Клан Борзых 4: Барон (СИ)

— Всё. Я спать. Если произойдёт что-то важное, разбудите, — пробормотал я, садясь рядом с буром, и не успел услышать ответ, как отрубился.
  
Глава 18
 
Я проснулся от выстрела орудия. Нет, не от грохота, а оттого, что ударной волной от выстрела меня, в доспехе, покачнуло, и одновременно с этим по броне пошёл гул.
— Ох, нифига себе… — ошарашенно пробормотал я, открыв глаза. Даже не сразу понял, что именно вижу. Одно дело смотреть на фотографию или проекцию, и совсем другое — на артиллерийское орудие, помещающееся только на двух железнодорожных вагонах. Пушка уходила далеко за стену, а с другой стороны, была система гашения отдачи. Это, не говоря уже о монструозном дульном тормозе.
  
— Доброе утро, соня, — усмехнулась Жанна, уже выбравшаяся из брони. — Тебя не смогли достать из доспеха, так что пришлось оставить спать прямо так, на платформе.
— Плохо, надо будет продумать этот момент, — ответил я, понимая, что теперь нужно срочно выбираться, потому что в нужно в туалет. Благо, желание было больше стеснения, а край стены — вот он. И внизу никого нет. Вот только, справляя нужду, я посмотрел вперёд и внутри всё сжалось.
Древесный спрут занимал полгоризонта, его щупальца вздымались на километры, а вокруг бушевало пламя и колосился свежий зелёный лесок, уходящий по обе стороны от города. Будто в насмешку над бомбами и зажигательными снарядами он не только выстоял, но и раскинулся во все стороны, охватывая город. На каждый десяток квадратных километров леса возвышался один исполин, и сейчас их накопилось семь.
— Твою дивизию. Это как вообще?.. — пробормотал я, поправляя одежду, и в этот момент раздался противный гудок, и в ушах возникла вата. Я даже не сразу понял, что это, а потом громыхнуло так, что меня чуть не сдуло со стены. Пробило даже через вовремя появившиеся затычки, в голове загудело, а перед глазами стало темно от давления.
«Пожалуйста», — прокомментировала Сара, когда я чуть отошёл. Даже не стал спрашивать, за что её благодарить, очевидно, что за затычки. Вместо этого направился к отходящей от шума Жанне.
— Они уже бьют нашими снарядами? Мне нужно вести корректировку.
— Что? — морщась переспросила инквизитор.
— Корректировку, говорю, надо делать! — проорал я.
— А, нет, не надо. Там промазать нереально, — отмахнулась девушка.
«Тут я согласна, промазать будет проблематично», — прокомментировала Сара, отобразив схематичный силуэт твари, а затем отметив точки попаданий. — «Пока операция „Короед“ проходит весьма успешно: девять буров уже начали свою автономную работу. Смотреть там особенно не на что, снаряды мгновенно оказываются сжаты в полной темноте древесиной или окутаны древесным соком».
«Хорошо, что мы это предусмотрели», — усмехнувшись подумал я и, не став забираться в доспех, активировал на нём закрытие. — «Возьмёшь костюм на автопилот?»
«Понравилось, как я кидаюсь завскладом?» — довольно поинтересовалась Сара. Поощрять баловство духа (или всё же ИИ?) я не стал, просто приказал двигаться за мной, а сам в сопровождении Жанны забрался на платформу пушки.
Конструкция монструозного орудия представляла собой миниатюрную крепость или, вернее сказать, бронепоезд. Со своим паровым локомотивом, двумя вагонами инженерной службы, включая краны для подъёма снарядов и пороха и вагонами охраны. До нас всё это добро было совершенно безлюдно, потому что ценный персонал эвакуировали, боясь заражения.
Не скажу, что нам оно не грозило, но мы подстраховались. Мы с великими одарёнными обладали почти полным иммунитетом к подобным паразитам, они просто не могли прорости, а вот обычных солдат пришлось защищать специальными костюмами, прочными шлемами и респираторами. Правда, носить всё это нужно было только вне бронепоезда и вблизи от фронта.
Но чтобы войти в помещения пришлось вначале пройти проверку и санобработку в шлюзе, где меня заставили раздеться догола и полили щипающей, воняющей химией водой. Цельные металлические двери и толстые стёкла надёжно защищали обитателей крепости от внешних угроз. Если те не были размером с дом.
