Хозяйка дома воздушных шаров (СИ)
К удивлению, Демиан меня не тревожил и больше не говорил. Молча мы дошли до дома. Я – в раздумьях о предстоящем празднике. Он.. Да он всегда молчаливый бука.
Хотелось всего и сразу. За ночь я набросала четыре варианта сценария, но с приходом госпожи Кроу пришлось выбрать один и тщательно его обтесать.
Праздник намечался интересным, но не хватало изюминки. Чего-то такого яркого, уникального, необычного. И вселенная услышала мои мольбы.
Я сидела на кухне, когда вошел Демиан с коробкой в руках.
– Тебе передали. С каких пор ты получаешь посылки?
Подпрыгнула к нему и выхватила заветную коробочку. Неужели это то, о чем я думаю?
Поставила коробку под свет и аккуратно приоткрыла. Я близко, Демиан позади. Во все глаза мы рассматривали разноцветное содержимое.
– Ура! У Густава получилось!
Демиан понял, что внутри опасности нет, резко убрал крышку и схватил за один резиновый, тянущийся, вытянутый…
– Что это? – брезгливо поморщился он и разжал пальцы.
– Шарики! – я поймала шарик из его рук. – Ура! Густав гений!
– Не похоже на шар.
Я пихнула грубияна в бок.
– Сейчас покажу.
Я выбрала розовый. И пусть материал непривычный, более толстый на ощупь, механизм был тот же. Желудок лилового кита. Я мысленно улыбнулась, до чего же люди изобретательные, что там, что здесь.
Обхватив основание шарика, я начала надувать.
Демиан впал в ступор.
– Какая гадость.
– Сам ты гадость, – отвлеклась, чтобы завязать шарик в узелок. – Детям из больницы понравится! Все любят шарики.
– Зачем они?
– Для радости, Демиан, для настроения. Чтобы улыбаться во весь рот и наслаждаться праздником.
– Боюсь, мой рот не выдержит.
Гневно развернулась и наткнулась на насмешливый взгляд. Он забавлялся!
– Давай лучше помоги, надувай, как я.
– Вот еще.
– А я после праздника пирожки сделаю.
Демиан остановился в дверном проеме.
– С мя-я-ясом, – протянула ласково.
Хмуро развернулся.
– Целую корзину – и всё одному тебе!
Мужчина поразмыслил, вздохнул и уселся на стул задом наперед.
– Корзину пирожков за коробку шариков. Ладно, по рукам.
О, дорогой, ты не знаешь, на что согласился!
***
– Всё. Больше не могу. Я устал…
Демиан развалился на диване пластом.
Из кухни бы перебрались в гостиную, которая формально располагалась на его территории, но обычно там было пусто. Здесь было много мягкой мебели и достаточно места, чтобы уместить нас двоих и все надутые шарики.
– Пф-ф! Это ты еще перед восьмым марта не работал. Женщины обожают шарики. Шарики и цветы, шарики и цветы…
Голова закружилась от воспоминаний, как я однажды подменяла коллегу на городском мероприятии на восьмое марта. После того дня зареклась – только детские праздники. На детских я хотя бы чувствую себя живой, полезной. Доброй феей, приносящей волшебство. А на взрослых праздниках аниматор – обслуга и шут. Нет уж, отныне только дети.
– Однажды мне пришлось надувать шарики несколько часов, потому что в самый ответственный момент сломался электрический насос.
– Я бы умер, – изрек мужчина.
– Да нет, к этому привыкаешь. Дыхалка тренируется, в следующий раз легче. На, вон, выпей. Это ромашка.
Пока Демиан отлеживался, я приготовила чай.
– Не могу пить. У меня челюсть устала.
– Что, и целоваться не сможешь? – посмеялась, а Демиан аж привстал на локтях и хитро прищурился.
– Не-а. Не смогу. Ты отбила все желание целоваться на ближайшие пару лет.
– Да ну, брось! Сможешь, конечно. Надо просто поделать упражнения для лицевых мышц. Смотри.
Я села рядом.
– Вот так "у-у-у" губы в трубочку, а потом "ы-ы-ы", будто лимон съел. Повторяй!
Демиан как-то странно улыбнулся.
– Есть упражнение поинтереснее.
Глава 21
Демиан опрокинул меня к себе на грудь и нагло прильнул к губам. Я оторопела. Что он делает?
Целует.
