Растворяюсь в тебе (ЛП)

И милый маленький узелок сморщенной плоти между ее ягодицами.
— Коул?
— Тише.
Шэй прижимается щекой к скатерти и вздрагивает. Когда я провожу кончиком пальца по коже между ее киской и бедром, она тихонько вздыхает.
Я наклоняюсь и покусываю ее сочную попку.
— Я сказал, тише, детка. Ни звука больше.
Я хочу трахнуть эту задницу. Я хочу попробовать ее на вкус. Хочу лизать ее. Я хочу слышать ее стоны, когда проникаю глубоко внутрь, тянусь к ней, чтобы ущипнуть за соски.
  
Вместо всего этого беру вино, откидываюсь в кресле и наслаждаюсь видом.
Это чертовски впечатляюще.
Она извивается попкой, заставляя мой член подпрыгивать. Я говорю: — Ты не главная, милая, — и легонько шлепаю ее один раз открытой ладонью.
Ее тоненький, задыхающийся шепот «Сильнее» так заводит, что я чуть не срываюсь, не выхватываю свой твердый член из штанов и не погружаю его в нее. Но я сдерживаюсь, предпочитая немного поразвлечься со своей послушной красавицей, пока она еще послушна.
Зная ее, долго это не продлится.
Наклоняю бокал над ее попкой и позволяю небольшой струйке вина стечь на ее задницу и киску. Затем наклоняюсь и жадно слизываю его, посасывая ее половые губы и обводя языком этот сжатый бутон.
Она стонет, а я усмехаюсь.
— Плохая девочка. Такая плохая.
Я снова шлепаю ее, наслаждаясь тем, как покачивается ее попка, когда наношу по ней удары.
— Коул, — шепчет она, задыхаясь. — Пожалуйста.
Шэй хочет большего, и я тоже, но она все время забывает, кто здесь главный. Поэтому я не спеша наливаю еще вина, поглаживаю ее влажный клитор и вылизываю попку, пока она не начинает стонать и раскачивать бедрами.
Я встаю и обхожу стол так, чтобы оказаться возле ее головы. Снимаю пиджак и кладу его на спинку стула поверх ее платья, затем расстегиваю ремень и молнию на брюках. Я беру в руку свой твердый член.
— Пососи меня, пока я буду шлепать тебя так, как ты просишь.
Не раздумывая ни секунды, она открывает рот.
— Хорошая девочка.
Я провожу своей эрекцией по ее губам. Она стонет и закрывает глаза. Просовываю руку под ее голову, чтобы поддержать, пока она принимает меня в свое горло. В лунном свете вижу, как по спине Шэй бегут мурашки, и это простое свидетельство ее удовольствия и эмоций приводит меня в бешенство. Это заставляет меня чувствовать себя животным.
Я наклоняюсь и смачно шлепаю ее, пока обе ягодицы не становятся розовыми. Когда останавливаюсь, то задыхаюсь от возбуждения. Ее киска пульсирует под моими пальцами, когда я ласкаю ее.
— Ты хочешь, чтобы я трахнул это, не так ли, детка?
Она снова стонет вокруг моего члена.
Мой смех звучит мрачно и удовлетворенно.
— Знаю, что хочешь. Продолжай сосать.
Я окунаю пальцы в маленький горшочек с растопленным маслом и шиплю от удовольствия, когда головка моего члена касается задней стенки ее горла. Затем я просовываю смазанные маслом пальцы между ее ягодицами и глажу анус, а она стонет все громче, побуждая меня к действию.
Я шепчу: — Такая жадная маленькая девочка, — и погружаю палец в ее попку.
Шэй хнычет.
Я смотрю на нее, пока она работает над моим членом, останавливаясь у головки, чтобы провести по ней своим красивым розовым языком, а затем скользя губами по стволу, наклоняясь вперед, чтобы взять как можно больше, пока я трахаю ее пальцами.
Когда говорю, мой голос звучит гортанно.
— Я собираюсь кончить в эту попку, детка. Сначала я трахну твою сладкую пизду, а потом кончу глубоко в твою попку. И я хочу услышать, как ты выкрикнешь мое имя, когда я это сделаю, поняла?
Не дожидаясь ответа, вынимаю палец из ее попки и член из горла, затем переворачиваю ее и поднимаю на руки.
Я несу ее по брусчатке вокруг костра к лежаку. Шэй цепляется за мои плечи, смотрит на меня широко раскрытыми глазами и приоткрытыми губами, прерывисто дышит. Когда я опускаюсь на колени у края дивана и осторожно укладываю ее, она сбрасывает туфли и лежит, закинув руки за голову, пока я раздеваюсь.
