Клан Борзых 4: Барон (СИ)

А ещё ниже, в корнях дерева, едва видимые за плотным туманом, двигались несметные толпы тварей. Тех, с которыми мы сражались в первые дни сезона и которые доставили столько проблем. Метровые пни, с длинными изломанными ногами. Древесные спруты с вьюнами-щупальцами. Мелкие твари-паразиты.
Как их остановить без авиации и с многократно просевшими артиллерийскими запасами? Я понятия не имел.
  
Но даже если мы каким-то чудом справимся с мелочью, если вдруг стены выдержат, а защитники постепенно сумеют перебить всех паразитов. Что с того? Мечущий скалы своими многокилометровыми щупальцами дуб всё ещё оставался на месте. Больше того, он быстро обживался, готовясь вступить в схватку.
— Никогда не сдаваться!.. — пробормотал я сам себе, сжимая кулаки до белизны костяшек. — Орудие готово? Внесение последних правок. Огонь!
Снаряд вырвался из пушки, и Сара начала корректировку, потому как противник, каким бы он ни был деревом, оставался достаточно разумным для оценки угрозы. И стоило артиллерии громыхнуть, как твари тут же сменили траекторию. Не то чтобы быстро, но даже при скорости в пять километров в час, при подлётном времени в минуту, уйти можно было достаточно далеко.
К счастью, даже без использования живого металла, мы создавали снаряды с рулями и минимальной технической начинкой. Прямо на месте их дорабатывали, с инженерным комплексом это не составляло большой проблемы. Так что и этот снаряд влетел прямо в центр ствола. Энт покачнулся, а затем его разорвало взрывом на две неровные части. Не измочалило, а порвало в щепки.
— Ох, ё!.. Кажется, мы обратили на себя внимание, — предупредил Медведев и тут же кинулся к микрофону. — Всем укрыться! Атака артиллерии!
Впервые за многие сутки я был благодарен не за то, что он ходил с конвоями, снимая с меня эту задачу, а за то, что княжич находился в пункте управления. Тех нескольких секунд, которые он выиграл, людям хватило, чтобы спрятаться за гребнями стены, уйти от бойниц и забраться в сооружения и вагоны. А затем на нас обрушился град из камней такой силы, что попади в человека — пробьёт насквозь.
— Не останавливать подготовку орудия! Всем, кто в доспехах присоединиться к персоналу, — приказал я, самостоятельно забираясь в броню. — Не тормозить! У нас полно работы и совсем нет времени!
Меня поддержали все, благо за многие дни при пушке ознакомились с рутинными обязанностями и теперь могли их выполнять, особенно те, что приходилось вести на открытом пространстве. И доспехи в самом деле спасали. Мне самому в голову прилетел булыжник, который в другой ситуации просто размозжил бы череп. Но меня всего лишь откинуло в сторону, даже не сильно помяв.
После третьего выстрела подряд ствол начало вести. После пятого он погнулся окончательно, но последний из снарядов нашёл свою цель. А вот дальше… мы торопились как могли, но твари всё равно приближались слишком стремительно, и в нормальном состоянии пушка на них уже навестись никак не могла.
— Всем отойти от орудия! — недолго думая, приказал я, и в этот же миг живой металл затёк в крепления, благодаря связи с благословлённым кинжалом срезая заклёпки и болты, ослабляя рессоры и пружины. Гигантская пушка жалобно взвыла, гнущимися стояками, и её дуло неумолимо пошло вниз.
— По моей команде, прямой наводкой! — крикнул я, вбивая координаты. Люди бегали по платформе и стене, прятались в вагончики и башни. — Огонь!
Ждать, пока укроются все, было нельзя, так что пару самых нерасторопных опрокинуло ударной волной. Отдача была такой, что составы слетели с рельс, оставшиеся рессоры не выдержали, и орудие накренилось. Но выпущенный снаряд влетел прямо в ближайшего гиганта, почти пробив его насквозь. А потом рванул, дробя тварь в щепу.
— Не спать! Готовим последний выстрел! — приказал я и сам бросился к составу, сошедшему с рельс. От пушки мало что осталось. Система наведения уничтожена, откаты, рессоры — всё пошло прахом. Но сам ствол и затвор ещё функционировали, хоть и погнулись. Так что я не питал иллюзий, этот выстрел будет последним. И для нас, и для пушки. Потому что твари всё ближе.
