Он (мой) Порок (СИ)

— Ты любишь пьяных женщин? — поддеваю его беззлобно.
— Нет, я люблю, когда девушка может ответить. Не всегда, конечно… Иногда девушка должна уметь промолчать.
— То есть, говорить или не говорить определяешь только ты? — наверняка во мне говорит алкоголь, потому что я вдруг хочу поспорить с Игнатом.
— Что-то типа того, — ухмыльнувшись, бросает на меня короткий взгляд и вновь смотрит на дорогу. — Ты говоришь, когда это уместно. И молчишь, когда я говорю!
Он что, серьёзно!?
— Я думала, речь шла о какой-то образной девушке, — продолжаю ёрничать. — А оказывается, ты говоришь обо мне?
— Ну на данный момент мне нравится не образная девушка, а настоящая. И это ты.
Вот так всё просто? Он только что сказал мне, что я нравлюсь ему! Боже…
Смотрю на Игната во все глаза и мысленно благодарю Кирилла Соболева за его чудо-вино. Потому что если бы не оно, я бы не смогла вот так открыто пялиться на парня. Тем более на такого, как Игнат.
— Это тот случай, — шепчет он, — когда уместно что-то ответить.
— Эмм… да… Да! — начинаю заикаться. Тру пальцем нос, тяну время в попытке придумать подходящий ответ.
Что я должна ответить? Что он мне тоже нравится? Боже, но это так глупо…
— Расслабься, Лиз, — он протягивает руку и сжимает ладонью моё колено. — Я всего лишь пошутил. Ты не должна ничего говорить. Я сказал, что ты мне нравишься, и всё, что от тебя требуется, это услышать. Ответить взаимностью ты можешь и позже.
— Ответить взаимностью? — переспрашиваю, завороженно наблюдая за его рукой, которая всё ещё сжимает моё колено.
Игнат уверенно управляет машиной одной левой, а его взгляд постоянно перемещается с тёмной дороги на моё изумленное лицо и обратно.
— Да, ответить взаимностью, — кивает он, вдруг становясь серьёзным. А его голос начинает звучать лениво, бархатно, с сексуальной хрипотцой. — Ты поймёшь, когда надо будет отвечать.
Его пальцы неторопливо ползут от коленки к бедру… и снова к коленке. До меня сразу доходит, о чём идёт речь. Игнат говорит о сексе!
Вероятно заметив на моём лице испуг, парень отдёргивает руку и немного морщится.
— Ты скажешь мне, если я тебя пугаю? Мне бы не хотелось, чтобы ты сбежала от меня.
— Ты меня не пугаешь, — выдавливаю, теряя голос. — Просто…
— Твою мать! — вдруг восклицает Игнат и ударяет по рулю кулаком. Смотрит при этом только вперёд.
Оказывается, мы уже добрались до заправки, но она закрыта на технический перерыв.
Игнат резко крутит руль влево, разворачиваясь.
— Здесь есть ещё заправки поблизости? — интересуюсь, мельком поглядывая на приборную панель.
Лампочка отсутствия топлива уже загорелась, и, честно признаться, я понятия не имею, сколько мы ещё можем проехать на остатках. А спросить прямо не могу. Потому что, сколько бы ни выпила, понимаю, что это тот случай, когда, скорее всего, надо промолчать и оставить решение проблемы мужчине.
— Ближайшая заправка далековато, — нехотя отвечает Игнат. Потом немного оживляется и добавляет с вновь вернувшейся на губы улыбкой: — Надеюсь, хватит, чтобы отвезти тебя.
— А если нет? — всё-таки спрашиваю.
— А если нет, то мы пойдём пешком.
— Что ж… Я совсем не против прогуляться, — пожав плечами, бросаю опасливый взгляд за окно. — Надеюсь, мы не встретим койотов…
— Лучше надейся, что нам хватит бензина, незолушка, — подмигивает мне парень.
Потом он сосредотачивается на дороге и ускоряется, ловко маневрируя по извилистой трассе, где с одной стороны поблёскивает море в свете яркой луны, а с другой виднеются вдалеке небоскрёбы большого города. Я и не думала, что мы так далеко уехали…
Однако надежды не оправдывают ожидания. В очередной раз вильнув на дороге, заруливая в резкий поворот, машина сама скидывает скорость. Через две минуты совсем встаёт. Игнат лишь успевает съехать к узкой обочине.
