Das ist Grey (всё началось с иго-го) (СИ)

— Я?! — даже опешил от такого заявления. — Ты-то откуда знаешь? Ты же заснула в самом начале мероприятия.
— Как заснула, так и проснулась, — фыркнула кобыла. — Не недооценивай лекарей-новичков.
— Так и что там с клубом? Что я ещё по его поводу говорил?
— Это тебе члены клуба расскажут, — отмахнулась от меня подруга.
— Расскажем-расскажем, — загалдели жеребята.
  
Глава 8 (снежное безмолвие)
   
=*= 
Ртуть… это альфа и омега алхимии, средневековой медицины, а также это важный компонент электротехники. Впрочем, она была не столь важным компонентом моего творчества, но она многое упрощала. Ну и да, барометр и термометр это наше всё. Я даже сделал специальный ящик с этими устройствами на улице, чтобы хоть немного соблюсти правила метеостанций двадцатого века.
— Дядя Грей, а для чего это нужно? — озвучил один из трех жеребят, что ходили за мной хвостиком.
— Помните, я как-то говорил вам, что всё в природе взаимосвязано и, поняв эти закономерности, при помощи умения считать, можно узнать, что именно произойдёт? — полюбовался яростными кивкам. — Зная насколько холодно и какое давление… хм… в общем, зная насколько ветер давит своим копытом на землю, можно предсказать погоду.
— Так её и без приборов предсказывают. По облакам.
— Верно, по облакам смотреть, это тоже хороший способ, но часто так бывает, что одного лишь наблюдения за ними недостаточно. Например, наш барометр показывает, что через день-два погода испортится.
Жеребята задрали мордахи и уставились на небо, которое всеми силами демонстрировало, что погода просто восхитительная.
— Так как приборы не откалиброваны и показывают плюс-минус копыто, то сказать точнее сложно. Но резкие изменения в показаниях барометра это явный знак, что что-то будет.
— А нам, нам можно?
— И даже нужно, — кивнул. — Проблема этого метода в том, что нужны ежедневные наблюдения, так что я сейчас научу вас заполнять журнал.
— Круто!!! — взвыли жеребята, но я был уверен, что через неделю их запал закончится. Но общение с заинтересованными людьми… кхм… общение с заинтересованными понями это всегда приятно. Чего я не ожидал от слова совсем, это того, что через неделю запал закончился у меня, а детвора продолжила изо дня в день занималась наблюдениями. Что ценно, старики поддержали почин молодых лошадок и совмещенный прогноз он прям да, поразил меня своей точностью. Оно, знаете ли, цепляет, когда точность прогноза малолетних лошадок выше, чем то, к чему ты привык в технологическом мире со всеми его спутниками и суперкомпьютерами.
Вторым моим занятием в преддверии холодов было налаживание производства фонариков. Так уж получилось, что я познакомился со стекольщиками Обела и, обуреваемый тягой к упрощению и паранойей, разработал метод цельнозапаяных ламп со встроенной внутрь катушкой и нитями накала. Так-то лампы на основе бутылочек тоже работали, но даже для своего времени это было не сказать что великое достижение. Можно было сделать лучше и практичней. Что я и сделал.
Мастера-стеклодувы снабжали меня полуфабрикатами, в роли которых выступали полностью запаянные сосуды с теми компонентами, которые я для них подготовил. Ну, а получая эти колбы, я пользовался тем, что дано местным поням от рождения, я использовал копытокинез на том, что было запаяно в этих самых колбах. Словами не передать, насколько невероятные штуки можно творить, когда можешь «двигать» предметы в запаянных объемах. И да, основная хитрость была в химии и том, что не приходилось заботиться о температурном расширении. Снаружи оно смотрелось максимально примитивно и понятно, просто маленькая склянка с ушком под шнурок, но… хе-хе… дьявол как всегда крылся в мелочах. Даже зная состав гильзы с химией, без индукционного нагревания сборку было невозможно закончить. Но проклясть я свою паранойю конечно же проклял, так как получить вихревые токи копытокинезом было хоть и возможно, но очень и очень муторно.
