"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Очень смешно. Я не знаю, как это сделать.
– Вот как? Не знаешь? – Ее голос был переполнен сарказмом. – Но наверняка желаешь вылечиться. Так излечи себя.
– Я же сказал: я не умею. – Кирин встал.
– А. – Она скрестила руки на груди, словно одержав победу в споре.
Кирин заморгал.
– «А»? Что значит «а»?
– Недостаточно желать чего-то. Талант и желание бессмысленны, если нет навыка и знаний.
  
Кирин свирепо взглянул на нее.
– Это что – загадка?
– Я не играю с тобой, юноша, а говорю о важных вещах. Понятны ли они тебе?
– Ну, раз я тупица, то, может, объясните мне?
Побелев от ярости, она схватила ступку.
– Смысл моих слов такой: ты не обладаешь знаниями, которые позволили бы тебе разобраться с таким человеком, как Дарзин де Мон. Поэтому злить его – все равно что войти в логово тигра, обмазавшись свежей кровью. Возможно, ты и желаешь убить Дарзина, но одного желания недостаточно.
– Он убил моего отца! Он убил Морею!
– И что? Это повысит твои шансы одолеть его? Думаешь, удача улыбнется тебе, потому что ты стоишь за правое дело и мечтаешь о мести? Ты же сам сказал: он – чудовище. Нельзя уничтожить чудовище добрыми намерениями.
– Когда-нибудь он заснет.
Госпожа Мия вздохнула.
– О боги! Такой юный – и уже профессиональный убийца? Член Черного Братства? Или ты прибыл к нам в чужом обличье и на самом деле ты – Никали Миллигрест, самый знаменитый мечник в Империи?
Кирин сглотнул и отвернулся. Волна страха и ненависти, оставшиеся после разговора с Дарзином, начала спадать, и он почувствовал, что дрожит от слабости.
– Он так меня злит, – прошептал Кирин.
– Меня тоже, – ответила Мия. – Но ты должен научиться держать себя в руках. Ты недолго проживешь здесь, если и дальше будешь вести себя так глупо. – Быстро отмерив ингредиенты горстями, она добавила их в миску. – Вспыльчивости, которая есть у Дарзина, хватило бы на вас обоих. Если ты выведешь его из себя, он ответит самым грязным, самым жутким способом, который сможет себе представить, – а по этой части он мастер. У дома де Мон и так достаточно проблем, так что не зли Дарзина, и тогда он не совершит поступок, о котором всем нам придется пожалеть.
– Не злить его? Я не…
– Не заявляй о своей невиновности тому, кто слышал весь ваш разговор, – будничным тоном сказала она. – Я знаю Дарзина на двадцать лет дольше, чем ты, и, поверь, он сказал правду: сегодня утром он вел себя безупречно. Его доброта стала для тебя невыносимым оскорблением, и поэтому ты вышел из себя. Это разозлило его, и в результате погибло двое людей.
– Не перекладывайте вину на меня. Если вы все слышали, то могли бы вмешаться раньше. Тогда та женщина сейчас была бы жива.
Мия удивленно посмотрела на него.
– Де Мон распорядился высечь одного из своих рабов. По какой причине я стала бы оспаривать этот приказ? За тебя я могла вступиться, а за девушку – нет.
– Ведь вы, ванэ, вроде знаете магию. Вы могли бы…
– Я не могу допустить, чтобы кому-то из де Монов был нанесен вред. Я обязана вмешаться, если могу предотвратить это, не рискуя своей собственной жизнью. – Мия взяла в руки пестик и принялась растирать травы.
Кирин широко раскрыл глаза.
– У вас есть гаэш.
– Ну разумеется. По своей воле я бы ни за что здесь не осталась. Я – сенешаль Верховного лорда и обладаю самым высоким рангом среди дворцовых слуг. Кроме того, я рабыня с гаэшем. Дарзин причинял тебе вред, поэтому я могла тебя защитить.
– Вы могли вмешаться? Но ведь вы же… – Кирин снова сел. – Но я не де Мон. Я в лучшем случае огенра.
Она странно посмотрела на него.
– Кто тебе это сказал?
– Ну, я… – Кирин заморгал. – Наверняка это так. Он сказал, что моя мать рабыня, так кем еще я могу быть?
