"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Нет, все хорошо. – Я взглянул на Тьенцо. – Шаранакал? Почему у меня такое чувство, что я должен знать это имя?
– Наверное, потому, что ты – сын музыканта. Может, Шаранакал и не настолько знаменит, как Баэлошили Мориос, но ведь драконов в нашем мире всего восемь, – сказала Тьенцо. – И тебе удалось привлечь внимание одного из них. Да ты счастливчик.
Мое сердце издало барабанную дробь. Ноги у меня подогнулись – похоже, от слишком большого количества выпитого. Я чувствовал себя беспомощным, беззащитным, загнанным в угол.
  
И я совсем не ощущал себя счастливчиком.
Когда я очнулся на острове и увидел, что не стал любимой зубочисткой Старика, то решил, что опасность позади. Я думал, что Старик меня отпустил. Жители острова совсем не боятся огромных драконов, значит, и я в безопасности, верно?
Неверно.
Хамезре, похоже, совсем не было меня жалко.
– Дитя, какой демон посоветовал тебе разбудить Шаранакала?
Я стиснул зубы.
– Это предложил Тераэт.
– Да, это очень похоже на моего сына, – сказала Хамезра, кипя от ярости.
– Давайте не будем перекладывать ответственность. Та песенка спасла всех, кто был на корабле, – заметила Тьенцо и махнула рукой в сторону Хамезры. – Кроме тебя, разумеется, – тебе-то опасность не угрожала. Так что не жалуйся, Мать по имени «Я-Не-Могу-Вмешиваться».
– Он уйдет? – спросил я. В ночной тиши, когда позади нас о берег бились волны и даже насекомые в джунглях не осмеливались стрекотать, мой голос прозвучал жалко.
Хамезра посмотрела на меня.
– Да, рано или поздно. Когда ему станет скучно.
– И когда это произойдет?
Хамезра промолчала.
Наконец, Тьенцо махнула рукой.
– Лет через десять-двадцать. Может, позже. И скрыться от дракона невозможно. Он тебя найдет [75].
Я не помню, что захотел сесть. Просто обнаружил, что сижу – как будто мои ноги устали ждать, когда я приму правильное решение, и начали действовать сами по себе.
Я поднял взгляд, только когда раздался голос Тьенцо.
– Я приняла решение. Я хочу вступить в Черное Братство.
Хамезра посмотрела на нее.
– Еще совсем недавно ты не была в этом уверена.
– Кто-то должен научить этого сорванца магии – хотя бы каким-нибудь заклинаниям, защищающим от огня. У меня предчувствие, что они ему пригодятся.
Я подался вперед.
– Погоди… Магия? Ты собираешься учить меня магии?
– Кто-то должен этим заняться, – ответила Тьенцо. – Если Мать мне позволит. – Тьенцо вопросительно посмотрела на нее. – Ты позволишь?
Хамезра фыркнула, хотя скорее по-доброму, чем презрительно.
– Наверное, да.
– Здесь я в ловушке, – прошептал я.
– Пока что – да, – согласилась Хамезра. – Но за всю свою долгую жизнь я поняла, что на свете нет ничего постоянного. А что ты хочешь сделать?
– Я хочу уехать, – сказал я чуть громче.
– Знаю. Но пойми: проблемы – это возможности, у которых есть шипы, – объяснила она. – Давай воспользуемся тем, что ты здесь, чтобы подготовить тебя к успешному решению этих проблем. Чего ты хочешь?
В моей голове вертелась только одна мысль: «Я здесь в ловушке». Я мог думать лишь о невидимых прутьях моей клетки-острова и о моем тюремщике – огромном огнедышащем драконе. Таджа сказала, что я могу уйти, но умолчала о том, какую цену мне придется за это заплатить. Я оказался в ловушке.
Тьенцо сжала мое плечо рукой.
– Может, хочешь отправить послание родным?
Я моргнул и перевел взгляд на двух женщин.
– А это можно? Вы можете сообщить госпоже Мие, что я жив?
– Да. Что-то еще?
Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.
– На острове есть тот, кто хорошо владеет мечом? Я начал учиться фехтованию и хотел бы продолжить.
– В бою с драконом меч тебе не поможет, – заметила Хамезра, но я обратил внимание на то, что она не ответила отказом.
– Я знаю. Меч нужен мне для того, чтобы убить Дарзина.
Хамезра улыбнулась.
– Тогда у меня есть на примете один человек.
  
