Некромант на мою голову (СИ)
— Из-за нее, — император нахмурился. — Хотел посоветоваться, что с ней делать? Она призналась во всем, вина доказана. Преступление серьезное…
— И что ты хочешь услышать от меня? — Кристиан напрягся. — Какой совет? У нас есть суд, пусть он и выносит приговор.
— Но в виде исключения мы можем повлиять на этот приговор, — ответил его величество. — Есть еще мое императорское слово. Можно ужесточить приговор или ослабить его. Просто женщин у нас не казнят, а отправляют на каторгу, ты же знаешь, но в виде исключения… Или же, наоборот… — император при этом украдкой глянул на меня.
— Ты думаешь, я буду жалеть убийцу? — жестко уточнил Кристиан. — Попрошу смягчить ей наказание, потому что когда-то имел глупость сделать своей невестой? Разве что ты сам захочешь это сделать для бывшей любовницы…
— Я, может, и ветреный, как многие про меня говорят, — тон императора стал таким же жестким, — но все же справедливый, ты не можешь этого не знать. И истинное зло тоже покрывать не буду.
— А почему же вы не интересуетесь у леи Валерии? — вставила герцогиня. — Вот уж кто имеет право решать судьбу своего убийцы. Я бы, например, выбрала пожестче. Милосердие здесь неуместно.
— Лея? — император тоже посмотрел на меня, ожидая ответа.
А я в первую секунду растерялась: никогда не думала, что окажусь в такой щекотливой ситуации.
— Я не судья, — ответила все же. — Но правило: смерть за смерть — тоже не для меня. К тому же, я жива… И как бы я ни относилась к этой женщине, считаю, что лучший для нее приговор вынесет суд.
— Ладно, да будет так, — его величество развел руками.
— Где она сейчас? — спросил Кристиан. — Случайно, не во дворце?
— Нет, отправил в тюрьму, — император удивился. — Хочешь ее видеть?
— Не испытываю желания, — ответил Морр. — Всего лишь беспокоюсь о безопасности Леры.
А вот на это уже загадочно усмехнулась лея Хирот и поинтересовалась:
— А как поживают ваши «узы любви»?
Я вздрогнула от неожиданности и взволнованно глянула на Кристиана, затем на императора. Зачем герцогиня упоминает об этом при нем? Как теперь выкручиваться? А тут его величество и вовсе изрек, сам отвечая тете:
— Цветет и пахнет их любовь, разве не видишь? Все у них прекрасно.
Так, кажется, он понял все это по-своему, и хорошо.
— Не думаю, что сейчас стоит обсуждать эту тему, — сказал Кристиан, выразительно глянув на герцогиню. — Если только позже, наедине…
Но та будто и не слышала его, как и не замечала нашего смятения.
— Ну почему же? Стоит…
— По-моему, нас с Кристианом больше ничего не связывает, — призналась я, стараясь говорить обтекаемо, чтобы император не догадался. — Поэтому…
— А это мы сейчас и проверим, — герцогиня проворно подскочила на ноги и запустила руку в декольте, ловко извлекла оттуда знакомый флакончик.
И не успели мы с Кристианом и глазом моргнуть, как над нами рассыпалась блестящая пыльца. А следом проявились и узы.
— Богини пресвятые! — присвистнул император, распахнув газа. — Это что такое?
— Никуда ничего не пропало, — довольно констатировала лея Хирот.
— Но мы перестали их чувствовать, — сказала я. — Где-то в тот момент, когда я ушла в свой мир.
— В принципе, не исключено, что при переходе из мира в мир их воздействие затормаживается, — ответила герцогиня, задумавшись.
— Но когда мы вернулись в Альвар, их тоже не чувствовали.
— А это уже произошло то, о чем я тебя предупреждала, — лея Хирот усмехнулась. — Вы приняли эту связь…
— Но вы говорили, что тогда узы вовсе исчезнут, — вспомнила я.
— Я несколько преувеличила, использовала образность, — отмахнулась герцогиня. — Полностью убрать их можно, только сняв заклятие. Надеюсь, вы уже передумали это делать?
Мы с Кристианом снова переглянулись.
— Мы все же хотим найти тот кулон, — сказал он наконец, правда, без прежней твердости.
