"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Да, Ваша Светлость. – У Талеи было собственное мнение о герцоге, но она держала его при себе. Возможно, когда-то, до того, как Сулесс вонзила в него свои когти, Ажен Каэн был другим. Вспоминая о муже, Ксиван вспоминала более молодого, более энергичного Ажена Каэна, но Талея никогда не знала такого герцога.
Но, возможно, она не давала ему настоящего шанса. Талея не всегда разбиралась в нюансах йорской культуры. С другой стороны, она не думала, что йорцы являются бо́льшими варварами, чем куурцы. Скорее в подобной забаве йорцы были лишь любителями.
  
Ксиван заметила выражение лица Талеи.
– Я опять разнылась, да?
Талея усмехнулась.
– Вовсе нет, Ваша Светлость. – Выражение ее лица стало серьезным. – Но что насчет клана?
Ксиван вздохнула.
– О, я полагаю, мы должны доказать, что йорцы правы. Править могут только сильные и только через страх. – Она презрительно махнула рукой. – Убейте всех мужчин. Отпустите женщин и детей, предупредив, что мы сделаем то же самое с любым кланом, который приютит Сучью Королеву. Пусть распространится слух об этом [465].
Желудок Талеи сжался. Она с самого начала знала, что ответ будет таков, но ей это не нравилось.
– Да, Ваша Светлость.
– О, не смотри на меня так. Я знаю, что ты этого не одобряешь. Я тоже этого не одобряю. Но, может быть, если мы убьем нескольких сейчас, позже умрет меньше.
Талея ничего не ответила.
Ксиван уставилась на нее:
– Покончим с этим.
– Я просто хочу, чтобы мы были лучше, чем все это. Лучше, чем Куурская империя. Ненавижу, когда мы поступаем одинаково – решаем свои проблемы острием меча. – Ровный, непоколебимый взгляд Ксиван заставил Талею вздернуть подбородок. – Я не хотела сказать, что вы плохо справляетесь с работой, Ваша Светлость.
– Не нужно на это намекать. Давай, скажи это. Так уж случилось, что это правда. Хотела бы я знать способ получше. – Ксиван расстегнула пояс с мечом и передала его Талее. – Подержи. От драки я проголодалась.
Талея молча перехватила перевязь с Уртанриэль. Она ненавидела эту проклятую штуковину, но также ценила честь нести ее, когда Ксиван не могла этого делать сама. Например, Ксиван не могла носить Убийцу Богов и питаться одновременно. Она не могла питаться, даже находясь рядом с Уртанриэль. Использовать магию рядом с мечом было невозможно, а то, как Ксиван пожирала души, подобно вампиру, вполне подходило под это определение.
Ксиван начала поворачиваться к вождю клана, несомненно выбрав его первым блюдом в меню, но потом остановилась.
– Ох. Э, Талея? Найди Релоса Вара. Он мне нужен.
– Да, Ваша Светлость. Прямо сейчас. – Талея поспешила прочь, благодарная, что Ксиван дала ей предлог, чтобы уйти до того, как начнется бойня.
  
