Он (мой) Порок (СИ)
Тихо пересекаю холл, выхожу в длинный коридор, спускаюсь на цокольный этаж. Здесь моё логово. Большой зал с бильярдным столом, спальня с огромной кроватью.
Не включая свет, прохожу в спальню. Скидываю обувь. Избавляюсь от футболки. Почти расстёгиваю молнию на брюках, но в последний момент понимаю, что я здесь не один. Смотрю на кровать, и мне не нужно гадать, кто там под одеялом.
— Вик, вали к себе, — говорю настойчиво.
Хоть она и притворяется спящей, я знаю, что не спит.
— Ну что тебе, жалко? — протягивает сестра капризно. — Мне скучно одной.
Остаюсь в брюках. Тяжело вздохнув, ложусь на край кровати. Вика смещается в сторону, освобождая для меня место.
— С кем ты вернулась домой?
— Меня подвёз Ян, — в её голосе смех.
— Ты понимаешь, что мне придётся его кастрировать? — говорю без шуток. — Отец убьёт тебя, если узнает, что ты крутишь задом перед всеми особями мужского пола.
Она звонко шлёпает меня по плечу.
— Я совершеннолетняя! И меня интересует только Колесников.
— Отцу плевать, кто и что тебя интересует. Через год ты выйдешь замуж. И должна быть… чистой, — с некоторой заминкой подбираю подходящее слово.
Вика с недовольством фыркает, а потом добавляет с грустью:
— Похоже, замуж я выйду намного раньше. Меня отчислят не сегодня-завтра. А отец не станет оплачивать мои косяки. Почему, блин, я не родилась парнем?
— Перестань, — одергиваю её. — Не так уж и плоха твоя жизнь. У тебя всё же есть выбор.
— Какой? — спрашивает с отчаянием и резко садится. — Какой выбор, Игнат?
— Выйти замуж и ни о чём не думать. Жить в своё удовольствие, позволяя мужу носить тебя на руках. Или нормально учиться! А через год сообщить отцу, что хочешь второе высшее образование. Дать себе отсрочку от свадьбы. Это не гарантирует тебе свободы, но попытаться стоит.
— Всё это очень долго и муторно, — брезгливо бросает она, вновь падая на подушку. — И не гарантирует свободы. В то время как ты волен делать всё, что захочешь.
— Например? — бормочу я, ощущая, как веки тяжелеют.
— Например, ты можешь выбрать себе любую девушку и сделать её своей женой. Можешь открыть какую-нибудь фирму, заручившись поддержкой отца…
— Всё не так просто, — хмыкаю я. — Иначе давно бы это сделал.
— Хорошо. Тогда ты можешь ограбить какого-то там старика, выбрав в жертву девчонку, которая у него работает! — выпаливает Вика на одном дыхании.
Сон как рукой снимает. Резко поворачиваюсь и смотрю на сестру уничтожающе.
— Этот придурок сказал тебе? — почти рычу от злости.
— Сказал, — она кивает. — И я тоже хочу участвовать. Если у меня будут деньги, появится возможность сбежать из этого города, подальше от нашей семьи.
Вижу, как её глаза увлажняются от слёз. Вот только этого не хватало…
— Забудь об этом, Вик! А я забуду, что ты крутишь шашни с Яном.
— Игнат! — она хочет возразить.
— Нет, — обрываю её резко. — Это не твоё дело. Твоё дело — учиться, быть скромной, воспитанной девочкой, и молиться, что отец передумает.
— Да, а потом когда-нибудь встретить вот такого Ясного Сокола, — тычет в меня пальцем, — чтобы он воспользовался моей скромностью и облапошил. Не это ли вы собрались сделать с бедной Лизой?!
— Не твоё дело! — рявкаю я, поднимаясь с кровати.
— У вас совсем нет совести! И принципов! Тогда почему они должны быть у меня? Не боишься, что я расскажу ей про ваш хитроумный план? — продолжает дерзить сестра.
— Ты этого не сделаешь, — отмахиваюсь я.
— И почему ты так в этом уверен?
— Потому что тогда ты потеряешь единственного человека, который о тебе беспокоится, — бросаю, выходя из спальни с чётким намерением спать на диване.
— И кого? — кричит она мне в спину. — Тебя?
Ничего не отвечаю. Она и так знает, что в этом доме только я люблю её, и только на меня она может положиться.
