Бессердечный (СИ)

Очень медленно он ввёл указательный палец в неё, и девушка вскрикнула, отчаянно дёрнувшись вверх и потянув в руках простынь. Сейчас она чувствовала его в себе, и это было иначе, чем в прошлый раз, когда всё казалось просто эротическим сном. Рич неглубоко ввёл два пальца в её лоно, выпрямился и, прижавшись губами к её уху, прошептал что-то о том, как она готова и открыта для него.
Дэни и сама это знала, ощущая влагу на своём лоне и его пальцы, медленно скользящие в ней. Казалось, вся кровь прилила к низу живота, мышцы напряглись, и наслаждение нашло её, прибывая, будто волны, ещё и ещё, пока это не заставило Дэни громко застонать, пока короткая судорога не свела её тело. Девушка инстинктивно обхватила Ричарда ногами, каблуки её туфель впились в его ягодицы, и он хрипло засмеялся, уткнувшись носом в её влажную уже шею.
Его пальцы мгновенно покинули её и тут же дотронулись до вершинок грудей, ставших чувствительными, затем пальцы заменили губы, и его влажный язык ласкал её, пока она не метнулась в сторону от резкой смены ощущений. Сильные руки удержали её на месте, Дэни выгнула спину, но её короткое сопротивление было подавлено, когда Ричард резко прижал её к поверхности кровати своими бёдрами. Ощутив его эрекцию сквозь ткань брюк, Дэни заставила себя заговорить, хотя это было сложно, пока он поочерёдно ласкал ртом каждый её сосок.
— Разденься… пожалуйста, разденься.
Не заставляя себя долго ждать, он тихо засмеялся, лизнул её правый сосок и отстранился. Дэни ждала увидеть, как он будет раздеваться перед ней, однако, Ричард просто выключил ночник, и в комнате стало совсем темно. Дэни могла лишь разглядеть его силуэт рядом с постелью.
— Зачем ты выключил свет? — спросила она с тревогой, которую он просто не мог не уловить.
— Не хочу, чтобы ты меня видела… Я уже говорил об этом.
Судя по шороху одежды в темноте, он снял брюки и бельё, затем разорвал пакетик с презервативом, и Дэни вся сжалась при мысли о его следующих действиях.
— Я хочу тебя видеть, слышишь? Пожалуйста, тебе вовсе не нужно меня стесняться.
Вместо ответа, он положил ладони на её колени, развёл её ноги шире и опустился на неё, тут же прижавшись влажными губами к её груди.
— Рич… пожалуйста, — простонала Дэни отчаянно, обняв его широкие плечи. — Включи свет! Я должна тебя видеть… знать, что это ты, потому что… а-а-ах!
Она снова вскрикнула, когда его пальцы коснулись её лона, медленно стимулируя и расширяя её для первого проникновения. Его сбитое дыхание было единственным, что Дэни слышала, сама же едва дышала, потому что почувствовала, как его твёрдый член скользит между её складок плоти. Дэни всхлипнула от мысли, что он слишком большой, и обязательно порвёт её. Но даже не успела испугаться или возразить, когда Ричард сделал первый толчок и вошёл в неё, но не сразу, не глубоко, позволяя ей таким образом привыкнуть к его размеру и успокоиться.
Осторожно двигая бёдрами и прижимаясь к Дэни всё сильнее, он поцеловал её во влажный висок и нежно прошептал:
— Вот так, так… Моя девочка, всё в порядке. Я здесь, слышишь? Это я, и никто другой.
Как странно было ощущать его плоть в себе, и как странно он сам реагировал на это. Рич всё ещё медлил, но его пальцы играли с её сосками, тёплые ладони то и дело накрывали груди, и Дэни понимала, что ему нужно двигаться, он должен был сделать это сейчас. Она призывно приподняла бёдра, пусть и испытывала дискомфорт, но именно это движение сподвигло его к продолжению. Их близость напомнила Дэни о том, что он гораздо опытнее и старше, а значит, она должна довериться и хоть немного расслабиться.
И он прогнулся в спине, сделав резкое движение бёдрами, застонал так громко и протяжно, мучительно и с наслаждением, и его стон перекрыл звуки её крика. Крика боли, разрывающей её изнутри, внезапно сковавшей всё её тело. Дэни замерла, широко распахнув глаза, и буквально вцепилась в спину мужчины, словно боялась упасть.
 
