Император Пограничья 9 (СИ)
— Родион Трофимович, — окликнул я его.
Коршунов обернулся, опираясь на костыль.
— А, боярин! Живой-здоровый, слава богу. Я уж думал, эти твари вас там сожрали, но вижу, подавались. Говорят, знатно им врезали?
— Врезали, — подтвердил я, — но есть новости похуже. Пройдёмте, нужно поговорить.
Мы поднялись в кабинет на втором этаже. Я кратко изложил то, что узнал от помощника князя. С каждым словом лицо Коршунова мрачнело всё больше.
— Карагин, значит… — процедил он сквозь зубы. — Ядрёна-матрёна! Я так и знал, что эта сволочь рано или поздно себя проявит. Отравил полицейских, увёл Стрельцов… Классическая диверсия, прямо по учебнику. Вот только использовать Бездушных…
Он покачал головой.
— Это уже не просто предательство. Это… даже слов подходящих нет. Особенно цензурных!
В моё время за такое живьём на кол сажали. И правильно делали.
— Князь дал добро на расследование, — сказал я. — И я хочу, чтобы вы этим занялись. Используйте все свои связи, всех информаторов. Нужно выяснить, кто ещё замешан в этом деле и повязать их всех.
Глаза Коршунова загорелись хищным огнём.
— Так точно! Наконец-то доберусь до этого гада. Столько лет ждал… Мои мальчишки-беспризорники по всему городу шастают. Глаза и уши у них востры — мигом все норы проверят. Кто куда ходил, с кем встречался, о чём болтал.
— Трофимов предоставит доступ к документам, — добавил я. — Нужно проверить все приказы, финансовые потоки, перемещения людей за последние месяцы.
— Чешу репу, с чего начать… — Коршунов задумался. — Так, ладно. Первым делом — допросить выживших отравленных стражников. Если яд не смертельный, значит, дозировку рассчитывали точно. Это работа профессионала. Второе — проверить всех, кто имел доступ к складу боеприпасов. Охрана, интенданты, поставщики… Там обязательно след остался.
Он прихрамывая заходил по комнате, размышляя вслух.
— Финансы… ага, это отдельная песня. Такая операция денег стоит немалых. Кто-то должен был получить крупные суммы незадолго до диверсии. Банковские переводы, наличные, драгоценности — всё проверим. И ещё… кто заранее знал о готовящемся? Из усадьбы увёз своё добро или купец какой склад опустошил заранее…
— Действуйте, — кивнул я. — Времени мало. Предатели могут попытаться замести следы или сбежать.
— Никуда они не денутся! — Коршунов азартно хлопнул в ладоши. — Город на осадном положении, ворота закрыты. А если кто через стену попрётся — там сейчас Бездушные кишат. Мигом их схарчат. Нет, теперь они как грызуны в мышеловке.
Следующие часы до самого рассвета прошли в лихорадочной деятельности. Коршунов развернул бурную активность, задействовав всю свою сеть информаторов. Десятки беспризорников рассыпались по начавшему приходить в себя городу, собирая слухи и наблюдения. Оболенский вроде бы собирался ввести комендантский час, но в итоге отказался от этой идеи. Сам Родион вместе с людьми Трофимова принялся методично изучать документы.
Я помогал чем мог, используя свой опыт военного командира. Годы управления войсками в прошлой жизни научили меня видеть нестыковки в приказах и докладах. Даже в моё время снабженцы любили воровать золото, отпускаемое на фураж и вооружение для армии.
И такие нестыковки нашлись.
Приказ о переброске войск действительно исходил от генерала Карагина, но основывался он на донесении, которое никто из разведчиков не писал. Подпись была поддельной — опытный глаз Коршунова это сразу заметил.
В финансовых документах тоже обнаружились странности. Несколько чиновников среднего звена получили крупные премии «за усердную службу» буквально за неделю до Гона. Суммы были не астрономические, но достаточные, чтобы вызвать подозрения.
— Воронья стая над падалью кружит, — мрачно прокомментировал Коршунов, изучая список. — Вот эти трое — из канцелярии коменданта. Имели доступ к планам обороны. А этот… ага, помощник интенданта. Как раз ведал складом боеприпасов.
