Сумерки войны (СИ)

В словах Апанасенко не слышалось никакого бахвальства — сделано для войны все, что было в силах и возможностях. И хотя последние были ограничены, тем не менее, за год удалось много сделать.
С нападением Германии стало ясно, что японцы, будучи союзниками Гитлера, тоже вознамерятся напасть, благо момент для них очень удобный — ведь Советский Союз будет вести войну на два фронта. К тому же самураи были преисполнены самоуверенности, что им удастся нанести поражение СССР как царской России в 1905 году, хотя даже тогда против них направили только часть русской армии, причем меньшую. А потом японцы воспользовались гражданской войной и оккупировали значительные части Приморья, Приамурья и Забайкалья, причем удерживали за собой Владивосток до 1922 года, а северную часть Сахалина до 1925 года. И лишь сделав серьезные уступки этим наглым интервентам, удалось их спровадить. Но до сих пор японцы ведут себя хищнически — все побережье Охотского моря для них зона сплошного браконьерства, прекратить которое Тихоокеанский флот просто не в силах. Попробуй задержать хоть одну рыбацкую шхуну, так немедленно появляется японский эсминец или крейсер, и наводит пушки. До выстрелов дело пока не доходит, но все прекрасно понимают, что японцы рассчитывают спровоцировать войну и отторгнуть от СССР весь Дальний Восток. И они этого нисколько не скрывают, считают, что войну нужно вести в два этапа — на первом прибрать к рукам территорию бывшей ДВР, организовав марионеточное правительство из белогвардейцев и эмигрантов, а затем двинутся до Урала, «по-братски» поделив, таким образом, Советский Союз с фашистской Германией, причем прибрав к «загребущим ручонкам» огромную Сибирь. А опыт у самураев имелся — десять лет тому назад они напали на китайцев, захватили всю Маньчжурию. Там немедленно создали марионеточное правительство «Маньчжоу Го», во главе которого поставили последнего китайского императора Пу И. А ведь где-то у них и атаман Семенов проживает, и в Харбине масса белых эмигрантов, включая членов так называемого Временного Сибирского правительства. Так что все эти нюансы Москве поневоле приходится учитывать, и война пока совсем не нужна, лучше бы, по большому счету, ее как-то избежать. Но теперь ситуация обострилась до предела — японцы явно показывают намерение напасть, а не напугать, возможно, у них есть какая-то договоренность с Гитлером на этот счет. Да и положение резко изменилось — армия Роммеля накатывается на Суэцкий канал, если к нему уже не вышла, а это стратегически важная точка. Особенно для Британской империи, и потеря ее чревата нехорошими последствиями для Черчилля. Ведь от нее дотянутся до иракской нефти и Персии совсем недалеко, а там откроется путь на вожделенную Индию. А в такой ситуации японцам выгодно нанести превентивный удар, и начать войну с СССР. А там дойдя до Байкала, и подорвав туннели, можно сидеть в обороне годами.
  
— Ладно, Иван Васильевич, посмотрим, что будет дальше. Нам есть чем их встретить — все же два фронта развернуто, хотя по уму наш можно надвое поделить, слишком большая у него протяженность. Даже Северный фронт уступит по отдельности каждой из этих двух «половинок». Но о том пусть в Москве решают, там виднее. Но воевать тяжко будет — Сахалин и Камчатку сразу потерять можем, слишком далеки они, и помощи не оказать. А вот по рекам Амур и Уссури фронт должны удержать, не дадим им переправиться на наш берег. А там только время покажет…
На Русском острове под Владивостоком расположена знаменитая «Ворошиловская батарея» — на ней установлены две орудийные башни, снятые с линейного корабля «Михаил Фрунзе» (бывший «Полтава»), что был разобран после пожара. Дальнобойные 305 мм со стволом в 52 калибра могли отправить во врага снаряды весом почти в полтонны — серьезный такой «подарок», от которого любому японскому линкору, за исключением, пожалуй, огромного «Ямато», пришлось бы тяжко… 
 
