Начать всё сначала

– И об этом никогда не слышала.
– Вы шутите, да?
– Нет, у нас нет дольче-латте… с корицей.
Я чувствую, как Пайлот смеется рядом со мной.
– Что это за «Starbucks» такой? – бормочу я.
Мы уходим пять минут спустя, оба с большими ванильными латте. Это было так странно. Я поворачиваюсь к Пайлоту, чтобы рассказать ему о даме из самолета.
– Так это был твой друг? – он щелкает языком прежде, чем я успеваю заговорить. – То есть ты не знаешь, что в меню, так что бы я сказал? Вы едва знакомы.
  
Я провожу рукой по лицу, пытаясь не фыркнуть из-за его ужасной попытки продолжить шутку про «Starbucks» – мой старый друг.
– Я думала, что это мой друг, но оказывается, это обычный кофе-шоп, принявший оборотное зелье и притворившийся моим другом.
– О нет, это слишком, – качает он головой, ухмыляясь. – Ты все испортила, упомянув оборотное зелье.
– О чем ты? Это было умно! Ты и так уже довел это до грани!
– Нет, я все делал в рамках нормального. Шейн, ты же подняла его до высших уровней нелепости.
Щеки горят от силы моей улыбки. Мы собираемся повернуть налево на следующем перекрестке, когда я замечаю что-то цветастое на углу по диагонали на другой стороне улицы.
Я ахаю.
– Пайз, смотри. – Я указываю на свое открытие и вижу, как расширяются его глаза.
– Это то, о чем я думаю?
– Это магазин «Beatles»! Целый магазин, посвященный «Beatles»!
– Стой, это же группа, которая тебе нравится, правильно? – говорит он.
– Я борюсь с искушением сильно стукнуть тебя по руке, – мне бы, вообще-то, хотелось схватить его за руку и потащить через улицу, но рука не подчиняется командам, она слишком боится отказа.
Мы перебегаем улицу, не держась за руки. Когда светофор переключается на следующем углу, мы переходим на тротуар у магазина «Beatles».
– Вау! – я таращусь на красивую, яркую витрину. – Это битлфигенно, – произношу я и поворачиваюсь к Пайлоту с широкой дурацкой улыбкой.
Он подавляет улыбку и качает головой.
– У меня нет слов.
– Ты понял?
– О, я понял, – отвечает он.
– Это было умно.
Он качает головой, все еще подавляя улыбку.
– Да ладно. Это было умно!
– Пусть будет так [2], Шейн. Пусть будет так, – он направляется в магазин.
Я секунду стою на тротуаре, обдумывая услышанное.
– О боже, – я иду за ним.
В магазине играет «Love me do». Мы зашли в страну чудес «Beatles»: диски, пластинки, толстовки, шляпы, носки, брелки. Я знаю, что и Пайлоту нравятся «Beatles». Он старается выглядеть спокойно, но я вижу это по его глазам. Они светятся восторгом, пока он рассматривает безделушки. Я присаживаюсь на корточки, чтобы получше рассмотреть набор матрешек «Bealtes» в стеклянной витрине. Пайлот присаживается рядом со мной. Его бок задевает мой.
– О боже, посмотри на размеры! Джон самый большой, а Ринго самый маленький. Такая вот градация.
Я отворачиваюсь от матрешек, чтобы взглянуть на него.
– Только посмотрите, кто разбирается в «Beatles». – Всего лишь на мгновение он улыбается как дурак, а потом снова как классный парень. Когда мы встаем, он начинает указывать на разные виниловые пластинки, пока мы проходим мимо витрин.
– Шейн, – зовет Пайлот из-за моей спины, пока мы идем вдоль ряда. – Карты «Beatles»!
Я разворачиваюсь, подскакивая к нему.
– Что?
– Игровые карты «Beatles». Шейн, цель достигнута. Миссия выполнена.
* * *
Мы снова проходим через парк, а солнце садится за горизонт.
– Какая твоя любимая песня «Beatles»? – спрашивает Пайлот.
– Какая твоя любимая песня «Beatles»? – отвечаю я.
– Чур, ты отвечаешь первой, – спокойно говорит он.
– Что значит «чур, ты отвечаешь первой»? Ты не можешь заставить меня отвечать первой! – смеюсь я.
– Ну, первое правило игры, ты можешь добавить «чур» ко всему, чему захочешь, – отвечает он дурацким голосом.
Я соглашаюсь, стараясь саркастически закатить глаза, но у меня это не очень получается.
– Моя любимая «Hey Jude», наверное, или «Yellow Submarine», или «Hello goodbye». Или, или… «Ob-La-Di, Ob-La-Da». Обожаю вот эту!
Он закрывает глаза и кивает, улыбаясь закрытым ртом.
– Неплохой выбор, неплохой.
Мимо нас проносится команда бегунов.
– А теперь поделись своими, – говорю я, предвкушая ответ.
– «Helter Skelter», наверное, или «I am the Walrus», или «Octopus’s Garden», или «Eleanor Rigby» – у них так много отличных песен.
– Как смел ты насмехаться надо мной из-за моей любви к «Beatles»?
Он пожимает плечами.
– Ты похожа скорее на поклонницу Тейлор Свифт.
– Э, простите, – протестую я. – Я поклонница Тейлор Свифт, должна отметить. Она прекрасна. – Я секунду сердито гляжу, а потом драматично перебрасываю волосы через плечо. – Музыкальный сноб.
Он откидывает голову назад и смеется. Во мне пузырится тепло. Не знаю, какая наука стоит за теплыми пузырьками и как это происходит, но это так.
  