К сожалению, из-за нежелания раскрывать секрет сборки и прорезавшейся лени, я был вынужден закупаться необходимыми частями у разных мастеров и под заказ, теряя на этом немалую долю прибыли, но, после того, как мы застелили пол досками, а я сложил нормальную печь… Ну, как нормальную? Обычная голландка с поправкой на местные условия и обстоятельства. Словом, к моменту первых морозов мы, фыркая от разлетавшейся во все стороны соломы, заменяли наше гнездышко на какой-никакой, но матрас и одеяла. А деньги… у нас всё было. А чего мне не хватало, то в любом случае придётся изобретать и делать своими копытами.
И у меня, конечно, были задумки, которые стоило бы воплотить в жизнь, но для них не требовались какие-то совсем уж чудовищные деньги. А многое могло пригодиться не одному мне, и под эти проекты можно было подтянуть окружающих. Словом, последующие события меня, конечно, порадовали, но то ли я зажрался, то ли бытие понькой наложило свой отпечаток.
— Здравствуйте, я курьер Лилия, — поздоровалась с нами лошадка, что была одета в припорошенную снегом форменную попону. Что ценно, сей персонаж сначала постучал копытом по двери летней веранды, где Фрейя до холодов принимала страждущих, а уже затем вломился в обогреваемый печью объем.
— И вам здравствовать, курьер, а мы Грей и Фрейя, — ответил я, и обернулся к подруге, что выбралась из-под одеяла, которое тестировала. — Милая, тебе тут жалование принесли.
— Всё верно, жалование для кобылки Фрейи и стипендия для жеребца Грея.
— Что-что? Стипендия? — удивленно переспросил я, оборачиваясь. — Мне?
— Ну да, ты же почетный пони, — обойдя меня, ответила Фрейя, приглашая курьера к столу. — Лилия, не желаете ли теплого морса с лепешкой? Мы только что испекли.
— Отказываться не буду, — ответила кобылка, с благодарностью принимая чашку. — На улице хоть и не мороз, но ветер всё портит.
Фрейя поболтала с курьерской кобылой, которая и в самом деле отсчитала монеты нам обоим. И да, в этот раз монет снова было двадцать. Ну, а когда гостья ушла, я демонстративно посмотрел на подругу.
— Я что, не рассказывала? — смутилась Фрейя.
— Нет.
— Ах, ну да, мы же сразу на праздник пошли, — кивнула кобылка. — В общем, если учитывать какой ты обормот, важны только три момента. Во-первых, ты имеешь право написать принцессе лично. Во-вторых, право голоса в местных собраниях. В-третьих, могут назначить стипендию или пансион. Тебе назначили стипендию.
— И как долго её будут платить?
— Ну, я не уверена, но скорее всего пока не умрешь.
От неожиданности я уселся на круп там, где стоял. Двадцать полновесных монет это, конечно, не ахти какие деньги, но если есть крыша над головой, а это редкая редкость, чтобы пони бомжевал, то тут и на поесть и на помыться в термах и даже на несколько походов в театр хватит. Понятно, что если жрать деликатесы и заливаться сидром, то надолго этого не хватит, но я ведь про другое. Фактически этих денег достаточно, чтобы высвободить время. Ну, либо это может стать приятным бонусом к твоему доходу, если лишнее время тебе не нужно.
Пока я размышлял, кобыла подошла и уселась рядом, прижавшись своим боком ко мне.
— Давай перед походом в баню испробуем наше новое ложе.
=*= 
Самое страшное во время бурана это то, что ты чувствуешь, как сходишь с ума. Ни тебе ютубчика, ни даже книги. Можно, конечно, рискнуть и добежать до соседей, чтобы поиграть в шашки или реверси, но это уже даже пополам с сидром не лезет. И ведь ещё хорошо, что у меня одна кобыла, а не целое стадо, как у некоторых. Вот уж где начинаешь понимать, что перерывы в общении телами тоже нужны… А может это просто погода на гормональную систему действует.
  
Я лежал в кровати, копытами кверху и бездумно смотрел на то, как вокруг работающего фонарика новой модели по эллиптическим орбитам, словно планеты вокруг светила, летали мочёные яблоки. Правда летали они сразу в трех плоскостях, но у меня и не было задачи повторить строение солнечной системы. Просто коротал время, забавляя себя тем, чем мог.