К утру картина начала проясняться. Беспризорники Коршунова нашли тех, кто видел несколько подозрительных личностей. Один из них — невзрачный мужчина средних лет — очень походил на описание предателя Рубцова.
— Это он! — Коршунов даже подпрыгнул, забыв про свой протез. — Точно он! Тот самый ублюдок, что бомбу под меня подложил. Узнаю эту рожу из тысячи!
— Где он сейчас? — спросил я.
— Мои мальчишки проследили — отсиживается в доходном доме на Купеческой. Видать, собирался тихо слинять, когда ворота откроют — не рассчитывал, что город так быстро от тварей очистят.
Вскоре начались аресты. Полиция, получив ориентировки, задержала двоих купцов, действительно переместивших содержимое складов в южном районе всего за день до взрыва. При обыске у них нашли крупные суммы денег и документы, подтверждающие связь с Владимирским княжеством.
Отряд во главе с Коршуновым отправился в доходный дом на Купеческой за Рубцовым. Я сопровождал их — хотел лично увидеть поимку главного диверсанта. Однако в конспиративной квартире нас ждало разочарование: комната пустовала, постель не смята, на столе — остывший чай.
— Сука! — Коршунов ударил костылём по каменному полу. — Ушёл, гад! И давно, судя по всему. Наверняка ещё ночью, как только понял, что дело — табак.
Поисковые мероприятия в районе через полчаса привели нас к открытому люку старой канализации, ведущему в чёрную глубину. Со слов главы разведки, та выходило за городские стены довольно далеко от стен.
Профессионал оказался предусмотрительнее, чем мы думали. Видимо, у него был заранее подготовлен путь отхода через подземные коммуникации. Выживет ли он за стенами среди Бездушных — вопрос открытый, но такой опытный агент наверняка имел план и на этот случай. Быть может, заранее был подготовлен и замаскирован какой-то транспорт.
К полудню список задержанных значительно расширился. Помимо Карагина, которого всё-таки удалось найти на квартире его любовницы, и его адъютанта, под арест попали начальник интендантской службы, трое чиновников из администрации и несколько купцов. Всего около двадцати человек — целая агентурная сеть.
— Колода-то оказалась краплёная, — мрачно подвёл итог Коршунов, когда мы встретились в кабинете Трофимова. — Эти суки готовились основательно. Судя по документам, операцию планировали минимум полгода.
Я молчал, размышляя об увиденном. Масштаб предательства поражал. Десятки людей сознательно пошли на сговор с врагом, обрекая свой город на гибель. И всё ради чего? Денег? Власти? Мести?
В моём прошлом мире тоже случались предательства, но там хотя бы соблюдались какие-то правила войны. Здесь же… использовать Бездушных против мирных жителей — это запредельная циничность и беспринципность.
— Родион Трофимович проделал образцовую работу, — заметил я, кивнув на главу своей разведки. — Полагаю, его заслуги должны быть отмечены соответствующим образом.
Трофимов понимающе кивнул. Коршунов же только махнул рукой:
— Да какие там заслуги… Просто старые счёты свёл. Теперь хоть спать спокойно буду.
Но я видел, как блестят его глаза. Для бывшего капитана это действительно было больше, чем просто служебное задание. Это было восстановление справедливости, возвращение чести.
— Отличная работа, господа, — подвёл итоги Трофимов. — Князь будет доволен. Все причастные будут допрошены, и мы выясним, кто стоит за этой диверсией.
— Я бы хотел лично провести допрос генерала Карагина, — произнёс я, стараясь говорить ровно. — В результате действий этих… агентов погибли мои добрые друзья — граф и графиня Бутурлины. Это личное.
Трофимов внимательно посмотрел на меня, словно взвешивая что-то в уме.
— Понимаю ваши чувства, боярин. Что ж, не вижу препятствий. Только прошу — предоставьте мне подробный отчёт о результатах допроса.
— Разумеется, — кивнул я и повернулся к Коршунову. — Родион Трофимович, составите мне компанию?
Глаза бывшего капитана загорелись хищным огнём.
— Так точно, воевода! С превеликим удовольствием. Годами этой встречи ждал.