"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Она была так прекрасна – холодная и совершенная, будто проявление самой зимы. Солнце отражалось от чешуи, создавая тысячи радуг, сверкающих на фоне снега и льда.
Я сжала пальцы на Хоревале и на какое-то мгновение пожелала, чтобы нам не нужно было этого делать.
Несмотря на все мои планы, мысль о том, что надо взять Хоревал, пришла чуть запоздало. Но стоило взять его в руки, и я почувствовала его необыкновенную магию, поняла, что она действительно достаточно сильна, чтобы убить дракона. И все же по сравнению с огромной и величественной Эйан’аррик Хоревал казался зубочисткой. Я была просто идиоткой, решив, что я смогу сразиться с драконом без поддержки богини.
  
Богиня же, о которой шла речь, вероятно, думала точно так же – по крайней мере, о красоте Эйан’аррик, – потому что я услышала ее вздох:
– Это просто разбивает мне сердце. Я ведь знала ее, еще когда она была ребенком…
– Ты… – Я уставилась на нее: – Подожди, Эйан’аррик раньше была человеком?
– Все драконы были… ну… ладно, назовем их людьми. Эйан была дочерью моего хорошего друга. В детстве, когда она улыбалась, казалось, что солнце выглядывало из-за облаков.
– Что сделало ее драконом?
– Чудовище. Ее дядя.
– А ее дядя?..
– Релос Вар. Ее дядя – Релос Вар. И он убил своего собственного брата, отца Эйан, потому что… честно говоря, я не знаю почему. Даже после всех этих лет я по-прежнему не знаю. – На лице Тиа появилось враждебное выражение, и мне показалось, что она более не склонна отвечать на вопросы. – Спрячься за тем выступом. Я проведу ее под тобой. Прыгай вниз и не промахнись.
– И это и есть твой план? Прыгнуть на нее и надеяться на лучшее?
Тиа засмеялась:
– А что ты собиралась делать?
Нахмурившись, я глянула на свою сумку. Вообще я планировала подарить Эйан’аррик новое украшение к ее чешуе. Украшение, которое лишило бы ее сил. Но это было до того, как я поняла, что знак, который Сенера нарисовала на моей спине, был персонализированным, так что на Эйан’аррик он, вероятнее всего, не сработал бы, особенно если он служил для того, чтобы «воровать энергию у ворасской дочери Богини Магии».
– Ты, случайно, не знаешь, что он означает? – я показала Тиа знак.
Она печально покачала головой:
– Как бы это странно ни звучало из уст Богини Магии – понятия не имею.
– Раньше я планировала бросить это в дракона, чтобы она ослабла, но теперь я не уверена, что это сработает.
– Похоже, твой план не особо отличается от «прыгнуть сверху и надеяться на лучшее»?
Я прочистила горло:
– Похоже.
– Двигайся как можно быстрее. Если не сработает, беги. Ты не справишься с ней с помощью силы или стойкости. Направляй копье ей между глаз.
Я кивнула и подошла к выступу.
Тиа исчезла.
Но уже через мгновение она появилась внизу, в долине, где резвилась Эйан’аррик. Драконица тут же взвилась на дыбы, расправив крылья. Похоже, она решила обойтись без вежливых бесед и легких подшучиваний.
Эйан’аррик рванулась вперед, дыша воплощением самой зимы, метя в Тиа, но та уже успела ускользнуть, оставив после себя лишь размытую радугу своих вуалей.
Нужно было точно рассчитать время. Я должна была прыгнуть до того, как до меня доберется Эйан’аррик – и если я выскочу раньше, то просто разобьюсь насмерть, а если опоздаю – меня вполне мог ждать тот же результат.
К этому моменту Эйан’аррик была уже близко от меня. И я прыгнула.
Я приземлилась на полпути к шее дракона и, пытаясь ухватиться за ее чешую и карабкаясь наверх, чудом не потеряла и копье, и жизнь. Заметив меня, Эйан’аррик повернула ко мне голову, пытаясь укусить меня, не смогла и, отвлекшись от своего полета, потянулась ко мне передними лапами, пытаясь сорвать со своей шеи.
Стоило Эйан’аррик отвернуться, и Тиа атаковала – небо вокруг заполнилось огнем. Я поспешно забормотала защитные заклинания, но по коже уже пошли ожоги и волдыри. Мне оставалось только проклинать себя, что я не додумалась сделать это раньше.
Я с силой ударила Хоревалом сверху вниз, метя в шею Эйан’аррик.
Драконица взвыла от боли. Из ее раны в мое тело хлынула необычайная, чудовищная сила – и ощущение это было весьма неприятным. Тенье дракона казалось искаженным и неправильным, каким-то гнилым, как будто нормальные магические энергии, наполняющие все сущее, испортились и хаотично перестроились. Я тоже кричала, вонзая копье все глубже ей в шею, и завопила еще громче, когда на меня брызнула кислотная ледяная кровь.
А потом мы упали.
Удар о снежную поверхность оказался спасением, подобно холодному компрессу, освежившему болезненные ожоги. Эйан’аррик набросилась на меня сзади – и промахнулась лишь потому, что я была слишком маленькой мишенью. Но Тиа не бросила меня. Стоило ее огненному шару исчезнуть, и Богиня Магии мгновенно вернулась, высвободив потоки фиолетовой энергии, разрушавшей крылья и когти дракона.
Я напомнила себе, что у меня нет времени на то, чтоб обращать внимания на боль, вытащила копье из шеи дракона и ударила снова, на этот раз метя между глаз.
Эйан’аррик рухнула на снег.
Я упала рядом: вся в крови – драконьей и человеческой, – покрытая ранами, о которых мне не хотелось даже думать.
Но мы сделали это.
Мы убили дракона.
Тиа опустилась рядом со мной и издала звук, который издавала Дорна, когда я, перепачканная в грязи, возвращалась домой после игр – я чуть не задохнулась.
Тиа уложила меня на снег рядом с головой Эйан’аррик и исцелила мои раны.
– Подожди здесь. Мне нужно пойти и выяснить, сработало ли это.
Шок вывел меня из оцепенения:
– Что? Что ты имеешь в виду, говоря, «сработало ли это»? – Я указала на мертвое тело.
Тиа покачала головой:
– Это происходит каждый раз.
Я заморгала, глядя на нее.
– Мы убивали драконов и раньше, Джанель. Они оживают. Они исцеляются. Так же, как и мы. Нельзя убить никого из Восьми. Мы просто не будем оставаться мертвыми. И ты не можешь просто убить дракона. Он тоже не останется просто мертвым. – Она коснулась копья, пронзившего голову дракона. – Отдохни здесь. Я узнаю, каков результат, у Таэны. Она будет знать, если это сработает.
Кивнув, я вздохнула и откинулась на спину. Я чуть было не сказала, что и сама бы поговорила с Таэной, но мне совершенно не хотелось сейчас засыпать. Я почувствовала и услышала, как закружилось и сдвинулось тенье. Когда я подняла глаза, Тиа исчезла.
Я наблюдала за клубящимися облаками над головой. Грозовые тучи рассеивались, словно они собирались лишь потому, что этого требовала королева драконов. Теперь они могли принести снег, дождь и жизнь на другие поля.
Я не знаю, как долго я там просидела. Думаю, не очень долго… А затем Релос Вар сказал:
– Когда я приказал Коуну помочь тебе, я совсем не это имел в виду.
  
