Das ist Grey (всё началось с иго-го) (СИ)

И это был не просто какой-то там бравый вояка, а совершенно безбашенный жеребец. Настолько безбашенный, что в свое время, когда его оружие заблокировали во время отражения малого набега псов, он, ни секунды не думая, вцепился врагу в глотку и вырвал кадык пёселя зубами. Да-да, именно так. Это не слухи и не преувеличение, это факт, засвидетельствованный многочисленными очевидцами, которые после этого инцидента предпочитали обходить жеребца десятой дорогой.
  
Но, как по мне, жеребцом он был вполне нормальным. Он даже ржал над моими чернушными шутками — а это редкость! Более того, временами пытался шутить в ответ. Получалось у него, правда, так себе, но за старание плюсик в карму.
И вот мы стоим перед постепенно разрастающейся полусферой перехода. Атмосфера гнетущая, как перед прыжком в бездну.
— Не страшно? — лениво спросил я у напарника, краем глаза наблюдая за тем, как завихрения энергии внутри сферы становятся все интенсивнее.
— Боюсь, — честно кивнул жеребец. — Но я сегодня не позавтракал и, час назад, уже сходил по-большому. Поэтому, никто этого не узнает.
Я издал одобрительное хмыканье. Ну что ж, судя по всему, напарник мне попался с крепкими нервами, раз есть время шутки шутить. А это уже полдела.
Очередной переход, очередное тело… и следы чужих копыт. Следы старые, уже порядком сглаженные временем, но их всё ещё видно.
Я замер. Сердце сжалось в тугой комок, когда взгляд наткнулся на нечто до боли знакомое. Кожаная куртка — та самая, что вновь вошла в моду, а может, и никогда из нее не выходила. Ботинки с защитными носами и ранец с инструментами.
А вот остальное… Остальное я старался не видеть. Не нюхать. Не замечать.
С трудом сглотнув, я протянул копыто к ранцу, задержал дыхание и, словно действуя по чужой воле, вытащил из него защищенный смартфон.
— Судя по следам, ты тут уже бывал, — раздался негромкий голос напарника. Он не давил, не требовал ответа — просто констатировал очевидное. — Это ты его?
— Нет, — ответил я честно, пересилив себя и наконец подняв взгляд на… себя.
Зрелище было кошмарное.
Я отчетливо помнил, как это случилось. Бесконечные переработки, хронический недосып — классическая смесь для того, чтобы организм однажды сказал: «Всё, парень, на выход». Тот день выжжен в памяти до мельчайших деталей.
Машина заглохла по пути к объекту — не самое страшное, но крайне неприятное событие того дня. Я вышел, чтобы проверить двигатель, но вдруг стало нехорошо. Давящая тяжесть в груди, слабость в ногах. Решил, что нужно просто пройтись, дойти до зоны покрытия мобильной связи, вызвать помощь. Разумеется, я выбрал самый «гениальный» путь — не по дороге, а через лес. Логично же! Зачем обходить, если можно напрямик?
Долбаное дитя степей. Постоянно забываю, что тайга, даже облагороженная человеком не любит оптимистов. Десяток метров среди деревьев и есть шанс не найти обратной дороги.
И, видимо, именно там, в глухих зарослях, на границе жизни и смерти, мы с изначальным Греем и встретились.
— Копать умеешь? — спросил я у напарника, не поднимая взгляда.
— Закопать хочешь? — усмехнулся он, но, видимо, уловил в моем голосе что-то не то, потому что тут же посерьезнел и добавил уже без тени шутки: — Да не вопрос. Мы из пехоты, а лопата — это наше второе я.
— Вот здесь, у березы, — кивнул я, указывая копытом нужное место. — Ему нравиться это место. Красиво.
Мой напарник сглотнул.
Воздух словно стал гуще, тяжелее. Грудь сдавило, будто меня внезапно затянуло в водоворот, из которого не выбраться. Я не стал ждать, пока паника накроет с головой — торопливо выудил из ранца запасной аккумулятор и отошел в сторону. Подальше. Чтобы не видеть. Чтобы не чуять.
Копыта дрожали. Тело ломало так, будто меня били дубинами, а в голове грохотал шум тысяч голосов — или, может, это просто мое собственное сознание взбунтовалось, отказываясь принять реальность. Но я взял себя в копыта. Глубокий вдох, долгий выдох. Сосредоточиться. Телефон. Сейчас важен только он.