Увы, защитникам Несокрушимой было не до того, чтобы сражаться с гигантами. Из-под плотного белёсого тумана на них пёрла неисчислимая орда из древесных спрутов, хищных лиан и быстрых, разрывающих всё пней-пауков. Артиллерия захлёбывалась непрекращающейся канонадой, а храбрые защитники сражались на покорёженных стенах.
Но пока они держались. Великие князья и их дружины вместе с паладинами и братьями по ордену встали плечом к плечу, закрывая простых солдат. А те стреляли из-за спин старших, в отчаянной попытке удержать накатывающую волну. Тысячи и тысячи монстров падали, разорванные снарядами, пронзённые благословенным оружием или измочаленные прицельным огнём пулемётов и винтовок.
И всё же, стоит дойти до них хоть одному из гигантов, и сопротивление окончательно захлебнётся. О том, что будет, когда мировое древо восстановится и пойдёт в атаку, мне не хотелось даже думать. Ведь несмотря на то, что я поклялся никогда не сдаваться, против этого монстра у нас не было ни единого шанса.
— Разворачивай! Все вместе! И раз! И два! Взяли! — командовал я, и орудие со скрипом, едва заметно, но поддавалось. Шло вбок. — Ещё раз, взяли!
— В укрытие! — первой успела среагировать Ольга, и люди попадали, пропуская над собой каменный град. Булыжники с кулак размером били о стену и железные бока пушки. Увы, всем спрятаться не удалось, несколько человек осталось лежать навсегда.
— Вместе, взяли! — приказал я, первым поднявшись. Скрежет металла сопровождался искрами, и пушка едва поворачивалась. Нам бы сюда кран, который может поднять тонн пятьсот. Увы. Приходилось по миллиметру менять направление, пока дуло не начало смотреть в нужную сторону.
— В стороны! Заберите раненых и уходите! — крикнул я, и народ без возражений разбежался в стороны. — Давай, родной. Огонь!
Громыхнуло так, что пробило даже сквозь доспех и тактические наушники. Возможно, дело было в том, что пострадал дульный тормоз, а может, в балансире или ещё чем. Сейчас это было уже не важно.
Отдачей орудие откинуло на несколько метров назад, оно начало сползать во стене и со скрежетом рухнуло с платформы на чудом уцелевшие во время сражения фермы, не оставив от них даже руин. Я отметил это лишь краем сознания, вытягивая рули на снаряде до максимума. Секунда и семитонный снаряд врезался в последнего из энтов-переростков, находящихся уже меньше чем в километре.
Взрыв огненным цветком окутал монстра. Разорвал его ствол на неисчислимое количество кусков, раскидал остатки ветвей и щупалец в стороны. Ударная волна рассеяла туман под энтом и обожгла несколько сотен тварей, что прятались под ветвями гиганта. Моему взору открылась гигантская орда.
И всё же, если их бог не сдвинется с места. Мы выстоим. Справимся, несмотря ни на что.
Пулемётные очереди тут же ударили прицельно. Пушки грохотали, заливая открывшуюся площадь напалмом и осколочными снарядами. Напор чуть спал, и одарённые с дружинами сумели откинуть врагов на несколько десятков метров.
Ещё была надежда.
А затем мировое древо заскрипело, качая ветвями, и, вырвав корни из земли, пошло в нашу сторону.
  
Глава 20
 
— Прикрыть отступающих! Уводите раненных! — приказы приходилось отдавать один за другим, не теряя ни секунды, потому что твари, и без того наступавшие, будто обезумели. Сплошной вал тварей захлестнул оставленную крепость, и Несокрушимая пала, спустя всего несколько часов штурма. — Гвардия, ко мне! Готовимся к встрече!
  
Взмыленные и уставшие бойцы сгрудились возле меня, после чего их лезвия покрылись живым металлом. Нас было слишком мало, чтобы прикрыть всю стену, мы на это даже не рассчитывали. Внутренние помещения были безнадёжно захвачены плющом и заражёнными, не спасли ни карантинные меры, ни защита вентиляции. Корни просто проламывали решётки, проникая внутрь.
Я не питал иллюзий, сдержать монстров мы не сумеем. Зато прикроем отходящие колонны одарённых и сами последуем за ними. Потому что как бы ни были хороши доспехи, как бы ни были сильны благословения духов, никто не сможет сравниться с обезумевшим богом природы.