52: Разорвать цепи
 
Провинция Джорат, империя Куур.
Через три дня после того, как Коготь и ее команда выиграли
– Не удивлюсь, если это относится ко всем ним, – задумчиво произнес Кирин.
– О чем вы? – спросил Коун.
– Если все драконы – дети Восьми Бессмертных. Я имею в виду, что я четыре года торчал на священном острове Таэны, лишь потому, что ее драконий сын, Шаранакал, не хотел, чтобы я уезжал. А теперь еще Эйан’аррик и… я…
Коун нахмурился:
– А что там с Эйан’аррик и вами?
– Э-э, не бери в голову. Я хочу сказать, а что, если это относится ко всем драконам?
– Ух ты, – выдохнула Нинавис. – Никогда не думала, что когда-нибудь буду участвовать в таком разговоре.
Джанель глянула на брата Коуна.
– Думаю, это вполне возможно. Может быть, любовь Релоса Вара к заботе о семье уходит корнями в самое начало.
  
– У него явно какие-то проблемы, – прокомментировала Дорна.
– Это многое меняет, – сказал Кирин. Он вспомнил, что Релос Вар и Шаранакал говорили о нем. Оба они узнали Кирина не по его внешнему виду, а по «цвету» его души. Если такой способностью обладают все драконы, Эйан’аррик вполне могла бы узнать его.