Горячее сердце Арктики

«Надеюсь, ты этого никогда не узнаешь, а я не узнаю, что такое массаж простаты».
– Какой ты дурак, Авдей, – смеюсь и, не отвечая, перехожу в переписку с Тайгой.
Вряд ли Ярик обрадуется…
________________
Всю информацию о своем творчестве, визуализацию героев и планы я публикую в канале Телеграм «Лина Коваль. И смех, и грех». Подписывайтесь на мой авторский аккаунт и добро пожаловать канал.
   
Глава 6. Арктика
 
г. Ленск
Первая серия сезона. Молодежная хоккейная лига
– Продули, – слышатся разочарованные стоны наших болельщиков с трибун.
Уходить со льда первым становится чем-то вроде традиции.
Коленный сустав скрипит.
Твою ж…
Сдернув шлем, одним движением сбиваю пот со лба и замечаю Виту, которая отходит от стены.
– Ты мне обещал не нагружать колено… – она забирает у меня каску.
– Я не нагружал. Не реви.
– Скажи это своему мениску…
– Скажу.
– Зачем ты сунулся в тот замес, Миш? Добровольский бы сам справился.
– Было несправедливо.
– В Америке ты не сильно искал справедливости… – замечает Вита, едва поспевая за мной.
– Мы не в Америке, Вит, – обрубаю. – С этими пацанами я лук из супа выковыривал. Смотреть, как кого-то из них пиздят по башке, не собираюсь.
В раздевалке пусто, но это ненадолго. Запуливаю краги в свой ящик.
– Заедешь ко мне вечером? – спрашивает Вита, опуская шлем на скамью.
– Не сегодня, – мотаю головой. – Встретимся в клубе, завтра.
– Хорошо… – Вита, мотнув темными волосами, направляется к выходу. – Никаких тренировок, это я тебе как твой реабилитолог говорю. Полный покой.
– Зачем тогда зовешь?..
Она легко смеется.
– Отдыхай, Авдеев.
– Отдохнешь тут, – ворчу. – Как же…
Вынув телефон из кармана джинсовки, читаю сообщение от Насти Левкович, которая не так давно сама себя выдвинула на роль руководителя моего фан-клуба. Оказывается, пока я ломал клюшки об даллаский лед, и такой здесь, в Ленске, появился.
Фан-клуб Майка Авдеева.
Охренеть не встать.
«Миша, привет. Выйди сегодня, пожалуйста, из входа «В». У нас для тебя сюрприз».
«ОК», – отвечаю быстро.
Сев на скамейку, пялюсь в бетонный пол.
Зажмуриваюсь и снова убираю набежавший на лицо пот.
«Без поражений не было бы побед…» – так скажет только человек, который никогда в жизни не выигрывал хотя бы в игровом автомате.
Поражение – начало конца, и привыкать к такому явно не стоит.  Привычка проигрывать – дерьмо собачье. Знаю, плавали.
– Загорский! – через пару минут орет Стасик, как мы его между собой называем, или Станислав Николаевич Болотов – наш главный тренер. Сунув руки в карманы брюк, он стоит по центру раздевалки. – У тебя какие-то проблемы со зрением?..
– Нет, – рявкает Загорский.
– Тогда че ты эту шайбу туда-сюда елозишь?
– Он боится ее Арктике отдавать, – ржут пацаны. – Вдруг уведет?..
– По себе судит… – с горькой усмешкой произносит Кавказ.
– Че ты сказал? – Яр злится.
– Захлопнись, – Стасик тонет в собственном гневе. А что ему еще остается?
Продуть рядовому, задрипанному клубу – это не уровень «Родины». Вернее, не уровень «Родины» годовалой давности. Сейчас все поменялось.
Следующие полчаса выслушиваю трехэтажный мат, в том числе в свою сторону, и иду в душ, где быстро моюсь и растираю полотенцем больное колено.
Переживаю, естественно.
В этом плане в Далласе было попроще. Отвечать только за себя – всегда проще, а я пиздец как люблю сложности.
В Далласе было спокойнее.
Солнечнее.
Пьянее.
Блядь…
Но есть ощущение, что только сейчас жизнь Михаила Авдеева сняли со стоп-крана. Осталось заиграть и взять кубок в Молодежке. Все в наших руках.
У раздевалки замечаю Андрееву с айфоном.
– Привет. С ногой все нормально? – обеспокоенно спрашивает.
Будто ей не все равно.
«Ты мне противен. Так бывает», – сказала она мне тогда. Хотел бы я, чтобы это было взаимно…
Аня за год повзрослела.
Я рассматриваю крошечный пупок, выглядывающий из-под короткого, но объемного розового свитера. Стройная талия красиво скрывается под поясом широких джинсов и из-за этого кажется еще тоньше.
– Майк…
– Хватит меня так называть, – прошу и, подхватив вещи, иду к входу «В». – Поехали уже, Андрюш…
– Я сегодня не с тобой, – кусает губы.
Эстетика – второе имя Ани Андреевой. Она все делает оргазмически вкусно – поправляет ли волосы, сжимает ли ремень сумки на плечике, округляет ли большие глаза.
– В смысле не со мной? – зависаю на светлом лице.
– Да. У меня, в общем… свидание.
Она непримиримо стискивает свои остренькие белоснежные зубы, и я тоже скалюсь. Вызверяюсь.
– Свидание? – ухмыляюсь, поглядывая на дверь в раздевалку. – Это что-то между знакомством и… сексом? Напомни…
– При-ду-рок! – смеется Анечка.
Я зачем-то представляю их с Яром в постели. В момент, когда на Ане в моем воображении не остается одежды, лбом врезаюсь в дверь.
Ну нахуя?..
– Осторожнее, – хмурится она.
На улице по-осеннему тепло. Натягиваю кепку.
– Миш, – машет рукой Настя.
– Тебя ждут, – кивает Аня, кисло здороваясь с Левкович. Они раньше вместе ходили на бальные танцы, но потом Андрееву понесло в другие степи. – До вечера, Миш. Я приеду, чтобы позаниматься.
Меня отвлекают девчонки-болельщицы. Человек десять-пятнадцать, но шума много. По-моему, вот кому похуй: выиграл я или проиграл…
Через десять минут, как дебил, стою с хоккейным баулом и миллионом разноцветных воздушных шаров, пока Анечка, мило переговариваясь с Тайгой, уезжает с ним на свидание.
Оглянувшись, понимаю, что уже не один.
– Мы за тебя брат, – мрачно заверяет Кавказ, хлопая меня по плечу. – Это не по понятиям.
– Что именно?..
– Загорский ведь в курсе, что у тебя к Андреевой?.. Это все еще с малолетки знают, – вступает Алтай. – Короче, мы Яра не поддерживаем. Команда на твоей стороне, Миха.
– Вау. Я польщен, – глазами ищу на стоянке свой «Танк» в фирменных цветах «Родины». – Но вы это… осадите лучше. Мы уж сами как-нибудь разберемся.
– Встречаться с любимой девушкой лучшего друга – не по-пацански.
Качаю головой и, ослабив ладонь, отпускаю гребаные шары в синее небо. Кучка из фанаток взрывается восторженными криками.
– Она мне не любимая, – говорю напоследок, чтобы расставить точки над «i» в команде. – А он – не лучший друг… До завтра!
 
