Война (СИ)
К Овете в этих спорах присоединялся Тарлин, изредка Стенли. Но язвительные замечания Стенли лишь подливали масла в огонь, Раднир становился упрям и не желал ничего слышать.
Лайна уставала от этих споров, и тогда Интар уводил её отдыхать.
По прибытии в столицу, они разъединились на четыре отряда. О появлении такого большого отряда кордийцев, способных пополнить приверженцев фальшивой королевы, несомненно, донесли бы Дюрталу, а им не нужно было излишнее внимание. Тем более, что самозванка в это время, судя по всеобщему ликованию, якобы освобождала Кордию.
Интар с женой и дочерью так и остались семьей с вооруженной охраной, которая в столице сократилась до шести человек, считая Раднира и кучера, а остальные поделились на три небольших отряда по четыре человека. Ногал ушел в одиночестве.
Отдельно Интар с племянниками обсудил, кого в Албоне привлечь на свою сторону, используя перстень Тайлис. Если и не для помощи Талине со Стенком, то хотя бы для будущего настоящей королевы Кордии. Несколько торговцев, придворные, успевшие покинуть Корду, путешественники, которых нападение на родную страну застало в Сеготе, беженцы.
Со всеми предосторожностями Тарлин под видом уличного разносчика свежих овощей, посетил резиденцию илонийского посольства. Но узнал только, что мать с отцом как покинули особняк, так больше не показывались. Само же посольство было взято под даже не скрываемый надзор. И хотя стража не стояла у ворот, внутри было несколько сменяющихся стражников, и обитателям особняка недвусмысленно дали понять — не высовываться за пределы двора.
Через два дня все встретились за городом, в условленном месте.
Больше всего сведений, как и ожидалось, было у Ногала. Хотя и Интар с Лайной, остановившись в отличном трактире, почерпнули какие-то сведения. Но именно Ногал сообщил название замка, где в настоящее время держали Талину со Стенком. И они отправились туда.
Результаты по привлечению подданных Тайлис к разоблачению фальшивой королевы с помощью перстня были весьма плачевны. Им не хватило времени. Ни найти нужных надежных людей, ни со всеми предосторожностями организовать встречи и получить или предоставить все необходимые данные. Талина со Стенком в данной ситуации были важней. Перстень оставили на будущие времена.
До замка Мелах, находившегося восточней столицы они добрались через полтора дня. Разбив лагерь в прилегающем лесу, они со всей осторожностью приступили к наблюдению.
По словам Ногала, замок был охотничьей резиденцией короля Дюртала. Постоянный штат прислуги в замке был невелик, вооруженный гарнизон тоже, не более двадцати человек. Во время охоты в замок приезжало до полусотни придворных, сопровождавших короля. Втрое больше — сопутствующих слуг и телохранителей. Сейчас в замке помимо обычных обитателей находился усиленный гарнизон, еще двадцать солдат. Комендантом крепости был командир Хартан.
Ногалу его охарактеризовали как честного и умелого солдата, который и в битвах знал толк, и в обороне замка, и в дисциплине вверенных ему солдат. Он был далеко не молод и за былые заслуги теперь командовал гарнизоном в королевской охотничьей резиденции. Спокойное и доходное место, позволяющее безбедно жить и содержать семью, которая жила вместе с ним. Жена, двое сыновей подростков и маленькая дочка.
О том, что именно в этот замок перевели Талину со Стенком, Ногал узнал от старого товарища, которого встретил в одном из трактиров. Тот, зная, что Ногал — илониец, поведал о больной женщине, которую привезли в замок, и её муже. И хотя тайна содержания двоих пленников соблюдалась строго и практически никто не знал истинного статуса этих двоих, приятель Ногал узнал Стенка, с которым когда-то так же, как и с Ногалом, служил в одних войсках, да и потом встречался не единожды. Муж принцессы никогда не чурался старых знакомых, да и жена его запросто сидела с ними у походного костра. Поэтому-то он и поведал Ногалу о сделанных им догадках.
К сожалению, сам он в замок не собирался возвращаться. Срок его службы закончился, он, поднакопив деньжат, возвращался к себе на родину. Предстоящая заварушка с Кордией не манила его новой добычей, он собирался жениться и осесть на земле.
