Война (СИ)

— Я еще надеюсь.
— Спасибо за Стенли.
— Видел бы ты его, — внезапно рассмеялся Иллар.
— Был в ярости? — не удержался от улыбки Потанг.
— Врезал мне прямо при Курхоте, и потом устроил разборки в лагере.
Потанг рассмеялся.
Тяжесть, довлевшая над ними десяток лет, дала небольшую трещину.
Они продолжили осмотр. Река заполнила очищенные и углублённые рвы, из воды лишь торчали заостренные колья. Бруствер у края рва увеличился.
— На сколько метров углубил Бахтин ров? — спросил Иллар, не надеясь на ответ.
Но Потанг ответил:
— На восемь.
— А расширил, — задумчиво проговорил Иллар, — до десяти. Как он успел?
— Тебе может не понравиться ответ, Иллар. Если ты щепетилен, как королева. Она была недовольна решением Бахтина. Но согласилась не вмешиваться.
— И как?
— Бахтин переловил в городе всех карманников и мелких мошенников. В столице была настоящая охота за ними. Он выдворил их всех сюда, заодно выгнал из города нищих и присоединил к ним заключенных.
— И что?
— Всех нищих и увечных осмотрели. Половина из них была здоровей, чем мы с тобой. Он выдал им и преступникам лопаты и кирки. И заставил работать.
— Чем была недовольна королева?
— Они были в цепях.
Иллар кивнул. Жестокая мера. Но Бахтин был прав.
— И куда он дел настоящих увечных?
— Отправил в горы. Подальше, чтобы не мешались.
— А где сейчас те, что копали в цепях.
— Ты немало встретишь их на улицах города. И многие давно не в цепях. Некоторые присоединились к солдатам. Ты не представляешь, насколько воришки оказались меткими стрелками.
— Зоркий взгляд.
— И отменная реакция.
Они рассмеялись.
— Глубина на всем протяжении такая?
— Да.
— А кладка стены?
— Пониже дна.
— Значит, подкоп сделать не реально?
— Мы не можем так утверждать.
Они закончили осмотр речными воротами. Место, где река входила в город, претерпело значительные изменения. И даже не тем, что уровень воды понизился за счет рва. Если арку и невозможно было усилить, то дополнительную решетку Бахтин поставил. Как и усилил береговые башни, построив со стороны города, Иллар видел это через решетку, целые каменные стены. Если противник разрушит решетку и прорвется в город на плотах или на лодках, стрелки на башне и стене сметут их стрелами. Дополнительно из воды торчали уже не деревянные, а железные колья.
— Такое воришкам не под силу, — только и мог сказать потрясенный Иллар.
— Нет, тут работала целая артель каменщиков. У них имеется толковый инженер. Он руководил всеми работами. Но Бахтин и сюда привлек жителей. Я видел и подростков, которые обтесывали камни и женщин, которые месили раствор.
— Раствор успел схватиться, башни не развалятся?
— Ну, был момент, когда мы боялись, что зарядивший дождь размоет свежую кладку. Но, к счастью, через несколько дней он прекратился.
— Кандир сказал, ты помогал ему и Бахтину. Здесь, на реке?
— Сначала да, но потом мы устанавливали метательные машины. Учились управлять, пристреливали их, смотрели на дальность, решали, где удобней их поставить.
— Теперь надо учить этому войска Хайдира и Ботрана.
— Ну, думаю, там тоже не новички, справятся.
— Пристреливались? — Иллар кивнул он на видневшиеся из башенных бойниц арбалетные луки.
— Было и такое.
— И какова дальность?
— Стена спокойно простреливается с двух башен. Штурмующим будет нелегко под таким обстрелом. Но если противник установит перед своими осадными машинами брустверы или даже деревянные щиты, стрелами не пробьем. Только каменными ядрами.
— Ну, для того они и делаются. В столице еще двое речных ворот, — продолжал расспрашивать он Потанга. — С ними то же самое?
— На одном месте Бахтин поставил шиты. Бревна, обитые железом, — пояснил Потанг. — Вода в реке, после того как прорыли сток во рвы, обмелела, мы смогли поставить щит как можно ниже.
— Но не до дна?
— Поставив на дно, мы запрудили реку. Сейчас там небольшой потоп, пришлось приподнимать.
— Чем крепится щит?
 
