"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Вы Адские Воины! – Она произнесла это одновременно и как обвинение, и как откровение.
– Похоже на то, – согласился Турвишар.
– Идите по туннелям, – приказала она. – Я не знаю, куда они ведут, но мы постараемся прикрыть ваш отход. Берите еду и воду и уходите. – Бевроса уставилась на меня. – Он не должен тебя забрать!
Джанель хотела возразить, но потом просто кивнула:
  
– Спасибо. – Она подняла тюки, которые моргаджи бросили к нашим ногам, и направилась к туннелю.
– Это не он, – слова сорвались с губ, прежде, чем я сам понял, что говорю.
– Что? – Тераэт помог мне встать, но рук не разжимал. Не могу описать словами, как я счастлив, что он меня не отпустил.
– Вол-Карота здесь нет, – настойчиво повторил я. – Это лишь эхо.
Тераэт нахмурился:
– Если мы останемся, то это эхо убьет здесь всех.
Я покачал головой.
– Если бы он действительно был здесь, было бы уже слишком поздно. – Я схватил Тераэта за мантию. – Мы должны уходить прямо сейчас.
– Я пытаюсь, – прорычал Тераэт. Я второй раз видел его таким напуганным, и повторять этот опыт еще раз мне не хотелось.
Тераэт крепко держал меня за талию, другой рукой – за руку, пока мы бежали.
– Нет, подожди! – выкрикнул я. – В другую сторону! Мы должны идти другой дорогой! – Меня пронзила дикая волна паники. В душе горела чистая уверенность, что безопасный путь находится сзади.
– Нет, спасибо – сказал Тераэт. – Так мы пойдем мимо Вол-Карота. Не надо!
Я оглянулся через плечо. Бевроса вытянулась во весь рост, зажав в руке Дикое Сердце и призывая растения, которые рассыпались в пепел, не дотягиваясь до Вол-Карота и десяти футов. Она никак не могла выиграть этот бой или даже выжить в нем, но она все равно сражалась до последнего.
Я не знал, смогу ли я когда-нибудь быть столь смелым. Я мог только восхищаться этим племенем моргаджей и оплакивать их. Я не знал, переживут ли они все это. Впрочем, как и мы.
Но в следующий миг Тераэт увлек меня вслед за собою в туннель, и тысячелетняя каменная кладка скрыла от меня судьбу племени моргаджей.
________________
Не могу сказать, как долго мы бежали. Встроенные в стены туннеля крошечные шары давали ничтожно мало света, достаточно, чтобы разглядеть, что у нас под ногами, но не более того. Мне казалось, что это освещение не включилось в ответ на наше приближение, подобно огням в главном зале, а светило всегда. Всегда, на протяжении тысячелетий, еще до разрушения Каролена и создания Вол-Карота.
Очевидно, ворары действительно знали, как соткать заклинание.
Я больше не слышал монотонных призывов Вол-Карота.
– Он ушел. – Я остановился. – Подожди. Дай мне отдышаться. Теперь здесь безопасно.
– О, хвала богам. – Турвишар согнулся, уперевшись руками в колени и тяжело дыша.
– Ты уверен? – спросил Тераэт, по-прежнему не отпуская меня. Впрочем, мне этого и не хотелось. Это давало ощущение безопасности.
Тем не менее я освободился из его хватки и прислонился спиной к изогнутой стене туннеля.
– Да, уверен.
Я чувствовал, что я болен – не физически, а болен душою, омертвел. Как бы ни оценивать все происходящее, но последняя пара месяцев выдалась крайне плохой. Я все еще не мог прийти в себя от того, как быстро все пошло наперекосяк.
И как много всего пошло не так из-за меня.
– С тобой все в порядке? – спросила Джанель.
Я уставился на нее.
– Мне очень жаль. Это был глупый вопрос.
Я сделал глубокий, медленный вдох:
– Это я прошу прощения. Я не знал, что он мог вот так пристать ко мне. Я просто не думал…
– Вол-Карот никогда не освобождался из своей тюрьмы одновременно с тобой, – сказал Турвишар. – Каждый раз, когда он убегал, твои души все еще были в ловушке. Никто не мог предсказать, как он отреагирует на твое отсутствие. Лично я никогда бы не подумал, что он так отреагирует.
