Янтарь рассеивает тьму. Каин
– Ваша Светлость, – желтоглазая девушка осторожно ему улыбнулась, – мне не хотелось показаться грубой при первом же знакомстве, но я надеюсь, что вы понимаете причину моего негодования…
– Нет, – отрезал Люциан с каменным выражением лица. – Я не понимаю причину вашего негодования, и вы не вправе выбирать, кого из нас вам слушать. По законам Иномирья светлое начало должно править богами, а темное – тварями, но мы больше не в том мире, и начала здесь другие. Мы с владыкой тьмы – части единого целого, мы связаны силой, и не только, поэтому нет разницы, кого слушать: его или меня. Мы оба лелеем одни идеи и стремимся к общему благу, поэтому, даже если его сила вам не родная, вы не имеете права ей сопротивляться. Владыка тьмы давно ведет вас, давно присматривает за балансом, и никто не смеет отворачиваться от него, приводя ничтожные аргументы вроде «он соткан из тьмы, а я – из света».
– Н-но… как же… – попыталась воспротивиться богиня.
– Молчать! – ледяным тоном перебил Люциан, а потом отчеканил сквозь стиснутые зубы: – Свое нежелание подчиняться вы должны были показать еще двадцать лет назад, а не при моем появлении. Какое слово из фразы «части единого целого» вы не поняли? Попробуете еще раз оскалиться – и я вас всех уничтожу, – закончил он с глухим рычанием, от которого кровь похолодела даже у Кая.
За всю свою жизнь Люциан, казалось, никогда не испытывал такой безумной ярости. Пока его темное начало изменяло своей сути и притворялось паинькой, чтобы сохранить баланс в мире, боги не дерзили ему, но лишь потому, что так могли находиться рядом и оказывать на него влияние. Теперь, когда появилось светлое начало, надобность в подыгрывании отпала, и они начали без остановки задирать перед ним носы. Но, к счастью или нет, боги даже не подозревали, что, в отличие от тьмы, всего лишь лишающей зрения, свет мог сжигать дотла.
– Модао, ты так превосходно выступил, – наклонившись, промурлыкал Кай на ухо Люциану, пока боги в шоке переглядывались между собой. – Мне так приятно, что ты защищаешь меня.
Люциан фыркнул и отмахнулся от демона, который больше смущал его, чем благодарил.
Шепотки там и тут зазвучали громче, но Люциан с Каем их не прерывали, позволяя принять ситуацию своими способами. (Молчали только стихийные боги, трое из которых приходились ему назваными дядями, а четвертый недавно вернулся из мира мертвых и мало что понимал.) Богам не верилось, что нача́ла этого мира не противостояли друг другу, что один не пытался подавить другого, а действительно являлся его частью.
Хотя боги сейчас шумно обсуждали Кая и свое нежелание ему подчиняться, сам виновник сидел на троне с видом абсолютного властелина и довольной улыбкой на устах.
«Хаос… – подумал Люциан. – Шум сеет хаос, которым он питается». Он вздохнул, с сочувствием осматривая богов, которые за двадцать лет, казалось, так и не поняли, что Кай был всесилен.
– Ладно, заткнитесь все, – резко потребовал Бог Войны после того, как поймал откровенно сочувственный взгляд Люциана, который ему не понравился. – Вам объяснили, кого слушать, так что давайте продолжим собрание. – Фельсифул посмотрел на племянника огненными глазами, прогоняя с его лица сардоническую улыбку.
Кай усмехнулся и поерзал на троне, принимая позу чуть более собранную и официальную, – просто немного сдвинул колени.
– Завтра отправляемся перетирать кости владыке демонов, с собой я беру всех стихийных богов, кроме Бога Земледелия, а также Бога Обмана, Богиню Здоровья, Богиню Брака…
Пока Кай перечислял пятнадцать имен, Люциан внимательно наблюдал, какие боги отзывались на них, и запоминал их внешний облик и ауры.
– Завтра на рассвете придете на центральную площадь, и вместе мы телепортируем к владыке демонов. Со мной и Люцианом в битву против него однозначно пойдут стихийные боги и Бог Обмана, остальные – решайте между собой. Божества, которые не участвуют в битве, вы занимайте свои храмы и охраняйте близлежащие к ним территории. Заметите бегущих демонов – прогоняйте, они могут воссоздать демоническую резню, чтобы помочь своему правителю.
