"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Ты не знаешь…
– А кто еще мог это сделать? Она не играла важной роли. Теперь здесь есть ты, и у нее не было никаких шансов стать матерью лорда-наследника, не говоря уже о Верховном лорде. – Гален засопел и вытер нос рукавом. – Кто еще, если не Дарзин? Кто, если не мой отец? Я знаю, что он бил ее, что он ее ненавидел. Он считал, что именно она сделала меня слабаком.
– Ты не слабак, – возразил Кирин.
  
– Нет, слабак. – По лицу Галена все еще текли слезы. – Я слабак, и я всегда ошибаюсь и всегда сожалею об этом. Я не люблю то, что нравится моему отцу – и я не могу это изменить, как ни пытаюсь.
– Ты потрясающий фехтовальщик, – сказал Кирин, пытаясь хоть как-то его утешить.
– Для него, похоже, нет, – Гален покачал головой. – Я всегда слишком плох, слишком слаб, слишком мягкосердечен. Он избил бы меня сейчас, за то, что я плакал над трупом своей матери.
– Гален, тебе всего четырнадцать. Что бы ни говорил Дарзин, вряд ли в четырнадцать лет он был лучше тебя. – Кирин стиснул руку брата.
Гален сидел неподвижно, и его голубые глаза ярко сверкали от слез. Он посмотрел на Кирина.
– Мне не нравятся девушки, – признался он.
Кирин прикусил губу.
– Я знаю.
– Правда? – недоуменно спросил Гален.
– Наверняка все это знают, – признал Кирин. – Это несложно понять, ведь ты не смотришь на красивых девочек, даже если они почти голые. Тетя Тишар и… – Он умолк, поскольку не хотел произносить имя Алшены. Но если они приложили столько усилий, чтобы выяснить его сексуальные пристрастия, то наверняка изучили и Галена. – Это ничего не значит. В «Разорванной вуали» работали мужчины, и у них всегда было полно клиентов. Некоторые мужчины любят… мужчин.
– Это слабость, – буркнул Гален.
– Ни хрена. Это просто повод для того, чтобы почесать языками, а так на это всем плевать.
– Неправда, – Гален вытер глаза. – И ты это знаешь.
– Ну да, ты прав, – вздохнул Кирин. – Но так не должно быть.
Повисла неловкая пауза.
– А ты когда-нибудь… – начал Гален, но умолк. Он покраснел и отвернулся.
– Да, – тихо ответил Кирин.
Гален посмотрел на него.
– Что? Правда?
– Мне не понравилось, – признался Кирин. – И я просто… – Он пожал плечами. – Наверное, мне просто нравятся девушки.
– Ой… – Гален откашлялся. – Ну, то есть да, конечно. Логично.
Над ними снова повисла удушающая тишина.
– Я собираюсь сбежать, – вдруг сказал Кирин. – Могу взять тебя с собой. Там, куда я еду, на эти дела всем плевать.
Идея казалась довольно правдоподобной. Если там никто не знает, кто они, всем будет плевать, женятся они или нет, заведут семью или нет.
– Сбежать? У тебя ничего не получится…
– Да, сбежать. И нет, у меня все получится. Я знаю способ. – Кирин сжал руку Галена. – Поедешь со мной?
Гален посмотрел ему в глаза и кивнул.
  
75: Противостояние
 
(Рассказ Кирина)
 