– Дарзин утверждает, что женился на Лирилин. Он даже предоставил подтверждающие это документы и свидетелей. Ты не огенра. По закону ты – перворожденный сын Дарзина де Мона, второй в очереди престолонаследия.
Кирин побледнел.
– Он… Что? – Разум Кирина отказывался принять полученные сведения. Он не понимал. Как и любой сирота из Нижнего круга, Кирин всегда мечтал быть огенра, но о таком и помыслить не мог. Он не смел представлять себе, что является членом королевского дома. А сейчас ему говорят, что он принц? Что однажды он сам может стать Верховным лордом?
Его мир пошатнулся.
Мия, похоже, этого не заметила.
– Если честно, то это не важно. Многие полагают, что огенра – бастарды, незаконнорожденные дети, но реальность более сложна. Любой ребенок, даже бастард, может быть частью дома, если его официально признают – вот как тебя.
– Он в самом деле мой отец? – прошептал Кирин.
Мия отвернулась.
– Не могу сказать [72]. Да это и не важно, ведь он так утверждает. А Верховный лорд Терин сразу же подтвердил его слова – ему совсем не нравилось то, что однажды его титул может унаследовать Гален, сын Дарзина.
– О боги, почему?
– Для того чтобы править королевским домом, необходима определенная безжалостность. Гален – милый мальчик, но, кажется, Верховный лорд не верит, что «милый мальчик» принесет процветание его дому.
– Но я же уличное отребье, я вырос в Бархатном городе!
Мия поставила на стол ступку и пестик и повернулась к Кирину. В ее голубых глазах вспыхнул гнев.
– Ты больше никогда не будешь так себя называть. Я этого не потерплю. Ты – Кирин де Мон, принц и второй по очереди наследник трона де Монов. В твоем роду – сотни поколений магов и три императора. Ты – особа королевской крови, ты рожден, чтобы править [73]. Ты не был и НИКОГДА не будешь уличным отребьем.
– Но я же просто… Этого не может быть. Это какая-то игра. Он – злодей.
– Истина и зло не являются противоположными понятиями. Я покажу это на примере: сейчас тебе будет больно. – Кирин почувствовал, что она нанесла на его спину что-то мокрое. Затем в его спине вспыхнула резкая боль, которая, как он понимал, была вызвана попаданием в рану спирта.
Кирин охнул.
– ОЙ! Клянусь сиськами Таэны.
– Выбирай выражения.
– Даже во время порки не было так больно!
– Вот как? Значит, Дарзин теряет хватку. Но пусть лучше немного поболит сейчас, чем потом начнется заражение. – Мия размазала смесь трав там, где бич оставил следы. Травы холодили и успокаивали, и это было даже приятно.
Мия коснулась его спины и что-то сказала на своем певучем языке. По коже Кирина разлилось приятное тепло.
– А вы не могли исцелить все эти раны просто с помощью магии?
– Могла бы, – признала она, – но тогда есть шанс, что возникнут осложнения. – Мия села на стул перед ним. – Что ты знаешь о магии? Ты уже заглядываешь за Первую завесу?
Кирин кивнул.
– Столько, сколько себя помню. А откуда вы знаете?
– Я не знала, поэтому и спросила. Но ты – де Мон, поэтому данное предположение показалось мне довольно обоснованным. А талисманы? Ты уже понял, что они из себя представляют и как их изготавливать?
Он сглотнул и покачал головой.
– Ими пользуются маги. Я могу проверить, есть ли у кого-то амулет – потому что от таких людей я стараюсь держаться подальше.
– Наверняка это было очень полезно в Бархатном городе, но здесь тебе придется их создавать. – Мия начала убирать травы. – Считай, что это твой первый урок. Ты понимаешь, какие материалы нужны для занятий магией?
– Да. – Кирин кивнул. – Магия не может повлиять на объект, если создающий заклинание волшебник не понимает истинной природы материалов, из которых этот объект состоит.
  
– Отлично. Ты у кого-то учился? – спросила Мия.
– Да, но мой учитель… э-э… она умерла.
– Я сожалею о твоей утрате.
– Спасибо. – Он в самом деле не знал, что еще сказать.
– А что еще? – спросила она после небольшой паузы.