По какой-то злой иронии судьбы, именно здесь, у этого проклятого холмика, связь уже была. В запасном аккумуляторе оставался заряд, счет никто не заблокировал, а на балансе даже имелась какая-то сумма.
Занимаясь подгонкой копытокинеза, чтобы имитировать пальцы, я неожиданно осознал, что успокоился. Слегка. Совсем чуть-чуть. Но этого хватило, чтобы двигаться дальше.
Если бы мне раньше сказали, что однажды придется хоронить самого себя, да еще и методично удалять учетные записи, я бы только посмеялся. Нет, не так — я бы ржал в голос, пока не заболел бы живот. Но вот он я, захожу по до боли знакомым адресам и отключаю аккаунты один за другим, оставляя в формулировке что-то вроде «в связи с кончиной владельца». От этого словосочетания даже грива привстала дыбом. Тяжело.
Последним рубежом осталась соцсеть. Никогда их не любил, никогда ими не пользовался. Но под конец сдался — коллеги ленились пересылать файлы по почте и предпочитали кидать их в чатике.
— Ну, вот и они, — криво усмехнулся я, обнаружив, что после удаления всех сообщений без прочтения кто-то начал настойчиво стучаться в личку.
Отвечать? Нет, спасибо. Просто закрыл учетную запись и перешел к последнему делу — отправке нескольких СМС. Человек я нелюдимый, но кое-кому все же стоило написать. Не прощальные сопли, а строго по делу: кому и какие вещи надо забрать, чтобы не пропали зазря.
И вот, когда я уже заканчивал с этим странным процессом, телефон завибрировал. Я даже не подумал — просто машинально ткнул в экран. И только потом понял, что нажал на видео…
— Валера! — раздался голос знакомца.
На экране возникло охреневающее лицо, которое мгновенно сменилось выражением крайнего офигевания.
— Э…
— Иго-го, бля! — буркнул я в ответ, с мрачным удовольствием наблюдая за тем, как Михаил завис, глядя на лошадиную морду.
Чувство нереальности происходящего шарахнуло по голове так, что меня прорвало.
— Значит так, Мишаня, меня тут смерть отпустила посрать, поэтому не перебивай, времени мало… — заговорил я, радуясь, что дикция у пони почти человеческая. — Нас наебали. Рая не существует. Бог мертв. Миром правят рептилоиды.
— Что?! — Михаил захлебнулся воздухом, широко распахнул глаза, а потом вдруг замер, подозрительно прищурился и выдал:
— Это точно ты. Я твои дерьмовые шутки ни с чем не перепутаю… Валера, какого черта происходит?! Ты где?!
— Где я, спрашиваешь? — заржал я еще раз, чувствуя, как абсурдность ситуации давит на психику, но, вместо истерики, прорывается только в ехидство. — Если ты про материальное, то сейчас покажу.
Вскачив на ноги, я быстрым шагом направился к напарнику. Тот уже успел вырыть неглубокую яму в мягкой земле, мастерски управляя копытами, копытокинезом и какой-то пластиной, которую использовал вместо лопаты.
— Ты только не блевани, — буркнул я, переключая камеру.
Я постарался снять так, чтобы общий план передавал суть происходящего, но без жести — Михаилу не обязательно видеть все детали в хорошем разрешении. Закончив с операторской работой, я молча столкнул своё человеческое тело в яму.
На том конце связи раздался эмоциональный мат. Однако ругался парень недолго — буквально через пару секунд Михаил замолчал. Глаза его сузились, лицо стало напряженным — он вглядывался в изображение, пытаясь найти подвох.
— Это нифига не CGI и не сетка, — выдал он без эмоций. — Почему… Почему ты лошадь?
— Но-но! Не лошадь — жеребец, — поправил я.
Напарнику жестом показал, чтобы он не обращал внимания на мой балаган, а сам, не прерывая беседы, без лишнего пиетета начал закапывать своё человеческое тело. Телефон держал копытокинезом, так что ноги оставались свободны — самое то, чтобы неспешно присыпать и утрамбовывать землю.
  
— Не суть! — отмахнулся Михаил. — Какого черта происходит?!
— Ну, я же тебе честно ответил, — невозмутимо заметил я, бросая очередную горсть земли, — что у меня появилась возможность закончить земные дела и раздать долги.