"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Да, – сказал я. – Полагаю, что да.
Во время путешествия мы иногда останавливались. Ящерицы замирали на специальных остановках, расположенных вдоль линии деревьев и где было все, что могло понадобиться, ну разве что кроме еды, которую мы принесли с собой. Мы разминали ноги, занимались всем необходимым, ели и пили.
Я не мог сказать, наступил ли день, потому что кроны деревьев образовывали плотный навес, через который не проникал свет. Когда мы вошли в затопленную область, под ногами виднелась поверхность, гладкая, как стекло, а земля находилась где-то глубоко, под тридцатью футами воды. Температура упала со смертельно жаркой до влажной и теплой.
  
Я изо всех сил старался взаимодействовать с Тераэтом, когда мы останавливались на привалы. Не игнорировать его, не огрызаться, не пытаться драться с ним. Борясь со своими эмоциями, я знал одно: я все испорчу, показав Тераэту, что его горячее признание было ошибкой. Я хотел, чтобы Тераэт был честен со мной.
Даже если бы это до безумия усложнило мою жизнь.
Тем не менее я бы солгал, если бы сказал, что мне не было неуютно. Я не мог игнорировать все происходящее, но и не хотел противостоять этому. Турвишар время от времени бросал на нас обеспокоенные взгляды, но ничего не говорил. Джанель вела себя так, словно все было в порядке.
Она либо не обратила внимания на подтекст, либо думала, что ее мнение ни на что не повлияет.
Во время путешествия мы часто дремали и спали урывками. Мултрасы двигались удивительно плавно, но я все равно просыпался.
Как-то раз я заметил, что Тераэт наблюдает за моим сном.
– Ладно, мне совсем не страшно, – пробормотал я.
– Прости, – сказал Тераэт.
В его голосе не было ни капли сожаления.
– Ответь мне на один вопрос. – Я зевнул, поворачиваясь на бок и поправляя ремни.
– Да?
– Что ты собираешься делать после того, как спасешь мир?
Тераэт уставился на меня.
Я вскинул брови:
– Да ладно тебе. Какие у тебя планы? Мы спасаем мир, вновь заключаем Вол-Карота в тюрьму, побеждаем Релоса Вара, уничтожаем демонов, исправляем все, что неправильно. Что дальше?
– Я… – голос Тераэта затих.
Тераэт никогда не планировал «что будет дальше». Мир Тераэта, вероятно, с самого детства состоял из пророчеств и великих судеб, с тех самых пор, как он изучил свой избранный статус на божественном колене своей матери. Или, может быть, просто вспомнил все из своей прошлой жизни.
– А ты что собираешься делать? – спросил Тераэт вместо ответа.
– Хм. Раньше я думал, что открою таверну, но на самом деле я просто хотел дать хорошую пенсию моему отцу. Я собирался стать величайшим в мире вором, от которого не могло бы спастись ни одно охраняемое хранилище или драконье сокровище. Сейчас? Не знаю. Я мог бы последовать за Джанель. Почти уверен, что, если завтра все уладится, она вернется в Куур и свергнет империю. Она весьма амбициозна. Намного сильней, чем я. – Я на миг замолчал. – Только не говори мне, что тебе хочется развлечься, разрушая Куурскую империю.
Тераэт рассмеялся.
– Думаю, если мы вежливо попросим, нам поможет нынешний куурский император. Просто я так долго боролся со всем этим… – Он вздохнул. – Мне все больше и больше хочется забыть, кем я был раньше. Люди не должны помнить свои прошлые жизни. Мне это не принесло никакой пользы.
– Конечно. Весьма неловко осознавать, что твой отец из нынешней жизни был женат на твоей вдове из прошлой. Меня это бы дико нервировало.
Повисла тишина. Она продержалась дольше, чем просто пауза, и застыла на долгое время, показывая, как Тераэт ошеломлен.
О нет.
– Итак… – Я прочистил горло. – Никто об этом не упоминал?
– Нет, и забавно, что это не всплыло в обычной болтовне. – Он помолчал. – Подожди, ты шутишь? Потому что если ты шутишь, то ты просто молодец. Ты меня поймал. Я просто заглотил наживку! – Он помолчал. – О боги. Ты не шутишь.
– Нет, извини. Я не шучу. Док рассказал мне об этом еще на Инистхане. Он женился на Элане, вдове Атрина Кандора. Полагаю, это была своего рода месть. Ты отнял у него страну, он у тебя – жену.
Тераэт выдохнул.
А затем расхохотался.
Смех был настолько истеричен, что Тераэт даже закашлялся. Я дотянулся до него и похлопал по спине, сам борясь со смехом. Не потому, что это было смешно, а потому, что такой смех был слишком заразен.
– У моей матери отвратительное чувство юмора, – в конце концов сказал Тераэт.
– Знаешь, истории о Таэне весьма это преуменьшают. – Я собирался спросить Тераэта, все ли с ним в порядке, хотя это казалось маловероятным, но вдруг наше движение замедлилось. Трисс, управлявший ящерицей, постучал по крышке корзины.
Я понимал их язык достаточно, чтобы понять самую суть его слов: вылезай, тебе нужно это увидеть. И одновременно с этим – то ли от того, что сменился ветер, то ли от того, что мы находились близко, – я почувствовал новый запах: горящее дерево.
Выбравшись наружу, мы оказались перед мостом, перекинутым через гигантские, сросшиеся в единое целое деревья. Каждое дерево возносилось столь высоко, что здания, выступающие из стен, казались их естественными продолжениями, а не искусственными конструкциями. Дорожки, соединявшие их, были похожи на кружева.
И все это сгорело дотла.
  