— Да, мы пока не отказались от этой мысли, — подхватила я, правда, тоже не так уверенно, как раньше.
Герцогиня на это лишь с усмешкой покачала головой.
— Лея Хирот, а могут эти узы вытащить с того света? — спросила я, раз уж все-таки разговор зашел об этом.
Император продолжал наблюдать за нами с любопытством, но молчал.
— Не сомневаюсь в этом, — ответила герцогиня, вновь загадочно улыбнувшись. — Я же говорила, что связанные этими узами влюбленные умирают в один день. Поэтому они будут защищать их от всех бед до конца дней.
Значит, мне не показалось… И узы действительно выдернули меня из лап смерти, когда Кристиан совсем отчаялся. Они помогли ему. Мне. Нам.
—Я, конечно, так ничего и не понял, — все же подал голос притихший император, — и полагаю, объяснений уже не получу. Но что ж… Я не в обиде. Может, продолжим чаепитие? Или поговорим о чем-то другом?
— Например? — лея Хирот устремила на него вопросительный взгляд.
— Например, о возвращении Кристиана. Кристиан, может, теперь захочешь вернуться во дворец? Твои покои до сих пор ждут тебя. Кстати, хоть они и без того просторные, мы можем их расширить. Для будущего поколения, так сказать, — улыбка императора стала лукавой.
— Не думаю, что это хорошая идея, — Кристиан помрачнел. — Вернуться во дворец.
— Но почему? Мы же оставили все ссоры в прошлом, больше нет причин, по которым ты должен жить в другом месте. Значит, так, — его величество неожиданно поднялся и вышел. А вернулся уже со связкой ключей, которую положил перед Кристианом: — Это от твоих покоев. Забирай их себе. Можешь вернуться в любое время. Кстати, там и от лаборатории ключи. Не соскучился по ней?
Кристиан заколебался. Ему очень хотелось взять их, но, видимо, мешали внутренние убеждения или что-то еще из фантазий его подросших тараканчиков.
— А ты можешь показать ее мне? — тогда рискнула спросить я.
— Тебе? — он глянул на меня с недоумением.
— Ну да, мне было бы интересно посмотреть на настоящую некромантскую лабораторию.
— А там есть на что посмотреть, — поддакнул император. — Правда, у некоторых зелий и эфиров, наверное, вышел срок годности…
— Я не оставил там ничего ценного и скоропортящегося, — Кристиан вроде все еще хмурился, но рука его уже тянулась к ключам.
— Действительно, сходите погуляйте, — поддержала венценосного племянника лея Хирот. — Ну же, идите…
И нас почти силой выпроводили за дверь.
— По-моему, она продолжает заниматься сводничеством, — я прикрыла усмешку рукой.
— Ты действительно хочешь посмотреть, как я жил во дворце раньше? — Кристиан остался серьезным.
— Если ты не против, конечно, — я мягко улыбнулась.
Он повертел ключи в руке и сказал, будто решившись:
— Идем!
Кристиан повел меня вперед по коридорам дворца. Слуги, попадавшиеся нам на пути, приседали в поклоне, гвардейцы почтенно отступали от дверей, пропуская дальше.
Покои, где раньше жил Кристиан, располагались в отдельном крыле и по размеру были куда больше, чем его нынешний домик у кладбища.
— Да у тебя тут не хуже, чем у императора, — заметила я, осматривая первую комнату и провела рукой по спинке кресла, облаченного в защитный чехол.
— Нравится? Хотела бы здесь жить? — в голосе Кристиана по-прежнему чувствовалось напряжение.
Я пожала плечами и усмехнулась:
— Не уверена. Больше всего меня бы смущало близкое соседство Анлейна баум Гаттонфредлиха Третьего и его фаворитом. Я все же люблю более спокойные места.
Кристиан тоже улыбнулся и показал на ближайшую дверь:
— Там спальня. Слева ванная комната, гардеробная. Есть еще отдельная столовая, но я ей редко пользовался.
— А лаборатория?
— На втором этаже, — и он взглядом указал не лестницу у стены. — Кроме нее там больше ничего нет.
— Но можно я все же гляну? — спросила я.
— Можно, — Кристиан снова улыбнулся и первый направился к лестнице.