Начать всё сначала
Я качаю головой, не веря своим ушам.
– О боже мой, – я снова начинаю ходить туда-сюда. – Ты порвал с ней по голосовой почте? – вырывается у меня.
Он встает со стула.
– Мы только попали сюда, и все казалось таким сюрреалистичным, словно это не так важно! Всё это напоминало странное волшебное путешествие!
Я останавливаюсь.
– А что насчет теперь? Для тебя это все еще просто странное волшебное путешествие?
– Нет!
– Если ты с ней расстался, то почему она здесь?
Он выдыхает и закрывает глаза.
– До неё так и не дошло сообщение, – он смотрит на пол. На мгновение повисает тишина, пока я обдумываю эту информацию.
Следующий вопрос я задаю медленно и четко:
– Фигурально или буквально?
– Буквально.
Я подношу руки к лицу и гневно трясу ими.
– О боже!
– Сообщение не дошло, или типа того! Я просто неловко спросил ее, получила ли она мое голосовое сообщение, а она даже не знала, о чем я говорю. Она не может позвонить мне сюда, а я удалил ее из скайпа… она писала мне на электронную почту, но я просто удалял их, она посылала сообщения в Фейсбуке… я их так и не открыл, потому что мне плохо удается конфронтация, и я не хотел с этим разбираться. Она сказала, что всегда планировала навестить меня, а так как новостей от меня не было, решила просто прилететь сюда и удивить меня. Шейн, я и понятия не имел!
Слова царапают мое горло.
– Ты ей уже рассказал, что было в голосовом сообщении?
Он вздыхает.
– Нет, еще нет.
У меня болит голова.
– Теперь ты ей расскажешь?
– Она только что добралась сюда, пролетев десять часов, – серьезным тоном говорит он. Это словно удар в живот. Я даже слегка наклоняюсь вперед.
– Я расскажу ей! Я просто устрою ее в отеле или типа того, а затем все объясню. – Он встает и накрывает мои руки своими. – Шейн, я с тобой.
Моя кожа пульсирует. Я прижимаю пальцы к вискам, прежде чем оттолкнуть его руки.
– Кто бы не стал ждать подтверждения от бывшего возлюбленного о том, что они расстались… если они действительно расстались? Ты знал, что она ответит на такое! Думал, что можешь просто оставить сообщение и больше никогда с ней не разговаривать? Если бы ты действительно хотел порвать, ты бы по крайней мере читал ее сообщения, чтобы увидеть, что она хочет сказать! Если тебе было трудно с этим разобраться, почему ты не сказал мне? Мы могли бы поговорить об этом! – мой голос дрожит.
Пайлот хочет снова сделать шаг ко мне.
– Пожалуйста, не прикасайся ко мне сейчас.
В его взгляде вспыхивает боль. Он снова садится на стул у стола и проводит руками от затылка до лба.
– Шейн, прости. Я напортачил. Что ты от меня хочешь? Хочешь, чтобы я пошел в другой конец коридора и порвал с ней здесь и сейчас?
Я закрываю глаза и качаю головой. Теперь по лицу текут слезы. Я отхожу назад и сажусь на кровать Бейб.
– Нет, – едва слышно бормочу я.
– Нет? – мягко переспрашивает он.
Я вытираю слезы и смотрю на него. В груди болит. Мы молча смотрим друг на друга минуты четыре. Сердце болезненно стучит в грудной клетке. Как мы так быстро дошли до этого?
На пятой минуте я произношу:
– Пайлот, я больше не могу.
Пайлот моргает и снова смотрит на меня.
– Что… не можешь?
Я качаю головой и указываю на комнату в целом.
– Это.
– Это что? – медленно произносит он.
Я пару минут просто дышу, успокаиваясь, и встаю, чтобы взять сумочку со стола.
– Что ты делаешь?
Я открываю маленькое отделение и достаю серебристый предмет.
– Шейн, – осторожно говорит он. – Что ты делаешь? Пожалуйста, не делай этого. Помоги мне понять, о чем ты думаешь.
Его голос полон терпения. Это разрывает мое сердце. Я сжимаю медальон в руке и опускаю сумку на грудь.
Его голос дрожит.
– У нас все было отлично. Прошлая неделя была прекрасной.
– Пайлот, я здесь теряю себя.
– Что, что ты имеешь в виду?
Я поджимаю губы.
– Я теряю себя и становлюсь «нами».
Он озадаченно качает головой.
Я снова сажусь на край кровати Бейб.