По словам Ногала, привезли двоих пленников где-то около семи-восьми дней назад. За это время принцессе существенно стало лучше, и если вначале она просто выходила во двор, посидеть на солнышке, то затем в сопровождении вооруженного эскорта выезжала на прогулку вокруг замка.
Отряд илонийцев разделился на несколько групп. Каждая тропа, каждая дорога была под пристальным вниманием двух-трех илонийцев. Ногал и Стенли отправились в ближайшие деревни. Тарлин сделал попытку проникнуть в замок. Интар с семьей и Радниром остались на месте их первоначального привала. С этого небольшого холма замок и его окрестности хорошо просматривались, поэтому это место осталось их опорным пунктом.
Несколько дней наблюдений и розысков дали плоды. Обходя деревни под видом бывалых воинов, ищущих к кому бы наняться, Стенли и Ногал выяснили, что замок снабжают продуктами две близлежащие деревни. Они поставляют в замок свежие овощи, мясо, молоко, хлеб. Фураж для лошадей, дрова для каминов и кухни. В замке своя кузня, свои оружейные, сапожные, кожевенные мастерские. Но если случается необходимость в рабочей силе, комендант нанимает мужчин из деревни. Убраться в комнатах или заняться большой стиркой после приездов гостей приглашают женщин. Все услуги оплачиваются звонкой монетой, обид жители никогда не видели и были рады такому соседству.
Еще более утешительные вести принес Тарлин. Ему удалось проникнуть в замок.
Юноша назвался борийским дворянином, назвав одну из знакомых ему семей, имеющих десяток сыновей и дочерей. Тарлин действительно знал эту семью, и мог в случае, если комендант крепости знаком с его мнимым отцом, поведать подробности домашней жизни. А уж всех-то детей Хартан точно знать не мог. Молодой дворянин путешествовал, но война застала его в Кордии и вынудила вернуться на родину.
Комендант лично беседовал с ним, устроив настоящий допрос, кто он, откуда и куда идет, выспрашивая мельчайшие подробности бегства из Кордии. К счастью, Тарлину было что сказать, и он с честью выходил из скользких ситуаций.
Хартан остался удовлетворенным и даже разрешил юноше переночевать в замке.
Риск был оправдан. Вечером он увидел и мать, и отца, когда после ужина те, в сопровождении Хартана, вышли во двор, посмотреть на тренирующихся солдат гарнизона. Постаравшись не попадаться им на глаза, он издалека видел, как мать провела один поединок, который дался ей с явным трудом. Отцу никто не предложил размяться.
Через несколько дней они уже знали весь распорядок замка, время посещения крестьянских подвод и даже наблюдали выезд Талины за пределы замка. Количество сопровождавших её человек отметало все возможные планы отбить её во время прогулок. К тому же Стенк в прогулках не сопровождал жену, находясь в это время в замке. Но радовало хотя бы то, что Талина могла держаться в седле.
Естественно, что осада замка даже не рассматривалась. Это было бы смешно. Хотя Стенли в сердцах предложил и такое.
Оставалось проникнуть в замок и похитить пленников из-под ареста. Тарлин в этом случае отпадал. Отвергли, после некоторого колебания, и Стенли. Слишком он стал приметной личностью за последние годы своих путешествий. Кто-нибудь из обителей гарнизона может его опознать. Интара отклонили по той же причине. Хартан явно не глупец, а замок далеко не в глуши. Принца Илонии он может и узнать.
И тогда Раднир предложил себя и Овету.
— Твоя сестра узнает твою дочь, — сказал он Интару, — и сможет мне доверять. А там посмотрим, что можно будет сделать.
Лайна от неожиданности и ужаса не нашлась, что сказать. Стенли рассмеялся:
— И кем же вы будете?
Раднир пожал плечами, но тут подал голос Ногал:
— Брат и сестра. Ну, а я пойду с ними их отцом. Подумаешь. Сам я — вояка, могут же быть у меня дети. Если кого и встречу знакомого, скажу, что давно остепенился, завел и жену, и детей, ну и идем в столицу на заработки.