Война (СИ)

Подкрепления у штурмующих больше не было. Битва была выиграна. Тяжелейший штурм, чуть было не окончивший поражением осаждающих, всё же завершился их победой.
Убедившись, что офицер, заменивший погибшего командира, знает свое дело, башня и прилегающая к ней стена остаются под неустанным контролем и наблюдением, Иллар со своими людьми спустились вниз.
На этот раз Латин не отделался так легко. Возле него хлопотали девушки, и Иллар даже заподозрил друга в притворстве, когда над поэтом склонились две головки напряженных, но таких милых личиков. И тут же устыдился, заметив, чем занимались девушки. Они разрезали кольчугу, и вынимали из раны остальные звенья.
— Легкая рана, — констатировал незаметно подошедший лекарь, и тут же ретировался.
Иллар пригляделся. Действительно, крови было немного. Удар меча лишь вдавил звенья кольчуги в плотную нательную рубаху, но силы удара не хватило, чтобы нанести глубокую рану.
— Легкая, — вторил лекарю голосок подошедшей девушки, бесцеремонно приподнявшей волосы Иллара.
Тот недоуменно коснулся лица. Но рука и так была в крови, так что разницы не было никакой.
— Царапина, — подтвердил Фаркус, в свою очередь взглянув на голову Иллара.
— Не будем отвлекать лекаря, — согласился Иллар, — подождем до дворца.
К ним подошел обескураженный Сайл:
— Простите, милорд, — пробормотал он, — я должен был вас охранять, а сам залез на катапульту…
— Оставь, сынок, — прервал его Фаркус. — Мы все в этот момент делали не то, что надо, и всё же именно то, что было необходимо. Надо было драться. И мы дрались. Просто, — он оглянулся на Иллар, — надеюсь, это было в последний раз.
— Если таких штурмов больше не будет, — пробормотал Иллар.
Они вернулись во дворец, когда уже рассвело. Предварительно тщательно умывшись, Иллар спустился к лекарям, получил свою дозу мази и отправился в зал Совета ждать Кандира и Бахтина. Бахтин к утреннему совещанию пришел первым и коротко доложил о повреждениях, учиненных стрельбой со стороны войск Альтама.
Как и ожидалось, стена не получила серьезных повреждений. Слегка засыпался ров, были сломаны колья, но в остальном ров остался таким же препятствием, как и прежде. Удары по воротам также ни к чему не привели. Ворота выстояли. Хотя и было повреждено навершие арки. Прилегающие дома были частично разрушены. Несколько домов сгорело, но стараниями как самих жителей, так и пожарной команды, пожар не распространился. Пострадавшие были, но погибших нет.
Не дождавшись Кандира, Иллар отправился к королю.
К его удивлению король с королевой завтракали в малой гостиной. Указав внуку на соседний стул и приготовленный прибор, Алаина с улыбкой пояснила:
— Мы решили присоединиться к твоим совещаниям. Только о событиях ты будешь докладывать королю сам, во время завтраков. Людям полезно будет знать, что король на ногах, участвует в делах столицы, а я со своей стороны считаю, что завтрак не в постели, а в гостиной твой дед вполне выдержит.
Корн подмигнул:
— Можешь начинать.
Иллар с опаской посмотрел на деда. Тот выглядел всё так же плохо. Было видно, что его веселье наигранно и сообщать опасные новости чревато осложнениями.
Корн заметил колебания внука. Его улыбка померкла:
— Я знаю уже, что ты там был, Иллар. Знаю, чем чуть было не закончился штурм. Главное, что все уже позади.
— Простите, — смутился Иллар.
И рассказал о том, в чем был участником. Корн выслушал спокойно.
— Найди Грайта, — сказал он. — Расскажи и покажи ему, пусть посмотрит. Мне кажется, так просто забросить абордажный крюк на башню, которая вдвое выше крепостной стены — не под силу обычному человеку. Я знаю об осадных арбалетах, которые стреляют крупными стрелами, способными вонзаться в стену, может, имеются и другие разновидности арбалетов.
Иллар наклонил голову.
— И еще, — король внимательно рассматривал внука, — один из тех советов, которые ты ждешь. Жесткий, несправедливый по отношению к тебе, мой мальчик, но это один из столпов, на котором стоит королевская власть. Рано или поздно, но тебе принимать престол. — Корн перевел дух и продолжил. — Ты не должен что-либо утаивать от короля, Иллар. — Он кивнул на ошеломленный взгляд Иллара, — я знаю, что тобой движут благие намерения. Ты оберегал меня, оберегал от волнения. Я ценю это. Но ты должен докладывать все. Даже если я буду без памяти, мы все должны делать вид, что я слышу. Даже если новости будут ужасными — всё равно. Как только люди почувствуют, что король оторван от жизни, пусть даже по причине болезни, власть дрогнет. Тебе ещё не доверяют, Интара нет, я в постели. Это не приведет ни к чему хорошему. Ты по праву правишь сейчас, Иллар, и я горжусь тобой. Но для видимости — ты все делаешь с полного моего одобрения.
 