— Цепями. По углам и по краям.
— К решетке? Это надежно?
— Беренс сказал, что больше ничего нельзя сделать. Усилить башни мы не успевали. Но там река узкая и арка более надежна.
— А если построить дамбу, чтобы река огибала город, а не текла через него. Тогда укрепления будут надежней.
— Ставить кладку на илистом дне реки — пустая трата времени. Да и Бахтин не решился лишить город реки. Иначе гасить пожары будет нечем.
— Что с третьими речными воротами? Как дела обстоят с ними?
— То же самое. Но там расстояние меньшее, так что сооружение проще.
Иллар вернулся к лагерю беженцев без Потанга. Тот решил осмотреть остальную часть внешних крепостных стен.
В лагере дымились костры, вода кипела в чанах, и варилась горячая еда. Первые подводы раненных и детей двигались в ворота города.
Карташа и сопровождавших его женщин нигде не было видно. Иллар направился к лекарской палатке и не ошибся. У Карташа только закончили менять повязку. Он был вымыт и переодет, а свежая мазь намного облегчила его боль. Его лицо выражало облегчение. Девушка, наоборот, с отрешенным лицом, с болью в глазах, стояла у другой палатки.
— Твоя мать? — кивнул Иллар на палатку, — с ней что-то серьезное?
Девушка недоуменно подняла на него глаза, потом неуверенно кивнула. Иллар заглянул в палатку. Лекарь недовольно оглянулся, но, узнав Иллара, разрешающе кивнул. Женщина лежала на постели, и, казалось, спала.
— Я дал ей укрепляющий и согревающий настой. У нее застарелая лихорадка. Без надлежащего ухода ей не долго бы осталось.
— Мы можем ей помочь?
— Думаю всё возможно. Не место ей, конечно, в осажденном городе.
— Эта болезнь ведь не заразна? Если перенести её во дворец, там будет удобней?
— Нет, болезнь не заразна. Обитателям дворца ничего не грозит. И, несомненно, во дворце будет удобней. Если вы настаиваете, я распоряжусь.
— Пусть с ней будет её дочь, она поможет ухаживать за ней.
— Дочь?
— Она стоит у входа.
— Как прикажите.
Иллар вышел и сказал девушке:
— С ней все будет в порядке. Ей нужен особый уход. Во дворце можно его обеспечить. Тебе разрешат находиться с ней.
Лицо девушки просветлело, но ответила она не сразу.
— Спасибо, — наконец, произнесла она. — Я подумаю.
— О чем ты подумаешь? — недоуменно переспросил Иллар.
— Ни о чем, — решительно тряхнула головой девушка. — Спасибо.
— Пройдемся? — предложил Иллар. — Я хотел бы услышать, как вы шли. Как тебя зовут?
— Кандия, — с заминкой ответила девушка.
— Ты видела битву? Ты видела войска Курхота?
Девушка кивнула.
Они шли по лагерю, Иллар спрашивал, она отвечала. О битве за Переправой, как шли они к Алмике, битва под столицей Арилазы, потом на границе. Многое ему уже рассказали, но он с удовольствием услышал подтверждение тому, что Хайдир прислушался к его просьбе. К этой группе беженцев илонийцы отнеслись с особой внимательностью, что, впрочем, не исключило трудности пути и болезни как людей, так и лошадей.
Неожиданно спросила она:
— Мы слышали странные вещи, когда шли сюда, лорд Иллар.
Иллар напрягся. Он сразу понял, о чем была речь.
— Почему же пришли? — с деланным равнодушием, давшимся ему нелегко, спросил он.
— Вы обещали, что примете нас.
— Если вы верите, что я предатель, то грош цена моему приглашению. В таком случае вы рискуете угодить в ловушку.
— Мы рискнули.
— А зачем вы рискнули? Почему вы не пошли в Стокс, ведь это логично? Основная масса беженцев Кордии сейчас в Стоксе.
 
Девушка промолчала.
— Как самочувствие королевы? — спросил Иллар, не дождавшись ответа.
— Если встретим, я справлюсь, если меня допустят до неё. И почему бы вам самому не послать вопрос в Сегот? Ведь она там.