"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Сенера даже не пыталась скрыть улыбку:
– Да?
– Разве никто не сказал Каэну, что для этого нам не нужны мужчины?
Ее глаза заблестели.
– Не порть им веселье. Здесь, конечно, терпят долгосрочные романы, но лишь потому, что их муж, похоже, и не осознает, что это возможно.
– О, я бы и не подумала ничего говорить.
Нас заметила одна из женщин и подошла к нам.
– Привела нам хорвешку? – Она поджала губы: – Ты не похожа на жительницу Хорвеша.
– Спасибо, – совершенно искренне ответила я. – Я и не ощущаю себя хорвешкой.
– Байкино, это Джанель. – Сенера подтолкнула меня вперед. – Я была бы тебе очень признательна, если бы ты присмотрела за ней, пока меня не будет.
Женщина вскинула бровь и снова поджала губы:
– Конечно. Нам же больше нечем заняться? – Судя по тому, как резко прозвучали ее слова, в прошлом были какие-то недоразумения.
– Просто сделай это. И достань ей что-нибудь из одежды. Сегодня утром в ее комнату ворвалась Вирга, поэтому я не решилась оставить ее там.
Готова поставить металл на кон, что знак, который сделала женщина, предназначался для того, чтоб отогнать злых духов.
Сенера повернулась ко мне:
– Я вернусь через несколько дней.
– Не торопись из-за меня.
Она закатила глаза и ушла.
– Кто такая Вирга? – спросила я, едва Сенера скрылась.
Байкино оглянулась по сторонам и лишь потом ответила:
– Чудовище герцога Каэна. И дрессировщик чудовищ Каэна. Она занимается животными. Белыми медведями и снежными гиенами. Она находится здесь гораздо дольше, чем я, и она просто ужасна. Однако не все здесь так к ней относятся, так что я бы не стала слишком громко критиковать ее.
– Она кому-то нравится? В это трудно поверить.
Байкино снова оглянулась:
– Вирга утверждает, что она последняя мать-колдунья.
Я моргнула:
– Мать-колдунья? Кто это?
– Так это новая хорвешская жена волшебника, да?
Приблизилась еще одна девушка. Она выглядела почти моей ровесницей, и она не столько шла, сколько расхаживала с важным видом. Эта женщина явно хотела убедиться, что я не испытываю никаких заблуждений относительно иерархии и моего места в ней.
Я искоса взглянула на нее:
– А это какая-то проблема?
Женщина пожала плечами:
– Нет. Пока ты держишься подальше от Ажена.
– Кого?
– От моего мужа, – уточнила она. – Ажена Каэна.
– О, Вейсижау, пожалуйста. Ты жена номер двадцать восемь. Думаешь, он вообще заметит, если ты вдруг пропадешь? [375]
– Ну, если бы ты пропала, он бы точно не стал беспокоиться. Сколько лет ты уже замужем за этим мужчиной и до сих пор не родила ему ребенка?
– А ты думаешь, мне это не все равно?
– О, скоро будет. Он все так же тащит меня в постель, и скоро я стану первой женой! – Вейсижау закатила глаза и неторопливо удалилась, очень тщательно вихляя бедрами. Заметьте, у нее были красивые бедра. Но, учитывая ее характер, это было легко игнорировать.
Я так и замерла, удивленно моргая:
– Она кажется весьма милой.
– Не беспокойся о ней. Она просто расстроена тем, что до сих пор не беременна. – Байкино засмеялась, а затем понизила голос до шепота: – Как будто мы можем когда-нибудь забеременеть. Каэн хочет, чтобы престол унаследовал Эксидхар. Это страхует его от убийства кланами.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты уже знакома с сыном Достопочтенного?
Я вспомнила нашу очень неудачную встречу.
– Да, вполне. – Я на миг замолчала. – Они не хотят, чтобы Эксидхар наследовал, потому что он наполовину хорвешец?
Будучи знакома с неприятной новостью о том, что я по крайней мере наполовину хорвешка, я обнаружила, что меня весьма интересует ответ. Значит ли это, что мне придется бороться еще с какими-нибудь предрассудками, кроме тех, что связаны с моим полом?