34: Обещания
 
(Рассказ Коготь)
 
Дверная ручка затряслась.
– Уходите! – крикнул Кирин.
Дверь приоткрылась на дюйм, но затем наткнулась на стул, который Кирин вклинил под ручкой.
– Кирин, прошу тебя, не надо, – сказала госпожа Мия. – Это недостойно и никак тебе не поможет. Почему ты прячешься в своей комнате?
– Я не желаю никого видеть! – крикнул Кирин. Он лежал на смятой постели, которая была в таком же состоянии, что и его одежда. Он не переодевался и почти не мылся с тех пор, как Мия показала ему его комнаты.
Поначалу они его поразили. Госпожа Мия повела его не туда, где он очнулся, а во Дворец принцев, где жили Верховный лорд, его сыновья и прямые наследники. Стены новых покоев Кирина были украшены драгоценными камнями, а благодаря расставленным повсюду горшкам с растениями его комнаты походили не только на жилье, но и на сад. В центре спальни стояла роскошная кровать, сделанная из сплетенных ветвей четырех живых деревьев.
Затем Кирин увидел ловушку.
Причудливые решетки на окнах балконов были из позолоченного железа. У цветущих ползучих растений были жуткие шипы. Главный вход, а также боковая дверь, соединявшая его покои с соседними, запирались снаружи.
Эти покои – роскошная тюремная камера, а те, кто жил в них до него, – пленники.
Вся тяжесть ситуации придавила Кирина, словно скатившийся с горы камень.
Дарзин может сделать с ним все, что угодно: убить его, искалечить, продать в рабство. И все это будет по закону, ведь родители обладают абсолютной властью над своими детьми, а с юридической точки зрения Кирин был сыном Дарзина. Возможно, Сурдье мог бы что-нибудь предпринять, но он был мертв, да и Ола, скорее всего, тоже.
Стоило Кирину закрыть глаза, как перед ним появлялась Морея с перерезанным горлом и раздавался смех демона. Кошмары не давали ему спать.
Небольшая доза боли, чтобы подготовить его к целому пиршеству страданий.
Кирин возвел у двери баррикаду из стульев. Несколько дней он лежал в постели и дулся.
Да, Кирин, ты дулся. Не перебивай.
Его внимание привлек какой-то скрежет. Стул сам по себе отцепился от дверной ручки и скользнул в сторону. Затем дверь распахнулась; на пороге, скрестив руки на груди, стояла разъяренная госпожа Мия. Кирин испуганно сел на постели.
– Я должен был сообразить, когда вы меня лечили, – сказал он. – Вы же ведьма, да?
Госпожа Мия зашла в комнату, и дверь с грохотом захлопнулась – опять же сама по себе.
– Ты знаешь, кто такие ведьмы?
Кирин заскрипел зубами.
– Ну конечно. Ведьма – это человек, у которого нет лицензии одного из ваших драгоценных королевских домов.
– А ты думаешь, что у меня ее нет?
Взгляд Кирина стал ледяным, недружелюбным. Юноша пожал плечами, прижался головой к стволу дерева и положил ногу на ногу.
– Значит, это вы научили его призывать демонов?
Госпожа Мия оторопела.
– Что? Кого научила?
– Дарзина. – Кирин усмехнулся. – Дарзин де Мон дружит с дрянными демонами. Уверен, из этого можно сделать непристойную песенку.
Ванэ подошла к нему и, нахмурившись, взглянула на грязные простыни, на одежду, которую Кирин не менял. Он даже не снял с себя рубашку, которую Дарзин порвал несколько дней назад.
– Почему ты считаешь, что он призвал демона?
– Я видел, как он это сделал. Ну ладно, не видел, но я уверен, что так все и было. Он сам это признал. Если бы я не вломился в дом, где это произошло, то сейчас бы меня здесь не было. – Кирин принялся массировать себе виски. – О Таджа, если бы я просто ушел… То дело меня не касалось, но теперь… – Он покачал головой. – До сих пор не могу поверить, что они погибли.
  
Кирин зло и стремительно соскочил с кровати и отошел подальше от Мии.