– Почему бы не отправиться за врагом прямо сейчас? К чему тянуть до завтра? – выкрикнул кто-то из толпы.
– Я не привык торопиться на встречу к тому, кого не желаю видеть. – Кай лениво рассек ладонью воздух. – Кроме того, многим из вас нужно время, чтобы вернуться в храмы и поднять тамошнюю охрану, а я дарую его, – говорил он словно император, позволивший прикоснуться к его длани губами.
Условия были обозначены, и те, кто остался согласен с ними, начали покорно покидать зал совета, хоть и с хмурыми лицами. Другие рискнули высказать свои сомнения и задать вопросы, на которые Кай либо отвечал: «К чему эти расспросы, если вы не входите в число тех, кто отправится со мной?», либо просто затыкал рты едкими фразами. Люциан же помалкивал, наблюдая за тем, как тьма управляет бессмертными.
Наконец, зал почти полностью опустел – остались только младшие дяди Кая. Ривер и Фельсифул неподвижно стояли в первом ряду и смотрели на племянника.
Фельсифул встряхнул огненной шевелюрой.
– Ну и что ты удумал? – заговорил он впервые с тех пор, как Кай посвятил всех в план битвы. – Как уничтожать его будешь?
– Дядя, ты, как всегда, нетерпелив, – протянул Кай с таким видом, словно Бог Войны доставал его расспросами уже не первый час. – Может быть, сохраним интригу, чтобы ты насладился на поле боя?
Фельсифул фыркнул и скрестил руки на груди.
– Это не поход в театр, где все, что требуется, – это просто стоять и смотреть. Не зазнавайся, твой названый братец очень силен, мы все это чувствуем. К тому же он умнее нас, вместе взятых.
– Ты меня недооцениваешь.
– Скорее это ты себя переоцениваешь. В прошлой жизни он десять лет водил тебя за нос, так что не пытайся убедить меня в том, что ты лучше соображаешь.
– Первый младший дядя прав, – произнес Ривер, спрятав руки в широкие рукава своих одежд, украшенных вышитыми журавлями. – Тебе нужно посвятить нас и остальную часть отряда в каждую деталь плана, который, я не сомневаюсь, ты продумал до мелочей.
Кай вздохнул и окинул взглядом опустевшее помещение.
– Не могу. Я… – Он нахмурился, посмотрев на собеседников. – Я им не доверяю.
Бог Войны вскинул бровь, а Бог Воды, казалось, остался совершенно равнодушен.
– Продолжай, – попросил Фельсифул.
Кай снова вздохнул. Укрывающая пол тьма заструилась по стенам, и Люциан догадался, что демон поставил барьер, чтобы их разговор никто не подслушал.
– Вы знаете, что я двадцать лет пытался отыскать брата, но не мог почувствовать его даже после того, когда полностью восстановил силы, – начал он объяснять тихим голосом. – Как выяснилось, Ксандр занял тело адептки клана Луны и погрузил свою демоническую суть в настолько глубокую спячку, что даже свое собственное «я», скорее всего, не всегда осознавал, а жертвой он правил через ее бессознательное, возможно, во время сна. Учитывая то, что за нападениями тварей и демонов на людские поселения стояли могущественные, изначально план точно был создан им. Возникает закономерный вопрос: как мой брат отдавал дальнейшие приказы? Вряд ли он смог заглянуть в будущее на десятилетия вперед и продумать все варианты развития событий. А поскольку я не чувствовал его причастности или намека на присутствие, очевидно, все проходило через чужие руки.
– Среди нас есть еще одна марионетка, – закончил Люциан.
– Марионетка владыки демонов? – уточнил Фельсифул, на что Кай кивнул. – И ты допускаешь, что такую сущность спрятали среди богов? Это невозможно, мы бы заметили.
– Марионетка еще не значит, что это кукла с демоном внутри, – произнес Бог Воды.
Фельсифул недоуменно уставился на него.
– Хочешь сказать, кто-то осознанно согласился быть предателем?
Ривер кивнул.
– Именно, – поддержал Кай. – Кто-то согласился прислуживать владыке демонов и все это время направлял основные демонические силы от его имени. Среди вас много новорожденных богов, которым не больше двухсот лет; в сравнении с Ксандром они юнцы, и их легко можно обвести вокруг пальца. А учитывая, что в свое время по его желанию погибли три владыки заклинательских кланов, два из которых служили ему, не возникает сомнений в его способности затуманивать разум.