Настойчиво, порывисто, как вихрь, который налетел внезапно.
Затем медленнее, нежнее. С каждой секундой его движения замедляются, позволяя мне привыкнуть к нему. К запаху, теплу его тела, к рукам, бесцеремонно блуждающим под моей домашней кофтой.
– Демиан, что ты делаешь? – прошептала ему в губы, и снова была схвачена.
Без остатка, без сомнений. Демиан знал, что сводит с ума медленным поцелуем. Заставляя самой тянуться к нему, лечь поудобнее и раствориться в новых ощущениях.
Губы… Висок… Шея..
Совсем не скромно сижу на нем сверху.
– Алина… – он схватил меня за талию, приподнялся.
И вот уже он сверху. Нависает, как темная гора, вулкан. Горячий, далекий, недосягаемый. Я никогда не могла угадать его мысли. И сейчас тоже не понимала – зачем?
Зачем он мучает меня?
Еще один поцелуй – быстрый, волнительный – и я чувствую, что больше не могу находиться в кофте.
Движение справа привлекло внимание. Цветное, круглое – шарики, что мы надули.
Почему они шевелятся?
Я отвлеклась, сфокусировав взгляд за тем, что разворачивалось позади дивана. Из груды воздушных шаров вылетела тень. Демон? Призрак?
Шары рассыпались по комнате, и только один все еще оставался в воздухе.
Я запрокинула голову. За спиной Демиана летел красный воздушный шар, а за ним абсолютно черная тень с синими глазами.
– А-а-а! – я крутанулась и тут же свалилась на пол.
– Алина, осторожно.
Я бахнулась пятой точкой на пол и подобрала колени.
– С-смотри! – ткнула в призрака, который пытался утащить один из моих шаров сквозь стену.
– Кыш! А ну, кыш! – рявкнул Демиан.
Призрак побледнел и растаял в воздухе. Красный воздушный шар упал на пол и покатился к собратьям на полу.
– Что это было?
– Мои демоны, – ответил тихо. – Моё проклятье.
Пошатнувшись, я села на край дивана.
– Они рождаются во время эмоциональных всплесков. Обычно, негативных.
– Обычно? Помнится, когда мы в прошлый раз в библиотеке…
Я запнулась.
– Что? – уголок его губ дернулся. – Целовались?
– Это было неправильно… Ты меня вынудил.
– Вынудил, о-о-о! Это ты меня вынудила! Нечего было расхваливать Юстаса.
Я покраснела. Да, было. И все равно это он виноват.
Вспомнила, как тьма клубилась за его спиной и как от него отделилась тень.
– Тогда родился демон, верно? – пробормотала.
Вопрос был риторическим, я и так всё поняла.
– Нам не следует больше…
Демиан молча встал.
– Так не провоцируй меня, светлая! Иначе демоны заполнят этот дом, и виновата будешь ты.
Демиан вышел, едва я успела открыть рот, чтобы опровергнуть гнусные обвинения. Он меня что ли винит в этих своих "эмоциональных всплесках"?
Щеки покраснели, когда я осознала, что он имел в виду.
Эмоциональный всплеск во время поцелуя? Он ведь чувствует что-то, так?
Уткнулась лицом в подушку, чтобы скрыть шальную улыбку, которая расползлась на пол-лица.
Кислый лимон! Кислый лимон! Кислый лимон!
Не-е-ет! Не могу!
Черствый, мрачный, нелюдимый, ни капли не приветливый мужчина. Темный маг, от которого нормальные люди шарахаются в сторону. Я ему нравлюсь!
Странно, неправильно – понимаю умом.
И до мурашек.. приятно.
***
– Кристофер Лаучер!
Мои уши свернулись в трубочку от крика госпожи Лаучер.
– Дорогой, – она вошла в комнату, где мы занимались с карточками животных. – Сходи на кухню, я приготовила лимонад.
На полу разложена карта мира. Материки, океаны – всё, как на ладони. Кристофер учил меня и тем самым запоминал сам.
Круглый, как медвежонок, он нехотя поднялся на ноги и побежал на кухню. Госпожа Лаучер остановилась у окна и подозвала меня.
– Вы хотели поговорить?
– Дорогая Алина, мне больно это говорить, но мы нашли для сына лучшую няню. У нее пятеро детей и хорошие рекомендации.
– А, ясно… – я посмотрела туда, куда ушел Кристофер.