От Рубинового квартала я добрался до «Бойни». По дороге я применил невидимость, но на всякий случай еще и натянул на голову капюшон. Войдя в таверну, я прежде всего обратил внимание, что в ней так же людно, как и раньше. Затем у стойки бара я заметил Тераэта: он болтал с Тауной Миллигрест. Док сказал, что в крайнем случае мы можем связаться с Сандом через Тауну. Мы все согласились с тем, что сейчас именно такой случай.
Я знал, что Тераэт питает слабость к женщинам из Хорвеша, но сейчас невольно подумал о том, знает ли Тераэт, что сейчас флиртует со своей сводной сестрой?
Я направился к нему, как вдруг увидел Тьенцо. Она обосновалась за одним из больших круглых столов и поставила на него великое множество стеклянных рюмок с водой. По крайней мере, я предположил, что это вода.
Рядом с ней сидел мужчина-маракорец в заплатанном плаще. На голове у него был простой медный обруч, и я был уверен, что где-то у него припрятан и медный жезл. Ни одного из посетителей таверны он, похоже, не интересовал, но, с другой стороны, он выглядел совершенно заурядным. Кроме того, он выглядел молодым, но в отличие от своих друзей – Корена, Терина и Никали – он не постареет, пока у него есть корона и скипетр.
С чего вдруг кто-то должен подумать, что это и есть император Куура?
У меня вдруг пересохло во рту.
Я подошел к их столу и придвинул стул.
Тьенцо кивнула мне, однако ее внимание было сосредоточено на рюмках.
– Я бы представила вас друг другу, но…
– Мы знакомы, – сказал император Санд. – Хотя и не виделись уже несколько лет. Тьенцо объяснила мне ситуацию. – Он не выглядел довольным, но, пожалуй, мне не в чем его было упрекнуть.
Я бы тоже расстроился, если бы узнал, что мой заклятый враг уже много лет выдает моего сына за своего.
Я посмотрел на стол. Если бы кто-то внимательно посмотрел на рюмки – а точнее, на жидкость в них, – то обратил бы внимание на то, что она не отражает то, что находится в баре. Уверен, большинство посетителей решили, что Тьенцо устроила какую-то безумную игру, в ходе которой нужно пить. Однако на самом деле она следила, не начались ли в городе изменения, свидетельствующие о начале Адского марша. Она клялась, что это возможно, поскольку демоны поглощают тепло, и за этим можно наблюдать, словно за изменениями погоды.
– Отлично, – сказал я. – Значит, вы нам поможете? – Я увидел его взгляд. – Да, вы правы. Это действительно дурацкий вопрос. Если вы пойдете со мной и Тераэтом…
Император Санд натянуто улыбнулся.
– Наверняка под иллюзией невидимости или с помощью какого-то другого метода. У меня есть идея получше.
Я развел руки в стороны, пытаясь скрыть свой страх.
– Разумеется.
Он положил на стол три перстня.
– Каждый из вас возьмет один из них. Они зачарованы. Сосредоточьтесь на них, чтобы общаться со мной напрямую. Тогда никто не заметит меня слишком рано, никто не совершит чего-то опрометчивого. Уверяю вас, Гадрит и Дарзин прекрасно знают, как я выгляжу. А Турвишара, к сожалению… – он плотно сжал губы, – я никогда не видел.
Дрожащей рукой я взял один из перстней.
Видишь ли, это был перстень-печатка с рубином.
Я услышал, как Тьенцо довольно хмыкнула, ведь связь была одним из слабых мест нашего изначального плана. Люди в баре по-прежнему пили, смеялись и спорили – это была своего рода прелюдия к поединкам. Они произносили тосты, чокались и оскорбляли друг друга. Все это казалось приглушенным, не важным, словно меня отделял от них слой воды.
Я вспомнил ванэ, которого пытали и убили Гадрит и Дарзин. У него был такой же перстень. Я подумал о своем отце Сурдье, у которого был такой перстень. Я подумал о Кероване, который украл у меня Валатэю и у которого тоже был такой перстень.
Я посмотрел Санду в глаза.
– Когда все закончится, – сказал я, – нам с вами придется о многом поговорить, ваше величество.
Он печально улыбнулся.
– Да, вероятно.
Я взял второй перстень – для Тераэта – и молча покинул их.
Пока что все шло по плану.
Теперь предстояла самая сложная часть: возвращение домой.
* * *
Госпожа Мия слетела по мраморной лестнице и бросилась в мои объятия.
– Кирин!
Она спрятала лицо в ткани моего аголе, заглушая свои рыдания. Я погладил ее по голове и коснулся ее щеки.
Вдруг моя мать перестала плакать и потрясенно ахнула. Она отвела в сторону ткань моей рубашки, чтобы посмотреть на ожерелье из «слез звезд».
– Долго рассказывать, – сказал я. – Потом объясню, честно.
Моя мать оторвала взгляд от ожерелья и посмотрела мне в глаза.
– Где ты был? Мы получили послание, в котором говорилось, что ты в безопасности, но не знали, можно ли ему верить.
  
– Знаю. Надеюсь, оно хотя бы немного вас утешило. И мне жаль, что я не смог вернуться раньше. Может, зайдем в дом? – Я поднял взгляд и увидел на лестнице Терина, который невозмутимо наблюдал за мной.
– Дедушка, – сказал я и кивнул своему отцу.