Я смотрю на него с грустью. И не потому, что мне лень идти пешком, или я боюсь опоздать. Ведь история с одиннадцатью часами лишь моя выдумка. На самом деле Виктор Иванович не ограничивает меня во времени. Сейчас мне досадно от того, что Игнат так торопился, так хотел отвезти меня вовремя… А теперь выглядит весьма удручённо.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Пешком мы, конечно, не пойдём, — немного взъерошив волосы, проведя по ним вверх-вниз, он хватается за свой телефон. Задумчиво вертит его в руках, а потом смотрит мне в глаза: — Я могу вызвать такси. Довезу тебя до дома, а потом вернусь сюда…
Он уже разблокировал экран и пролистывает контакты.
— Подожди, — накрываю его телефон ладонью, — а когда вернёшься, что будешь делать?.. С машиной.
— Позвоню друзьям, пусть везут мне бензин.
— Тогда позвони сейчас, — отпускаю его телефон. — Я подожду с тобой.
— Тогда ты опоздаешь, — смотрит на часы на приборной панели. Они показывают без четверти одиннадцать.
— Значит, опоздаю, — пожимаю плечами. — Но знай: в одиннадцать я превращусь в тыкву, — стараюсь пошутить, лишь бы успокоить парня. — Всё нормально, правда! Я могу вернуться и позже.
— Твой работодатель тебя не уволит? — заботливо интересуется Игнат.
— Нет, — интенсивно качаю головой. — Виктор Иванович не станет увольнять меня за такую ерунду.
— А за что станет? — вдруг интересуется Игнат, внимательно за мной наблюдая.
— Я не знаю, — отвечаю почти честно. — И не собираюсь делать что-то такое из ряда вон, чтобы это проверять.
— Хорошо, не будем его злить, — с лёгкостью соглашается парень и вновь берётся за телефон: — Позвоню Яну…
А я снова накрываю экран телефона ладонью и практически взмаливаюсь:
— Пожалуйста… только не ему!
Игнат смотрит с пониманием, кивает, а когда я убираю руку, пролистывает контакты от «Я» до «А».
— Кому ты позвонишь?
— Ну Соболев сейчас наверняка очень занят, — хмыкает парень. — А вот Ренат вряд ли откажет. Единственное его занятие — это бегать за моей сестрой.
— Они вместе? — спрашиваю просто так, чтобы поддержать беседу.
— Нет, и никогда не будут, — скороговоркой бросает он, словно говорил подобное не раз. Жмёт на нужный контакт, подносит телефон к уху, одновременно дёргая дверную ручку. — Сейчас позвоню и вернусь, — обещает с улыбкой.
Дверь за ним очень быстро закрывается, а я задаюсь лишь одним вопросом: почему он не стал говорить при мне?
Наблюдаю за парнем сквозь лобовое стекло машины. Он всё время стоит ко мне спиной, и я не могу даже по губам прочитать то, о чём он решил пошептаться с другом. Я, конечно, могу приоткрыть окно, но это будет крайне невежливо. Поэтому сижу смирно, приклеившись к удобному креслу, и стараюсь не ёрзать.
Игнат расхаживает туда-сюда, поглядывая в сторону моря. Иногда оборачивается через плечо на машину, но я почти уверена, что в тёмном салоне авто он меня не видит. Потом парень приваливается к капоту, и его рука наконец опускается вниз, отрывая телефон от уха.
У меня больше нет сил сидеть, поэтому распахиваю дверь и выхожу. Раз уж мы заговорили о его сестре, у меня есть желание кое-что выяснить. Почти бесшумно приближаюсь и замираю рядом.
— Тут прохладно, — бросает он, оборачиваясь, — давай лучше вернёмся в тачку. Через полчаса Ренат привезёт бенз.
— Мне не холодно, — отрицательно качаю головой.
Хочется выветрить из организма вино Соболева, чтобы наконец смотреть на Игната через призму здравого смысла. А здравый смысл вопит о том, что что-то не так с этим парнем, но я пока не понимаю, что. Да, избалованный — деньгами, женским вниманием… Но почему-то в его глазах я не замечаю высокомерия и не вижу особой радости от того, что он может получить всё! Или любую девчонку!
И зачем ему, чёрт возьми, я?!
В памяти всплывает фраза, брошенная его сестрой, когда столкнулись с ней в гостиной. «Очередная жертва…» — так, кажется, она сказала.
— В чём дело, незолушка? — криво ухмыльнувшись, интересуется парень. — Ты знаешь, что на твоём лице можно прочесть практически всё?