Долгая речь обессилила короля. Корн откинулся на подушки, Алаина поднесла ему чашку настоя. Иллар сидел красный, не смея поднять глаз.
Алаина подошла к нему и слегка обняла.
— Ты не виноват. Ты просто с этим не сталкивался. Да и мы привыкли к спокойной жизни. Интар брал на себя всю непростую и подчас неприглядную жизнь королевского двора. Всегда найдутся подхалимы, интриганы. Поначалу нам с твоим дедушкой было тяжело привыкать к такой жизни, мы долго добивались устранения от двора лишних людей. С Интаром нам было намного легче. Но теперь, уже не первый день мы опять чувствуем то старое состояние. Доброжелатели и сообщили, и нашептали нам всё, что произошло. Мы должны знать все новости раньше остальных. Дворец и столица должен видеть, что король и его внук заодно.
Юноша вышел из гостиной задумчивый и серьезный. Королевская власть открывалась для него с другой, неведомой ему стороны.
Не дождавшись Кандира, Иллар отправился к башне, на которой воевал ночью. Как он и ожидал, он застал на ней командующего, а вместе с ним и Грайта.
— Простите, милорд, что не прибыл на совещание. Мне надо осмотреться и только потом я смогу сделать свой доклад. Я продолжу осмотр, а вы пока послушайте господина Грайта.
Иллар никогда близко не общался с Грайтом. Выходец из богатой влиятельной семьи Илонии, Грайт, несмотря на молодость, объехал множество стран, имел самую большую коллекцию оружия в Илонии и мог часами говорить о ней, не утомляя этим лишь королевскую семью и находя в их лице благодарных слушателей и собеседников. Грайт не только занимался собирательством всевозможного оружия, он лично знал многих ремесленников, которые его изготовляли, знал все тонкости производства, сам принимал участие в процессе создания, рисовал эскизы и привносил что-то новое.
Будучи намного младше принца Интара, они общались между собой вполне по-дружески, что не мешало Грайту боготворить принца. Он был самым молодым членом Королевского Совета, и Интар ввел его в Совет не столько за обширнейшие связи с гильдиями торговцев, кожевников, плотников, камнетесов, и не в последнюю очередь оружейников, сколько за его острый ум и безграничную преданность королевской семье. Однажды Латин пошутил, что Грайт, которому давно пора было обзаводиться семьей, не спешит выбирать невесту, ожидая пока не подрастет дочка Интара. Уважение, которое питала королевская семья к молодому вельможе, было порукой, что, если это в самом деле окажется истиной, препятствовать никто не будет.
Другое дело сын Интара. До суда, Грайт, казалось, и не замечал его. И вот второй раз за последнее время Грайт внимательно приглядывался к юному правителю Илонии.
— Милорд, — слегка склонил он голову, — меня вызвал наш уважаемый командующий, чтобы поведать об атаке на башню. Ему показалось подозрительным способность пиратов так высоко забрасывать абордажные крюки. И я, опросив всех, кто остался в живых, кто видел, как они летят, могу предположить, что в данном случае речь идет об осадном арбалете, но стреляющий крючьями.
 
Иллар кивнул.
— Его величество указал мне на это, — подтвердил он, вызвав довольную улыбку Грайта. — Вы видели когда-нибудь что-либо подобное?