4. Кортаэнская Пустошь
 
Кирин ухмыльнулся, когда Турвишар замолчал:
– Не смей, – сказал ему Турвишар.
– Я не сказал ни слова! – запротестовал Кирин. – И вообще я улыбался из-за меча.
Турвишар молча ждал продолжения.
– Когда я держал Уртанриэль в руках, она всегда была серебряной, а для Ксиван? Черной. Любопытно, тебе не кажется?
Турвишар задумался:
– Наверное, ты прав. Это странно. Возможно, меч так отмечает статус Ксиван как немертвой.
– Тогда меч разве не должен быть белым?
Турвишар сжал губы и не ответил.
– Как бы то ни было, я продолжу.
(Рассказ Кирина)
Когда «дождь» прекратился и мы выбрались из-под разбитого фургона, на земле валялось металлическое оружие. Мечи, копья, кинжалы, всевозможные ножи. Оба вьючных животных – кем бы они ни были [466] – сейчас напоминали разделанное мясо.
Я повернулся к Джанель:
– Не могла бы ты теперь пожаловаться на то, что у нас нет воды или еды?
Она шлепнула меня по руке.
– Это так не работает.
– Как мы узнаем, если не попробуем? – Я поднял меч. – Оружие… остается? – Оружие казалось на удивление хорошо сделанным. Купив подобный меч на рынке, я бы не почувствовал себя дураком. Но, разумеется, проклятое небо уронило нам на головы только клинки, без ножен. Нести эти штуки, не опасаясь порезаться, будет непросто.
– Нет, – ответила Джанель, – но оно продержится несколько дней. Достаточно долго, чтобы мы спаслись из Пустоши.
– Откуда ты знаешь? – Тераэт скривил рот. – Это то, чему ты научилась у Ксалтората?
Джанель искоса глянула на мужчину:
– Если хочешь знать, я начинаю вспоминать свою прошлую жизнь.
Тераэт сглотнул и отвернулся. Оставив разговор, он снял свой тонкий шелковый халат и склонился над убитыми вьючными животными, принявшись разделывать и собирать мясо.
Честно говоря, я рад, что он об этом подумал. Кто знает, через сколько дней мы сможем выбраться отсюда? Это может оказаться нашей единственной пищей.
– Значит, врат нет, – сказал Турвишар. – Понятно.
– Это ненормально, – возразил я. – В прошлый раз такого точно не было.
Джанель пожала плечами:
– В прошлый раз Вол-Карот еще спал.
Я вздохнул. Она была права.
– Что это значит? – спросил Турвишар. – Вол-Карот меняет законы магии?
– Не совсем, – ответил Тераэт. – Попробуй заглянуть за Первую Завесу. – Он выглядел виноватым. – Прости, что не предупредил тебя. В этой жизни я здесь не был.
Турвишар сосредоточился. Мгновение спустя он издал тихий звук и прикрыл глаза, словно глянул на солнце.
– Вуали, – выругался Турвишар. – Что это было?
– Развращение Вол-Карота, – ответил Тераэт. – Так вот, в последний раз, когда я путешествовал здесь – в моей прошлой жизни, я держал Уртанриэль, что помешало мне самому заглянуть за Первую Завесу. Но я привел с собой других волшебников, и они не переставали жаловаться. Вол-Карот искажает магию на многие мили вокруг. Никто не должен использовать магию. – Он многозначительно глянул на Джанель.
Она нахмурилась:
– Ты имеешь в виду мою силу.
– Я имею в виду твою силу.
Джанель ходила взад и вперед, сжимая и разжимая руки, словно настраивала себя на бой.
– Ну, я собираюсь кое-что попробовать – не используя свою силу, – так что все будьте готовы нырнуть обратно под фургон.
– Что ты собираешься делать? – Тераэт, казалось, был готов прочесть лекцию о безопасном использовании оружия. – Сейчас не время экспериментировать.
Джанель, не обращая на него внимания, склонилась над останками вьючных животных, зачерпнула кровь пригоршней и смочила ею заплетенные в лаэвос [467] волосы.
Я поднял бровь:
– Нет, правда. Не могла бы ты объяснить, что ты делаешь?
– Стой спокойно, – сказала она мне, подходя ближе. – Я знаю, это выглядит отвратительно, но просто поверь мне.
– Всегда верю, – заверил ее я.
Ее рубиновые глаза смягчились, когда она улыбнулась мне. Затем она протянула руку и нарисовала что-то у меня на лбу перепачканной кровью прядью волос.
Воздух перестал обжигать горло.
– Это ведь тот самый знак? Тот, которым мы пользовались в таверне? – Я глубоко вдохнул. На мне уже использовали этот знак раньше, когда ледяная дракониха Эйанаррик заморозила таверну, в которой мы находились [468]. Дым не мог выйти наружу по трубам, а мы не могли выбраться на свободу, пока снаружи ждал дракон…
  
Джанель ожидающе посмотрела на облака. Мы все подняли головы.
Ничего не произошло.
– Отлично, – сказала Джанель. – Отчего бы все это ни происходило, но, похоже, знаки не считаются за магию.