"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Он забарабанил пальцами по столешнице.
Бармен принесла сидр и поставила его перед Джанель. Нинавис явно хотела что-то сказать, но затем покачала головой и вернулась на кухню.
Джанель отставила чай и взяла сидр.
В комнате, где всего несколько часов назад множество людей смеялось и пело, было очень тихо.
Кирин искоса взглянул на Джанель:
– Не так больно, как не знать твоего имени? – вскинув бровь, процитировал он ее слова. – Серьезно? Это худшая из попыток подцепить мужчину.
Она с достоинством выпрямилась:
– Я страдала от боли и бредила. Заткнись.
Он громко расхохотался, и через несколько секунд она к нему присоединилась.
– Я не виновата, – пробормотала она. – Ты его видел? Он красивый.
– О, он весьма красив. Тут не поспоришь. Просто, если бы я умирал в Загробном Мире, лежа в чьих-нибудь объятиях, у меня бы просто не было сил на то, чтобы заниматься любовными играми.
Она повернулась к нему лицом и, улыбнувшись, заморгала:
– Ты уверен?
Это заставило его задуматься.
Кирин уставился на Джанель:
– Подожди, а что я тебе говорил в Загробном Мире? И что я делал?
Она усмехнулась:
– Много чего, хотя и ничего такого, из-за чего я бы держала на тебя обиду. Извини, я не хотела тебя расстраивать.
– О нет, – сказал Кирин, – это я должен извиниться за то, что сорвался.
– Я рада. Хочешь присоединиться к нам снова?
– Да, пожалуй.
Она встала со стула и направилась обратно к их столику, но потом вернулась обратно:
– Кирин!
– Да?
– Когда мы были вместе в Загробном Мире, я сказала тебе, что я оскорблена… – Она на мгновение замолчала, с трудом подбирая слова. – Что я оскорблена тем, что Ксалторат предполагала, что между нами будут отношения – еще до того, как ты согласился. Что мой интерес к тебе уже был воспринят как должное.
Кирин чувствовал себя так, будто наелся камней.
– Ох…
– Ты должен знать, что я не отвергну тебя просто назло Ксалторат. Если отношения с тобой меня заинтересуют. – Она поморщилась и подняла палец: – Получилось неправильно. Я хочу сказать вот что: Ксалторат была права. Они меня заинтересовали.
Камни в его животе превратились в бабочек – и это чувство было гораздо приятней. И все же…
– А как насчет Тераэта?
– О, я бы советовала спросить его самого о его влечении к тебе. Это ведь не мое дело. – Уголок ее рта приподнялся.
– Очень смешно, – сказал Кирин.
– Я так и подумала, – улыбнулась Джанель. – Еще одна история. Затем мы прервемся на ужин.
Кирин взял свой бокал и направился обратно. Настала очередь Коуна рассказывать.
Рассказ брата Коуна.
Руины эставы, Знамя Барсина, Джорат, Куур
Дождь лил как из ведра.
На следующий день дождь прекратился, превратившись в слякотный промозглый снег. Выжившие из Мерейны жались друг к другу, чтобы согреться. Брат Коун был рад тому, что оказался под землей; огромная каменная пещера оберегала людей от непогоды, но все по-прежнему держались поближе и делились одеялами.
Судить, когда наступило утро, они не могли, но Джанель открыла глаза как раз в тот момент, когда, как подозревал брат Коун, солнце поднялось над горизонтом на западе. Сев, Джанель откинула одеяла и принялась потягиваться и рассматривать свои конечности, как будто удивляясь, что они все еще находятся на месте.
Затем она подошла к очагу в поисках завтрака.
– Они действовали умно, – сказала она позже, когда Дорна, сэр Барамон и Данго собрались поиграть в кости.
– Умно? – Брат Коун изо всех сил старался, чтобы его голос звучал нейтрально.
– Да, – согласилась она. – Они знали, что дым убьет всех в городе. Затем демоны должны будут сожрать их души и оживить тела и, в свою очередь, убьют еще больше людей, которыми могли бы обладать их братья. Затем появляется дракон и хоронит деревенскую местность в бурях и снегу. – Она ткнула пальцем в потолок, указывая на бурю, по-прежнему бушевавшую над головами. – Поэтому, когда придет армия, их задержит непогода [248].
