил мне спрятаться, сразу же убрал мою руку, а своей осторожно коснулся моего затылка. Я смотрела на него снизу вверх и таяла, просто растекалась лужицей от безумного взгляда красивого мужчины. Подобное рядом с ним я уже ощущала, и это не может быть просто дружба. Потому что от его касаний между ножек становилось жарко и влажно.
— Какого же хрена ты так рано выросла? — снова спросил он, а я от удивления приоткрыла рот, не сразу поняв, о чем он говорит. — Будешь теперь мужикам глаза мозолить, а я им кости ломать. Разве можно быть настолько красивой?
Он склонился, а по моему телу побежали мурашки. Он сказал, что я красивая? Вот этот мужчина, у которого полно женщин и который давно искушен, считает меня красивой? Сердце пустилось в пляс, ладошки вспотели, и я сажала их в кулачки. Дыхание сбилось и желала лишь одного, чтобы он наконец-то меня поцеловал.
— Красивее твоих баб? — зачем я это спросила, не понимала, но почему-то мне стало важно услышать ответ.
Эльмир посмотрел мне в глаза так, словно сам искал в них ответа.
— Разве я могу сравнивать тебя с ними? Ты несравнима ни с кем.
В голове набатом билось «поцелуй, поцелуй, поцелуй», а он словно чего-то выжидал, медлил и дразнил меня. Но сам склонился ниже, свободной рукой убрал выпавшие из растрепанного хвоста прядки волос и, задержав палец на губе, произнес:
— Ты будешь всегда моей, Катя. Всегда.
И склонившись, он нежно коснулся моих губ своими. Просто прикоснулся, позволив мне ощутить ближе его запах, и через несколько секунд губами прихватил верхнюю губу. По телу словно прошел электрический разряд, и я прогнулась в спине, грудью прижавшись к его груди.
Эльмир прорычал, потянул губу и отпустил. А я тяжело задышала, от нежности прикрыв глаза. Во рту пересохло, но шевелиться не было никакого желания. Прижиматься к Эльмиру — сплошное наслаждение, которое полностью охватило мое тело.
Его рука скользнула вниз по спине, а я вздрогнула, вдруг ощутив его губы возле уха. И тяжелое дыхание, похожее на мое. Глаза распахнулись от неожиданности и неизвестности.
— Всему свое время, малышка.
И он резко оторвался от меня и отошел. А мне захотелось завыть, только вот неожиданный рык Бекетова меня немного сбил с толку. Мужчина, крепко сжав руки, отвернулся от меня и простоял так несколько минут. Я сидела, боясь пошевелиться.
— Запахни халат, — прорычал он, а я тут же бросила взгляд себе на грудь, которая практически была нараспашку.
Вот это да, вот так прокол.
Я быстро запахнула полы и, спрыгнув, чуть не упала. Слава Богу, Эльмир не увидел, а то отругал бы за такое.
— Присаживайся, будем есть.
Я кивнула, не зная зачем, ведь он все равно не увидит, и, обойдя стол, присела на высокий стул. Пальцы до сих пор подрагивали, а сердце колотилось как бешеное. Заприметив на столе графин с соком, я решила немного попить чтобы смочить горло, но, наливая, удосужилась пролить на столешницу. Проклятая дрожь в теле!
— Прости, — словила на себе взгляд Эльмира, который сразу же взял тряпку и вытер сок.
— Поужинаем, потом раны тебе обработаю.
— Спасибо.
Ужин прошел в тишине. Я была благодарна Эльмиру за то, что он больше не поднимал тему моей внешности и того, что произошло. Я искренне стеснялась и чувствовала себя некомфортно. Такое было со мной впервые. К слову, как и поцелуй, который помог мне немного позабыть о мерзости. Да уж, чего я вру, после губ Бекетова никакие мысли, кроме как продолжение, не поселяли мою голову. Да, я хотела повторения. Хотела снова ощутить на себе его губы и так же близко вдохнуть его запах.
Чуть не подавилась, вспомнив об этом, и сразу же запила соком, чтобы прекратить кашлять. Эльмир практически не смотрел на меня. Я и сама бросила на него пару взглядов, а на третий не рискнула, боясь, что он меня подловит на этом.