7. Не обращай внимания
 
Я нахожу Бейб сидящей на кровати и смотрящей фильм на компьютере. Она поднимает взгляд, когда дверь закрывается позади меня. Через окно я вижу Сэйру на диване на кухне, разговаривающую со своим ноутбуком.
– Привет! – кричит она.
– Привет! Что смотришь?
– «Рататуй»! – она улыбается от уха до уха.
– Никогда не смотрела его.
– Ты никогда не смотрела «Рататуй»? Он такой милый!
Я тащу стул к кровати Бейб, чтобы мы могли нормально поболтать.
– Ты знала, что у Пайлота есть альбом на iTunes?
– Что? Я даже не знала, что он пишет музыку! – она уменьшает окошко с «Рататуем» и вытаскивает iTunes на экран. Я пододвигаюсь, чтобы тоже видеть.
– Под его именем? – она начинает забивать Пайлот Пенн.
– Нет, «Swing Bearers».
– «Swing Bearers»! – она хихикает. – Ах! Мне нравится. – Она забивает название в поисковик и нажимает ввод. Мы напряженно наблюдаем, пока интернет грузится. Появляется альбом под названием «Фарфоровой батут», его можно купить за 6.99 долларов.
– О боже, это по-настоящему! – смеюсь я.
– Семь долларов? О да! – Бейб щелкает по кнопке «купить».
Следующий час мы проводим за прослушиванием «Swing Bearers», пока сидим за ноутбуками. Мне нравится. В этой музыке есть расслабленное, джазовое винтажное ощущение. Когда приходит время собираться в паб, я переключаю музыку на Бритни Спирс. Сэйра возвращается в нашу комнату, и мы все немного принаряжаемся. Я надеваю мою любимую юбку – черную с высокой талией – и короткий топ с голубоглазым тигром на нем. Ничего особенно изысканного, но наряднее, чем джинсы и голубая футболка с надписью «Нью-Йорк», которую я носила ранее на прогулке с Пайлотом.
* * *
Впятером мы сидим за круглым столом в пабе «Голова Королевы». Я уже выпила половину моего первого легального, заказанного у барной стойки алкогольного напитка – бокала красного вина. Вина мне нравятся меньше, чем любой другой алкоголь, так что ради того, чтобы попробовать что-то новое, я решила дать ему шанс. Говорят, что к вину нужно привыкнуть, так что я над этим работаю.
Пайлот, Аттикус и Бейб пьют уже второй «Гиннесс», а Сэйра почти расправилась со своим бокалом красного вина. Она рассказывает нам о своем парне Вэле и как сильно ее семья любит его. Они взяли его с собой прошлым летом в Ливан.
Когда разговор затихает, Пайлот предлагает сыграть нам в игру на выпивку под названием «21», о которой я никогда раньше не слышала, но она оказывается классной. Мы смеемся всю игру. Все придумывают различные правила, сочетающиеся с цифрами от одного до двадцать одного. Бейб придумывает смехотворное правило, согласно которому нам всем приходится встать и пересесть на стул справа от нас. В каждом раунде нам приходится двигаться вокруг стола, словно мы исполняем какой-то странный, плохо поставленный танец, и каждый раз, когда нам нужно встать и пересесть на другой стул, мы начинаем безудержно смеяться. К концу игры мой живот уже болит от смеха.