Клан Борзых 4: Барон (СИ)

— Ударим, как только вы выйдете из зоны поражения, — ответил Кирилл Филинов. — Убирайтесь оттуда.
— Принято. Уже уходим, — согласился я, выскочил из укрытия и помог подняться гвардейцам, оказавшимся неподалёку. Враги пытались обстреливать нас издали, но стоило нам уйти на километр, как их выстрелы потеряли какую-либо точность. С чем это было связано — не так важно, главное, что мы сумели выбраться.
  
Зеленокожие же проникали в наш мир один за другим, почти без перерывов. Шли чуть пригнувшись и тут же отскакивали в сторону, чтобы освободить место для следующих. Я видел это с миниатюрного дрона, зависшего в полукилометре над ними. Через пять минут их было под сорок. Через десять — больше сотни.
А потом на эту толпу рухнул зажигательный боеприпас. Бомба взорвалась в двадцати метрах над землёй, не долетев до поставленных ими щитов, и покрыла площадь около ста метров горючей смесью, мгновенно поднявшей температуру до тысячи градусов. Земля плавилась, камни раскалялись и рассыпались песком, воздух горел в лёгких, и гиганты горели вместе с ним. Жарились заживо, не в силах выбраться из эпицентра. Три минуты, и в радиусе действия бомбы не осталось никого живого.
— Подтверждаю, все цели уничтожены, — прокомментировал я, связавшись со штабом. — Только вот за границей их десятки тысяч. Если не миллионы.
— Всё как и прогнозировали, народность великанов, владеющих магией порядка, — бесстрастно прокомментировал Щукин. — Пусть заходят, бомб у нас на всех хватит.
— Верно, с богом деревьев они не сравнятся, — согласился я.
Гиганты начали проникать сквозь границу через полчаса, убедившись, что земля достаточно остыла. А когда их вновь скопилось под пару сотен, дирижабли скинули на них следующую планирующую бомбу. В этот раз твари пытались отстреливаться, вглядываясь в небеса, стреляли из луков, ставили щиты один над другим. И у них даже получилось. Нет, не сбить, не предотвратить детонацию — поставить щиты достаточно высоко, чтобы снаряд рухнул на них. Правда, потом всё равно взорвался.
— Пипец говнюкам, больше гадить не будут, — фыркнула Жанна, наблюдавшая за всем происходящим с того же дрона, что и я. Наш же отряд как раз пересёк вторую заградительную линию и уходил за подземную крепость. — Хорошая новость, дорогой. Мануловы начали пересборку бомб из расчёта одна в полчаса. Если даже эти придурки будут разбегаться в стороны, на девяносто ночей нам хватит.
— Погоди радоваться, здесь что-то непонятное… — прервал я её размышления, перематывая запись с дрона. — Внимание, они использовали какой-то трюк и перенаправили ударную волну в другую сторону. Смели огненный шар и горючку на пару сотен метров. Секунду… Рука… Они использовали символ в виде руки! Цели не поражены. Повторяю, цели не поражены!
— Вот же, ушлые уроды! — выругалась Жанна.
— Отходите дальше, нам нужно время на анализ, — тут же раздался в наушнике голос магистра. — Не рискуйте раньше времени и оставьте всё на заградительные линии.
— Принято, отступаем, — нехотя ответил я. Ситуация начала складываться не в нашу пользу, и это было неприятно. В первую очередь, потому что этот сезон должен был стать нашим отпуском, а вместо этого одна неправильность за другой. Мало того что враги лезут с самого первого дня, так ещё и достаточно разумны, чтобы придумывать что-то в ответ. И то, что они проходят по одному, так это только сейчас. Что будет через тридцать ночей, когда граница распахнётся во всю ширь?
А у нас ещё и Несокрушимая крепость не восстановлена, и стена пятого сезона едва держится. Там только внешняя часть готова, из-за того, что возведением каменных построек ранее занимались Буйволовы, а сейчас их подмяли под себя Секачовы. В общем, не слишком хорошая ситуация.
Правда, к тому моменту, как я добрался до штаба, она поменялась. Пошедшие по минному полю гиганты подрывались десятками, и, судя по их виду, совершенно не понимали, что делать и как. Они в ярости били по земле мечами, давили магией, но с радиоуправляемыми минами сделать ничего не могли. А управляющий из подземной крепости подрывом буквально играл на панели управления, как на клавишах фортепьяно.