— Доброе утро, дамы и господа, как у нас дела? — поинтересовался я, добравшись до зала совещаний.
— Пока оно не сильно доброе, Старый, — мрачно заявил Медведев. — Но хорошо, что оно вообще наступило. Ночь выдалась жаркой, и я понятия не имею, как ты умудрился её проспать. Больше восьми часов!
— Я тигр, а тигры спят от двенадцати до шестнадцати часов в сутки.
— Дай им волю, спали бы и больше, — отмахнулась Ольга. — Тварь почти вылезла, уже начала подниматься, когда настало утро, и граница чуть ужалась. Завтра она точно выберется. Нужно за сегодня успеть сделать всё, что мы можем.
— Будто мы можем сделать больше, — поморщился Михаил. — И так ствол едва успевает остыть. Стрельба такими объёмами пороха — это не шутка. Братья техноманты уже предупреждали, что напыление в стволе сметает из-за неправильной формы снарядов.
— Они что, без поддонов и кожухов буры грузят?
— Всё в порядке, действуют строго по инструкции, но там всё равно есть швы. Неважно. После сегодняшнего, если ствол не разорвёт, его в любом случае придётся менять, — проговорила Жанна, вытирая волосы после обработки. — Орден гарантирует, что пушка выдержит сегодняшнюю стрельбу, но нельзя их торопить.
— Можно, — подумав, возразил я. — Даже нужно. Но вначале придётся забраться в дуло и попытаться исправить проблему с напылением изнутри. Полчаса, и мы сможем стрелять в полтора-два раза быстрее без потери точности.
— Если ты можешь это сделать, делай, — нетерпящим возражений голосом проговорил Медведев. — Наша миссия слишком важна, чтобы отступиться сейчас. Если нужно выделить охрану, только скажи.
— Не волнуйся, я сделаю всё отсюда. Предупредите техников и артиллеристов, чтобы не мешались под ногами и не начали палить раньше времени, — ответил я, усаживаясь поудобней и до капли выжимая из себя живой металл. — Откройте дверь, нужно выпустить дрона.
«Ты опять нас не разделяешь, да?» — недовольно надув щёки, спросила Сара. — «Ладно-ладно, я поняла, буду трубочистом».
«Я возьму на себя визуализацию, а ты химические процессы», — ответил я, превращая металлическую каплю в четырёхлапого паука. Можно было попробовать сделать и птицу, или выпустить в виде роя насекомых, но сейчас мне нужно было захватить несколько железяк.
Так что, двигаясь паучком, я сожрал полведра гаек и болтов, поломанную отвёртку, валяющийся боёк молотка с обломанной рукоятью и, только потяжелев раза в два, направил его в дуло. К счастью, пока занимался обработкой, никто и не думал стрелять. За несколько проходов весь «переваренный» вышел, а на стволе хорошо, если прибавился миллиметр напыления, такой объём работ мне предстоял.
— Готово? Артиллеристы уже заждались, — нетерпеливо спросил Михаил, когда я очнулся и поднялся со стула.
— Будет готово, когда я скажу, но пока пусть стреляют. Мне нужно время на подготовку и сбор металла. Не всё подходит для ствола.
«Если рассчитываешь добыть редкоземельные металлы вроде вольфрама или никеля — забудь. Тут всё максимально унифицировано и бедно. Железо, сплошное железо», — разочарованно проговорила Сара. — «Но есть и хорошая новость. Может, ты не заметил, но мы прибавили в весе!»
«В смысле потолстели?»
«Да нет же, каким-то образом живого металла стало на два грамма больше. И я имею в виду не примеси, а контролируемое вещество. Как это возможно — не спрашивай, не знаю, но заметила давно, просто очень медленно растёт объём. Возможно, с операциями, а может, с проводимой энергией».
  
«А может, и вовсе с ростом силы духа», — подумав, решил я. — «Но напыление всё равно нужно делать».
— Готовность минута! — послышался голос Манулова. — Всем отойти от механизма балансировки! Покинуть платформу!
— Больше никого не нашлось? — задал я риторический вопрос.
— Мы подумали, что раз он в твоей команде, значит, достаточно соображает, — ответила Ольга после того, как переглянулась с Медведевым.