– О, я понял, – сказал брат Коун. Он прикусил губу. – Ненавижу умных. Я бы предпочел, чтоб мы имели дело с глупцами.
Она вздохнула:
– Увы. Это было бы предпочтительнее. – Она просияла: – Но, по крайней мере, им это не удалось. Может, погода и мрачная, но это все напрасно. Никакого Адского Марша не будет.
– Вы уверены?
Она улыбнулась:
– Уверена.
– Мы не можем оставаться здесь. – Нинавис, прихрамывая, направилась в их сторону. – У нас не хватит припасов на всех людей. Уходя, люди хватали то, что попадется под руку. К снегопаду никто не был готов – здесь просто никогда не идет снег.
Джанель откинулась назад, опираясь на одну руку. Она выпила чашку крепкого чая из запасов Дорны, но в целом все были согласны на половинный паек. Никто не знал, когда же закончится эта неестественная буря.
– Когда буря закончится, тебе следует вернуться в Мерейну, – сказала Джанель.
– В Мерейну? – Нинавис была потрясена. – Туда, где демоны?
– Где были демоны, – поправила ее Джанель. – Больше их там нет. И ты ведь знаешь, что армия отправится именно туда. Ты не можешь просто оставить это место, Нинавис. Теперь это твой дом. Тебе некуда больше идти.
– Ты все время говоришь «ты», – сказала Нинавис. – Я чувствую явный недостаток слова «мы».
Джанель вздохнула:
– Я не твой барон. Когда Кэлазан вернется…
– Если Кэлазан вернется, – огрызнулась Нинавис. – Мы не знаем…
Джанель посмотрела туда, где Ганар Венос (которой уже не было смысла притворяться Ган, дочерью мельника) помогала с готовкой.
– Пожалуйста, говори потише.
Выражение лица Нинавис смягчилось:
– Отлично. То есть ты просто уходишь?
– Кто-то должен попытаться предупредить остальных. Я не просто говорю об армии, которая прибудет. Кто-то должен убедиться, что люди знают, что здесь произошло. Мои люди и я отправимся в Атрин и поговорим с герцогом Ксуном.
Дорна оторвала взгляд от игральных костей:
– В Атрин? О, жеребенок, мы не можем! Я знаю, ты сказала Арасгону встретиться с нами там, но это ужасный риск… – Не оглядываясь, она хлопнула сэра Барамона по руке: – Не пытайся подменить кости, или я тебя порежу. Смотри у меня!
– Да я бы никогда! – запротестовал сэр Барамон, убирая руку от игральных костей. – Э-э, а почему поездка в столицу провинции может быть рискованной?
Данго кивнул:
– Я тоже хотел спросить об этом.
Брат Коун старательно делал вид, что он изучает свои ладони, не обращая внимания на то, как напряглись Джанель и Дорна.
– Есть что-то, о чем ты мне не рассказала? – прищурился сэр Барамон. – Тамин что-то говорил о том, что ты избегаешь Осуждения. Это правда?
Джанель вздохнула:
– Это правда. Но это не… – Она покачала головой: – Это незаслуженно, ты же понимаешь. Тело моего дедушки еще даже не остыло, когда сэр Орет появился на пороге вместе с небольшой армией.
– Сэр Орет? Второй сын маркрива Ставиры?
Дорна закатила глаза:
– Он самый. Наши родители устроили этот брак, когда мы были детьми, но… из этого ничего не вышло.
– Естественно, из этого ничего не вышло, – согласилась Дорна. – Ты прекрасная молодая аристократка, а он – лошадиная задница. Межвидовые отношения в этих краях не одобряются. – Она ухмыльнулась, на ее лице появилось озорное выражение. – Разве не это ты сказала в том последнем письме, которое оставила перед нашим отъездом?
Джанель не смогла удержаться от улыбки:
– Думаю, возможно, так оно и было.
Сэр Барамон широко распахнул глаза:
– Тогда понятно, почему он так из-за тебя расстроен.
– Нет, я подозреваю, что он просто затаил обиду – потому что сразу после нашей помолвки он вел себя как торра, и я преподала ему урок хороших манер. – Джанель нахмурилась: – Он хотел, чтобы я ему поклонилась, а я отказалась, и он попытался меня заставить.