– Да. Был ужасный скандал, когда Достопочтенный женился на хорвешке. Настолько ужасный, что кланы почувствовали, что должны что-то с этим сделать. Говорят, ее привидение все еще бродит по туннелям под дворцом. Если спустишься в кладовые и прислушаешься, обязательно услышишь ее крики. – Она усмехнулась: – Не то чтобы нам, конечно, разрешают спускаться в кладовые.
– Зачем убивать жену? Не было бы более разумным убить герцога и его сына?
– Достопочтенного, – поправила меня Байкино.
– Хорошо. Достопочтенного.
– Да, они пытались убить его. Когда Ажен Каэн отказался от старых правил, начав говорить об образовании и правах, лидеры кланов подумали, что это их шанс. Ажен и Эксидхар выжили. Его жена Ксиван – нет. – Байкино скорчила гримасу: – Мой отец, сколько я себя помню, говорил, что семья Каэн была мягка. В их венах слишком много крови Куура [376]. Что ж, кланы проделали хорошую работу. Убийство жены Достопочтенного просто отлично закалило Ажена Каэна. И, клянусь Чертхогом, он никогда не заставлял нас сожалеть об этом. Выследил Симошгру и уничтожил весь клан. Всех до единого, до последнего. Как только мы услышали эти новости, я сказала отцу, что нам лучше дать Каэну гарантии. Нам лучше продемонстрировать, насколько мы сожалеем о случившемся, иначе он не остановится на Симошгре. И вот кто я. Как и все эти женщины. Гарантии. С тех пор я здесь.
– Мне очень жаль.
– Все не так уж плохо. По крайней мере, у меня никогда не было причин жаловаться на это Сулесс.
– Действительно. – Я оглядела комнату. Все здесь казалось весьма изнеженным и еще более скучным. – Полагаю, он весьма занят с женами.
– О нет, – рассмеялась Байкино. – Я думаю, он бы предпочел забыть о нашем существовании, но иногда он все же вспоминает и выполняет свой долг. Но думаю, что, если мы когда-нибудь дадим ему повод, он будет очень рад отправить нас всех обратно к нашим семьям.
– Но разве так не было бы лучше?
Ее глаза расширились:
– Нет!
Я ничего не понимала. В Джорате браки по договоренности заключались довольно редко, но вполне могли быть успешными, если семьи хорошо поработали над сватовством. Но чтобы заставить кого-то вступить в брак сразу с несколькими партнерами? Неслыханно. Вероятность того, что партнер почувствует себя саэленом и просто… забредет… в другие отношения, делала такой вариант весьма непопулярным и неразумным. А если бы один супруг держал других в тюрьме, дабы они не ушли, они бы назвали себя торрой. И этого бы точно никто не захотел.
Конечно, возможно, этим женщинам вообще было неинтересно гулять. Байкино, казалось, чувствовала себя в этой ситуации вполне комфортно. И это многое сказало мне о том, на какое обращение могли рассчитывать женщины в Йоре.
– Ты еще не завтракала? – продолжила Байкино. – Мы могли бы…
Но стоило ей заговорить, как к нам, запыхавшись, подбежала еще одна жена. Судя по ее разноцветной коже, среди ее предков были один-два джоратца из тех, что служили в армии Куура, когда те десятилетиями раньше оккупировали регион.
– Ты новенькая, верно?
Я решила ее не поправлять.
– Я могу тебе чем-нибудь помочь?
– Не мне, – выдохнула она. – Тебя хочет видеть Достопочтенный. Прямо сейчас.
38: Огненное око
Провинция Джорат, Куурская империя.
Три дня с тех пор, как Джарит Миллигрест выбрал второй вариант
– Так… эти жены все еще заперты? – спросила Дорна. – Кто-то должен их освободить.
– Не будь столь развратной, – сказала Джанель. – Знаю, что это трудно для тебя, но постарайся. Кроме того, если я говорю, что их уже не надо спасать, то ты должна мне просто поверить.
Кирин покачал головой:
– И ваша третья встреча с Тераэтом подтверждает, кто такая Элана. – Джанель удивленно глянула на него, и он пояснил: – Помнишь, ты говорила, что в Загробном Мире я продолжал называть тебя Эланой? Единственная Элана, которую я могу вспомнить, – жена Атрина Кандора: Элана Миллигрест.