25. «Бойня»
 
(Рассказ Терина)
У Галавы было чувство юмора. Да, богиня перенесла Терина в Столицу, но оказался он в храмовом районе. А точнее, в Храме Таэны. Она одела его в бело-красные одежды жреца Таэны. И лишила его всего оружия.
– Коварно, – пробормотал он себе под нос, споткнувшись в темноте. Как раз шли похороны – очевидно, они шли без остановки, – и никто не заметил, когда он появился позади всех.
Он стащил со стены чей-то висевший на ней плащ салли и ушел.
Легкие наполняло зловоние дыма и горящего камня – не тот сладкий запах очага, но запах опустошения, сожженной плоти, уничтоженных жизней. Все напоминало о трагедии, случившейся несколько недель назад и продолжавшейся до сих пор. Кто знает, сколько времени уйдет на восстановление? Дом Де Кард ничего не станет делать бесплатно, а это означало, что огромная часть населения Нижнего Круга стала бездомной. Некоторые Королевские дома расхватывали свободные земли по бросовым ценам.
Терин натянул на голову капюшон плаща салли. Он знал, что он должен делать: пойти в Синий дворец, назвать себя, вновь собрать свой Дом из осколков. Ему даже не надо было далеко идти. Он может вернуться домой через несколько минут.
И все же Терин стоял, не обращая внимания на знакомый жар, поднимающийся от белых булыжников. Он не мог пошевелить ногами. Это был его долг. Он был верховным лордом Дома Де Мон. Он должен был вернуться. Он отвечал за один из двенадцати Королевских Домов Куура.
В этом-то и заключалась проблема, не так ли? Он отвечал.
От этого слова отдавало привкусом пепла, и одновременно оно резало, как нож, – обвиняло, обязывало, проклинало. «Ты никогда не возненавидишь меня и вполовину так, как ненавидишь себя», – сказала ему Хаэриэль.
Возможно, она была права.
Терин заставил себя двигаться, но далеко не ушел, вскоре свернув вниз по истертой каменной тропинке, ведущей в центр Верхнего Круга. Учитывая, как долго он отсутствовал, несколько часов ничего не изменят. Ему нужно было с кем-то поговорить. А еще – выпить.
И то, и то можно было получить одновременно. Поэтому, вместо того чтобы отправиться домой, он позволил ногам привести его к «Бойне». Печально известная таверна пережила разрушение лучше, чем большинство зданий. Возможно, виной всему была прочная конструкция таверны, но Терин подозревал, что тут, вероятнее, повлияло то, что она находилась на отшибе. Основное разрушение случилось у арены с магическими полями, защищающими близлежащие здания. И затронуло Черную башню – штаб армии Куура, который, вероятно, был более привлекательной мишенью.