Свет костра отбрасывает золотистые отблески на ее кожу. Шэй лежит обнаженная на подушках и мягких валиках, ее соски тверды, а грудь быстро вздымается и опускается, она выглядит необузданной и прекрасной, как дикое животное, которое я поймал в лесу и принес домой, чтобы съесть.
Эти нелепые романтические мысли заставляют меня понять, насколько глубоко я уже погрузился. Я попросил ее найти меня, если я растворюсь в ней, но реальность такова, что я уже растворился.
Теперь осталось выяснить, насколько сильно я разобьюсь при падении на землю.
Я опускаюсь на колени между ее раздвинутыми ногами, затем ложусь на нее сверху, балансируя на предплечьях. Мы молча смотрим друг на друга, пока она тянется между нашими телами и берет мой член в руку.
Опираясь на локоть, я сжимаю ее грудь, а затем наклоняюсь, чтобы взять твердый сосок в рот. Когда посасываю его, Шэй вздрагивает.
Я перехожу от одной груди к другой, облизывая и посасывая ее упругие соски, пока она не задыхается и не извивается подо мной, скользя головкой моего члена вверх и вниз между губами ее намокшей киски, побуждая меня двигаться вперед бедрами в бессловесной мольбе.
Когда понимаю, что Шэй вот-вот сорвется и начнет умолять, я целую ее и проникаю внутрь.
С приглушенным криком она прижимается к моей груди, обхватывает руками мои плечи, а ногами — талию. Я трахаю ее глубоко и жестко, пока ее бедра не начинают дрожать, а она не впивается ногтями в мою спину.
Шэй достигает кульминации и кричит мне в рот. Я глотаю ее крики и трахаю ее до оргазма, пока мои яйца не начинают болеть от желания освободиться.
Затем выхожу из нее, переворачиваю на живот, подкладываю подушки под нее, чтобы ее красивая попка торчала вверх, и располагаюсь между ее ног. Прижавшись грудью к ее спине, опускаю голову и прижимаюсь ртом к ее уху, а головкой своего члена к попке.
— Готова?
— Да!
Медленный толчок, мгновение сопротивления, ее тихий крик удовольствия или боли. Затем ее тело подчиняется мне, и налитая головка моего члена скользит внутри тугого, смазанного маслом жара.
Шэй вздрагивает и зарывается лицом в подушки, выкрикивая мое имя.
Тяжело дыша и обливаясь потом, я на мгновение замираю, давая ей время привыкнуть ко мне. Целую ее плечи и шею, зарываюсь носом в волосы.
Когда чувствую, что она расслабляется, я слегка сгибаю бедра, подаваясь вперед, дрожа от желания погрузиться глубже, но сдерживаясь, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.
Затем Шэй резко вскидывает бедра, проталкивая меня внутрь.
Стон, сорвавшийся с моих губ, — низкий и прерывистый. Кажется, я могу потерять сознание от чистого блаженства. Я выдыхаю: — Черт, — и снова стону.
— Ты постоянно говоришь мне, что ты главный, красавчик, но мы оба знаем, кто настоящий босс.
Я опускаю лоб на пространство между ее лопатками и тихонько смеюсь, наслаждаясь моментом, светом камина, запахом ее волос и кожи.
— Ты права, детка. Ты всегда права.
— Правда?
— Нет конечно.
Просунув руку между ее ног, глажу ее клитор, пока вхожу в нее. Я играю с киской и трахаю задницу до тех пор, пока она не испытывает оргазм, выкрикивая мое имя, и никому из нас уже не важно, кто главный.
Я следую за ней по краю, желая быть другим человеком, без неба, полного тайн, и океанов крови на руках.
  
Тихо лежу в объятиях Коула, окутанная его теплом и силой. Пот остывает на моей коже. Огонь окрашивает двор в танцующие узоры света и тени. Его сердце пульсирует у меня под ухом сильным, ровным ударом барабана, и в кои-то веки мой разум спокоен.
Я не знаю, что будет дальше. Я знаю только, что с ним я чувствую себя как дома, чего я никогда не ожидала от мужчины.