Отец занимается только нашим жизнеобеспечением, а мама ничего не решает, ловко прикрываясь от всех проблем за спиной влиятельного мужа-бизнесмена.
Я понимаю сестру и её желание сбежать. И сам руководствуюсь теми же мотивами. Получить деньги, много денег, и свалить… Туда, где никто не будет смотреть на меня через призму отца. Где я буду волен сам распоряжаться своей жизнью.
Мышка была права в тот первый вечер, когда Ян привел её в стриптизклуб. Задела болезненную тему о том, что всё, что у меня есть — это заслуга отца. Бросила это с укором, прожигая меня своими красивыми глазами. И теперь я всё чаще об этом думаю. Решительно настроен ворваться в этом дом, потому что не привык давать заднюю.
Но и играть с ней в любовь, наверное, не смогу. Потому что Ян в тот вечер тоже был прав. В неё невозможно не влюбиться.
Припарковавшись возле вуза мышки, жду её последние два часа. Не отрывая взгляда от массивного крылечка в страхе её пропустить. Часы тянутся бесконечно. Солнце нещадно палит даже через тонированные стёкла. Кондиционер не справляется с духотой. А ещё примешивается волнение, которое я испытываю в этом томительном ожидании. Немного кайфуя от новизны чувств, ведь волнение мне чуждо.
И вот наконец она выходит. Совершенно одна, без сопровождения подруг или парня, что, конечно, к лучшему. Сразу замечает мою машину и замирает на месте, едва переступив последнюю ступеньку. Судорожно поправляет лямки сумочки, надетой на правое плечо. Одёргивает и без того не короткую юбку. Нервно облизывает губы, убирает волосы за ухо и медленно идёт в мою сторону.
Выскакиваю из машины, растянув на губах улыбку из арсенала обворожительных. Но Лиза не улыбается в ответ. Вместо приветствия как-то укоризненно качает головой.
— Тебе не стоило приезжать, — говорит мне, как только я приближаюсь.
— Почему? — впериваю в её лицо непонимающий взгляд и протягиваю руку, чтобы забрать сумку.
Она вцепляется в лямки онемевшими пальцами и отдавать не собирается.
— Мы, наверное, слишком разные, Игнат, — говорит неуверенно. — Ты, твои друзья, ваш образ жизни — немного не то, что мне нужно. Поэтому не стоит тратить своё время на меня.
— Давай сядем в машину и обсудим то, что же тебе нужно, — прошу с деланно расслабленной улыбкой, но уже начинаю закипать. Мышка того и гляди спрячется в норке.
Всё ещё пытаюсь забрать у неё сумку. Заглядываю в серо-голубые глаза с волнением. Лиза неуверенно смотрит на авто, а потом так же неуверенно на меня. Она собирается отказаться, я это чувствую.
— Позволь просто подвезти тебя? — добавляю, не дав ей открыть рта. — По-дружески, — поднимаю руки перед собой в примирительном жесте. — Просто поездка, Лиз.
— Здесь всего триста метров ходьбы, — она указывает вперёд. — Я прогуляюсь, — всё ещё отпирается.
Чёрт…
Я никогда не умел разыгрывать спектакль или играть в любовь. Но сейчас внутри меня — уже зародившаяся симпатия к этой девчонке. Её нежелание подчиняться, упрямство… Убедить её становится делом принципа.
— Уже вечереет, я буду переживать, — бросаю совершенно глупый аргумент, потому что солнце всё ещё палит. — Если ты откажешься, мне придётся ехать за тобой, чтобы убедиться в твоей безопасности.
— Ладно, — вдруг соглашается она, поверив в мои добрые намерения.
Ну или хочет, чтобы отстал.
— Прошу, — приглашающим жестом указываю на машину.
Улыбка не сходит с моего лица, но теперь она на удивление не фальшивая.
Лиза замирает возле двери. Я открываю её, но она так и не садится.
— Только до дома, хорошо? — уточняет, цепляясь за сумку, как за спасательный жилет.
— Я же обещал, — немного наклоняюсь, чтобы наши лица были на одном уровне.
Однако когда я оказываюсь так близко к ней, Лиза сразу опускает взгляд, пряча его под ресницами. С опаской забирается в салон. Захлопываю за ней дверь и быстро обхожу машину. Сажусь за руль, завожу мотор и смотрю на неё.
— Когда-нибудь ты изменишь мнение на мой счёт, — произношу убедительно, после чего медленно отъезжаю от здания вуза. — Я не так уж и плох…