Она вся дрожала, даже не замечая этого, а чувствовала лишь боль, тянущую её куда-то в пропасть… И его твёрдая плоть в ней, его нарастающий ритм, под который она никак не могла подстроиться, потому что ещё держалась за страх.
Его глаза были закрыты, дыхание стало хриплым, Дэни даже показалось, что он выругался несколько раз, причём, весьма откровенно. Боль отступила так же постепенно, как и наслаждение, которое он подарил ей своими пальцами; девушка вытянула руки над головой и попыталась прогнуться, чтобы его проникновения стали глубже, чтобы ему было легче. Сейчас ей было наплевать на собственное состояние, ведь боли больше не было. Только приторное ощущение слияния и его движений в ней.
Когда он выпрямился на руках, приподняв бёдра и резко дёрнувшись, с губ девушки сорвался непроизвольный крик.
— Сейчас я остановлюсь, хорошо? — прозвучал его хриплый голос над её ухом.
Она не поняла, зачем и ради чего, но он замер над ней, и вдруг крепко ухватил её правой рукой под ягодицами и быстро передвинулся выше; теперь она оказалась на подушках, а её голова откинута назад. Когда Рич снова начал двигаться, это было иначе, и он полностью выходил из неё и опять врезался в её лоно, и повторял каждое движение, тяжело дыша. Он наклонился и отыскал её мягкие губы в темноте. Целовал слишком долго, не в силах насытиться её вкусом, не останавливаясь при этом ни на секунду.
Сейчас его толчки ощущались острее, и Дэни вновь почувствовала, как сводит мышцы живота, как пустота заполняется сладостным предвкушением оргазма. Она застонала прямо в его губы, которые практически не покидали её, обвила его шею руками, ощущая под пальцами все его шрамы. Это напомнило ей о том, как он уязвим, напомнило ей о его собственной боли и перенесённых страданиях, муках. Что такое её боль в сравнении с его болью?
Она просунула левую руку между их соприкасающимися животами и дотронулась до его торса, легко, почти неощутимо. В то же мгновение Дэни услышала, как он всхлипнул, почти удивился, и этот отчаянный звук, сошедший с его губ, свидетельствовал о том, что он чувствовал. Рич выгнулся, издав глухой, долгий стон, и рванулся вперёд в последнем толчке, так резко и неожиданно, что невольно причинил Дэни боль, и её нарастающее наслаждение сошло на нет. Испарилось, исчезло, оставив её опустошённую, побеждённую.
Ричард долго не мог восстановить дыхание, поэтому просто лежал на ней, обняв и прижав к себе. Его горячее дыхание щекотало Дэни кожу на плече, девушка понемногу приходила в себя.
Вот и всё. Произошло, случилось. С этих пор она никогда не будет той, какой была раньше. Раньше, до него.
Иначе, я бы никогда не встретил… самую удивительную и потрясающую девушку.
— Ты что-то сказал? — спросила Дэни несколько минут спустя.
— Да… Как ты себя чувствуешь?
Обессиленная, не ощущая собственного тела, она ответила, глядя в темноту:
— Я вся мокрая, потная и грязная… Вот как я чувствую.
— Мне нравится, что ты потная и грязная! — Рич засмеялся и, приподнявшись, лёг на бок, не выпуская Дэни из объятий. — Я грязный тоже, между прочим.
Несколько секунд он молчал, целуя её щёки, нос и сомкнутые веки, затем вдруг виновато признался:
— Прости, что ты не кончила во второй раз. Я хотел, чтобы мы с тобой вместе… хм… Но так бывает, просто в следующий раз я буду более внимательным, обещаю. Тебе было очень больно?
 
Она хотела ответить, но вдруг вспомнила о его бесцеремонной выходке с ночником, и уже собиралась затронуть эту тему, когда Ричард вдруг отстранился, поднявшись с постели, и Дэни задрожала, оставшись одна, без его разгорячённого тела над своим.
— Ты не мог бы дать мне салфетку? — попросила она, угадывая, что он делал там, в другом углу комнаты.