Глава 7. Арктика
 
– Привет, Анют, – доносится снизу.
– Здравствуйте… Как ваши дела? Ритка! – взвизгивает Андреева, а за ней – моя мелкая Марго. – Ты меня чуть не сбила. Дай хотя бы разденусь.
– Анютка, передай Мишане лед, пожалуйста, – просит моя мама. –  Я замоталась с ужином, забыла занести.
– Ой, его опять колено беспокоит?..
– Ага… Нервничает…
– Конечно, я все отнесу. Не переживайте.
Наклонив голову, слушаю еле слышный звук шагов, который у моей комнаты затихает. То, что Аня стучится только спустя полминуты, мне о многом говорит.
Никакой легкости между нами быть не может.
Я противен Андреевой до такой степени, что ей нужно время, чтобы подготовиться к каждой нашей встрече. Как перед клеткой с тигром.
Так бывает.
Говорят, что настоящий хоккеист должен видеть своих, чужих и блондинку в третьем ряду. Чтобы наконец-то перестать видеть одну только блондинку и никого кроме, мне пришлось поставить свою жизнь с ног на голову и перелететь океан, сделав своих чужими.
– Привет.
– Виделись, – бурчу под нос, награждая ее тяжелым взглядом.
  
Опустив сумку на пол, она поспешно стягивает ветровку, и я охреневаю.
Снежная королева, не иначе. Белые легкие спортивки на ногах. Голый загорелый живот – тут все по классике. И топ, заканчивающийся под грудью. Тоже белый.