– Что бы это ни было… – мне приходится вытаскивать слова из легких. Они влажные и тяжелые. – Я не могу. Я думаю лишь о тебе… Пайлот. Я начинаю физически чувствовать нехватку тебя, когда мы расстаемся. Знаешь, я так отвлекалась на тебя, что даже нормально не общалась с лучшей подругой последние шесть дней… А она буквально спит на кровати подо мной. Я не та девушка. – Сглатываю я. Я так отвлеклась, что на два часа опоздала в первый день на работу мечты. Я не та девушка. Я не хочу быть такой. – Я провожу руками по лицу. – Я писала тебе бесконечные сообщения на работе. Почему я считала, что это нормально? И я едва что-то выставила в свой блог. Я не сделала ничего важного для своей работы на пути к этой огромной цели в жизни, на которую я таким чудесным образом получила второй шанс. Сегодня Венди сказала мне, что больше не рассматривает возможность написания мной статьи для «Вещи собрал!». – Я вскидываю руки и дико жестикулирую. – Больше не рассматривает, Пайлот! Вот так! Потому что на летней работе я вела себя как беззаботный подросток!
Лицо Пайлота темнеет.
– Шейн. Прости, что…
– Я… провалилась здесь и я не могу сидеть и снова переживать провал. Я уже прожила его. Я не остануюсь, чтобы увидеть, как моя семья узнает про всё это и откажется от меня, как от дочери, во второй раз.
– Шейн, – голос Пайлота дрожит. – Знаю, ты сейчас расстроена, но пожалуйста, давай просто сделаем глубокий вдох. Мы поймем, как с этим разобраться. Мне так жаль. Я оставлю тебя в покое на столько, сколько тебе нужно. Просто, пожалуйста, хорошо все это продумай, ладно? Поразмышляй над этим следующие двадцать четыре часа. Пожалуйста. Давай снова поговорим через двадцать четыре часа. У нас с тобой что-то действительно прекрасное. То есть, по крайней мере, я думал так. Я, я не хочу бросать нас, это. – Он сглатывает.
Я всхлипываю.
– Это причиняет мне боль, Пайлот… я не могу выбрать нас, потому что мне нужно выбрать себя. Я к этому не готова. Здесь я все еще учусь и все еще не независима. Я не могу сойти со своего дурацкого пути. Но в 2017-м может я смогу что-то сделать. Я накопила денег, и я расстанусь с Мелвином и начну все заново или типа того. Там я смогу что-то решить.
– Шейн, – выдыхает он.
– Пайлот, я хочу нажать кнопку. Мне нужно вести собственную лодку, и я не могу делать это с тобой в голове. Просто вернись к Эми. Это было ошибкой.
По щеке Пайлота течет слеза.
– Как ты можешь такое говорить? – Он жмурится и проводит ладонью по лицу.
Мои губы дрожат, когда он встает и уходит. Дверь тихо закрывается за ним. Я пересекаю комнату и прислоняюсь к ней спиной. На меня накатывает тошнота. Я теперь открыто всхлипываю, сползаю на пол. Стул, на котором сидел Пайлот, теперь возвышается передо мной. Я поджимаю ноги, а потом выкидываю их, пиная стул. Он падает на бок, и врезается прямо в другой стул рядом с ним. Второй стул тоже начинает падать, и я удивленно кричу, когда и он и Сойер грохаются на пол.
– Нет, нет, нет, нет, нетенетнетнетнетнет! – я подпрыгиваю, хватаясь за металлические ножки и откидывая стулья от моего компьютера. Я лихорадочно провожу пальцем вверх-вниз по тачпаду.
Экран вспыхивает, а по его центру тянется огромная черная трещина. Даже зажегшиеся части меркнут и вспыхивают, словно от шока. Я удерживаю кнопку перезапуска.
– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – экран гаснет, а затем половина загрузочного круга появляется на экране. Верхняя половина почернела от той же широкой темной трещины. – Пожалуйста, просто включись, – умо- ляю я.
Он загружается и загружается, но так и не издает звук окончательной загрузки.
Все мои наполовину законченные истории. Детализированный план моего великого американского романа. Три тысячи слов, которые я накидала на странице в первый день «второй попытки». Здесь Облако не сохраняет мой бред автоматически. Все пропало. У меня нет денег купить новый. Я дышу? Я чувствую, что не могу дышать. Встаю и кладу Сойера на стол. Кажется, я задыхаюсь. Я бегу наверх и выскакиваю на улицу из парадной двери Карлстона.