  
Глава 28 
 
— Пошла заруба, Андрей — все же немцы прибегли к плану «Блау». Хотя, возможно, у него другое название, но слишком много совпадений, хотя и есть различия. Конев точно отобьется, у него три мехкорпуса во второй линии, а вот Жукову придется тяжко. Одно хорошо, что Сталин ему с Тимошенко «рокировку» устроил, а Георгий Константинович свое наступление еще не успел начать. Но все равно — пяти мехкорпусов не хватит, нутром чувствую, что пожгут тысячу «тридцатьчетверок», и этого мало еще будет. И у нас резервы, попомни меня, подчистую выгребут, как только станет понятно, куда девалась 4-я танковая армия Рейнгардта.
Кулик тяжело вздохнул — танков было до боли жалко, а то, что их будут использовать крайне нерационально, он в этом был уверен. А ведь они становой хребет Красной армии, опора при обороне, и главная сила в наступлении. К тому же примерно половину этих машин составляют именно нижнетагильские Т-34, с большой трехместной башней, да еще с Ф-22Т. Но с осени эти танки пойдут большими партиями из Омска и Свердловска. А вот в Сталинграде после бомбежки завода уже идет налаживание выпуска Т-34 МК с большим подбашенным погоном для установки новой башни, да с цельным лобовым броневым листом. Все отличие будет в двигателе — на эти Т-34 будут продолжать ставить М-17Т, такое решение приняли в ГКО. И в Горьком с декабря будут выпускать танки этой модификации, но опять же вместо дизеля там с первого выпуска ставят тот же бензиновый двигатель Рыбинского завода, проверенный долгими годами эксплуатации, хорошо знакомый танкистам, с отлаженным производством и ремонтом.
И тут предельно прагматичный подход — танк не живет долго на поле боя, а дизель пусть потребляет меньше соляра, зато масло как не в коня корм. Вот товарищ Сталин и рассудил просто, по житейской практичности — не стал «складывать яйца в одну корзину». Но установкой новой башни озаботился, но тут уже сам Грабин настаивал, что с усилением бронирования германских танков выпуск Ф-34 м ЗИС-5 в ущерб Ф-22Т является напрасным расходованием ресурсов и человеческих жизней. Так что фактически выпуск аналога Т-34/85, пусть и с трехдюймовой пушкой начался на два года раньше, и теперь на этом танке будут воевать до конца войны. Как и КВ-85, производство которого отлаживается, и останавливать в пользу более лучшего тяжелого танка ИС нет необходимости, только одни огромные затраты. Да и не так уже нужны эти танки на поле боя с появлением ИСУ-107 с унитарным выстрелом, снаряд которого может проломить даже непробиваемый лоб «пантеры». К тому же орудие скорострельное, а потому лучше чем 122 мм пушка с раздельным заряжанием, которую в годы воны ставили на ИС-2. Там же в Челябинске делают и СУ-152, с укороченной гаубицей М-10Т. А так как орудие много легче, то за счет этого довели лобовую броню до искомых 90 мм, поставив лобовой лист рубки под большим углом наклона. И потому что решили, что для таких САУ дальность стрельбы не так важна, их задача поддержка танков на поле боя.
Но самое удивительно, так «реинкарнация» Т-50 в ИСУ-50 вызвала самый пристальный интерес Сталина. Машина потяжелела на четыре с половиной тонны, и внешне очень сильно походила на АСУ-85, той самой, что поступала на вооружении ВДВ в начале 1960-х годов. Вот только экономить вес сейчас не было нужды, к тому же 76 мм пушка занимала меньше места, чем 85 мм, и была сильно легче — за счет этого лобовое бронирование довели до 60 мм (а не 45 мм), а борт стал вдвое толще (30 мм вместо 15 мм). Да и двигатель поставили бензиновый М-17Т, как на танке БТ — вот эта «реинкарнация» штурмового орудия легко выдала полсотни километров в час, и носилась как «угорелая». Верховный главнокомандующий новинку оценил, она ему пришлась по душе, к тому же их можно было производить по три штуки по цене двух «тридцатьчетверок». И потребовал довести до конца года выпуск до полутора тысяч штук, и наращивать производство любыми способами, чтобы такие советские «штуги» были в каждом стрелковом корпусе для маневренной противотанковой обороны.