– Он хочет, чтобы я вернулся, – сказал я. – Это гудение, которое я слышу: Вол-Карот зовет меня. Он просто говорит слишком медленно, чтобы я мог понять, что он говорит.
Турвишар поднял бровь:
– Медленно? О, вот это уже интересно.
Джанель присела на корточки и, отделяя припасы от вещей, принялась рыться в тюках, которые она прихватила:
– Неужели?
– Я видел подобные звуковые искажения, когда, находясь внутри Маяка в Шадраг-Горе, пытался магически с кем-нибудь связаться, – объяснил Турвишар. – Не забывайте, время там течет очень быстро. Это, кстати, причина, почему императрица Тьенцо не смогла с тобой связаться, – он указал на Тераэта, – после того, как ты последовал туда за Дарзином [496]. Она послала сообщение, но поскольку ты воспринимал время иначе, то не распознал речь.
– Но для меня время течет нормально, – сказал я.
– В самом деле. Так что это, должно быть, Вол-Карот находится в замедленном времени. На самом деле, интересно… – Турвишар моргнул.
– Что? – спросил Тераэт. – Мне не нравится твое выражение лица.
– Я задумался, не ошиблись ли боги, – сказал Турвишар. – Хоред сказал, что Вол-Карот проснулся, но все еще находится в тюрьме. Но что, если заключение – не что иное, как замедленное темпоральное состояние?
– О Вуали! – уставился на него Тераэт. – Теперь мне точно будут сниться кошмары!
– Ты сам спросил, – вздохнул Турвишар.
– Мне бы очень хотелось сказать, что ты ошибаешься, но я не могу.
– Я часто это слышу.
– Это эхо, – настаивал я. – Ментальная проекция. На самом деле его там не было.
– Его вообще не должно было там быть, Кирин. Восемь сказали нам, что кристалл разрушен, он проснулся, но все еще был заключен в тюрьму. Не думаю, что это правда.
Я сглотнул комок, застрявший в горле:
– Ты думаешь, он освободился?
– Не совсем. Но что, если «тюрьма» – это не то, что мы думали? Что, если ворары поймали Вол-Карота в ловушку, заморозив его во времени? Технически он не находился в ловушке, просто время двигалось для него так медленно, что секунды становились вечностью. Когда кристалл разбит, время для него движется быстрее. Ведь он может в течение нескольких месяцев сделать один шаг. Вот почему он до сих пор не впал в ярость и даже не покинул Пустошь. Это многое объясняет [497]. – С каждым словом Турвишар выглядел все взволнованней.
– Турвишар. – Я тупо посмотрел на него. – Рядом со мной он двигался быстрее.
Турвишар начал было что-то говорить, но потом замолчал.
– Да, так оно и есть. Хорошо, что мы ушли.
Джанель бросила сумки и бурдюки на землю.
– Вот, – сказала она. – По одному на каждого из нас. Таким образом, если мы будем разделены, то, по крайней мере, не умрем сразу от голода или жажды. – Она скорчила гримасу. – Хотя, честно говоря, еда моргаджей явно не для слабонервных. Уж поверьте мне, сперва нам захочется съесть мясо вьючных животных. Кроме того, у нас явная нехватка одеял, так что будем надеяться, что здесь будет тепло.
Тераэт повернулся к ней:
– Мы можем поговорить о том, что там произошло?
Она помолчала.
– О чем именно? Существует много вариантов.
Я ущипнул себя за переносицу, взмолившись про себя, чтобы Тераэт не сказал того, что, как я думал, он собирался.
– Ты бежишь сломя голову на этого проклятого дракона, не сказав нам ни слова, – начал Тераэт. – А что, по-твоему, должно произойти?
Он сказал.
Джанель склонила голову набок и уставилась на него:
– А, понятно. Так ты имеешь в виду то, что я побежала вперед, зная, что единственный способ заставить моргаджей поделиться с нами едой и водой – это если я, единственная «женщина», произведу на них впечатление своей храбростью. Приятно это осознавать. – Ее голос был обманчиво мягким. – Ты ведь понимаешь, почему моргаджи всегда убивают наших женщин? Они думают, что нападают на наших лидеров.