— Всем князьям собраться в штабе для брифинга, — сообщил магистр, и я, успев лишь разоблачиться из доспеха и сдать раненного в лазарет, бегом отправился в зал совещаний, но успел последним. На главном экране в онлайн-режиме шла трансляция с моих дронов и со стационарных камер.
— Итак, все в сборе. Начнём, — кивнул Филинов, переключая изображение. — Первые выводы аналитиков таковы: перед нами раса, освоившая некий аналог магии начертания, связанный не с Хаосом, а с Порядком. Об этом свидетельствуют строгие формы, отсутствие разнообразия и вариативности, а также крайняя ограниченность исполнения. Вначале символ, затем реакция. Никаких исключений.
Судя по внешнему виду создаваемых предметов, эта раса остановилась в своём развитии на уровне конца бронзового века. Их доспехи не закрывают большую часть тела, щиты крайне примитивны, если не считать размера. Оружие также имеет устаревшие и неоптимальные формы. Однако всё это нивелируется тем, что всё это не является материальным в привычном нам смысле слова.
— Какая разница? Если они не умеют закрываться от осколков, проблема уже решена, — холодно заметил Щуков.
— У них есть некий аналог силовому полю, сфера, которая полностью закрывает их со всех сторон. Кроме низа, — возразил Филинов. — Вероятно, ранее она использовалась против стрел. Плюс для нас — они не могут одновременно использовать разные символы. Либо держать щит, либо атаковать. Но некоторые из символов имеют длительную структуру. Такие, например, как доспех и щит. Но, как уже заметил главнокомандующий этого сезона, они не защищены от осколочных боеприпасов. Либо пузырь, либо атака. Так что наш выбор — это мины и газ.
— Вы собираетесь использовать против них отравляющие газы?
— Именно. Мы тут не играем в рыцарей, и если с врагом можно разобраться, не ставя под удар наших солдат, так и нужно сделать. Голосуем за использование химического оружия. Большинство. Благодарю всех за понимание, — кивнул магистр, и, хотя я не проголосовал, было в этом что-то неправильное, в какой-то степени я даже был с ним согласен. Враг есть враг.
Через полчаса по скоплению противника ударили химическим оружием. Газ без цвета и запаха накрыл площадь в несколько километров, и спустя пять минут сотни гигантов валялись на земле, раздирая пальцами горло и не в силах вздохнуть. И никакие знаки им не помогли, хотя применять они пытались разные, в том числе отталкивать воздух символом ладони и поджигать его.
Увы, боевые отравляющие вещества были инертны к горению и заполняли собой слишком большой объём. На следующий день, когда наступило утро, удар повторили. А ещё через сутки стало понятно, что сезон пройдёт без происшествий. Потому что противники просто не имели символа, очищающего воздух. Не придумали.
Некоторые из них держались дольше остальных, постоянно применяя нечто, рисунок которого напоминал сдвинутую набок чашку с каплей. Похоже, противоядие. Правда, действовало оно недолго, а когда они применяли один символ, не могли использовать остальные. Обычные осколочные боеприпасы делали то, что не смог закончить отравляющий газ.
Твари рвались вперёд. С яростными криками и молча. Надевая на себя доспех из света и голышом. Под щитами и пытаясь просто пробежать опасный участок.
Мне даже показалось, что в этом сезоне не они были для нас бедствием, а мы для них. Слишком эффективно уничтожали все их попытки продвинуться. Без жалости и рассуждений. Чётко, быстро, с минимальными затратами.
  
На двадцатый день они перестали лезть из-за границы. Не знаю уж, сообразили, что не стоит, или сдались, не суть важно. За гранью их было всё равно ещё слишком много. Я сумел закинуть дрона внутрь и увидел бескрайние поля, занятые голыми зеленокожими гигантами. Но стоило понаблюдать внимательнее, как я отметил не только отсутствие одежды, а когда понял, собрал совещание.