Ткач иллюзий. Книга 2 (СИ)

Да, это был, пожалуй, единственный выход. Но, сделав вызов, мой сосед круто подставился. Это я понял по довольной ухмылке Здоровяка.
Дальнейшее развитие событий показало, что предчувствия меня не обманули…
  
Глава 7
 
— Я принимаю вызов! — пафосно выкрикнул мелкий провокатор, — рукопашная схватка, пока один из нас не попросит пощады или не сможет продолжать бой! Без магии… — ну да, всё правильно. Его вызвали, а это значит, что условия поединка определяет он.
  
Филя скис. В рукопашке он мало что из себя представлял. Ему, хоть и с некоторыми оговорками, разрешили бы выйти в круг с артефактами, но… Но это бы было реально, если по условиям поединка магия была разрешена. А так допускалась только защитная плёнка и магическое усиление мускулатуры. И всё.
И тут я стал свидетелем очередного гнусного спектакля. К нам вразвалочку, не торопясь, подошёл Тюрин. Он, не скрывая глумливой ухмылки, обратился к своему вертлявому сообщнику:
— Что ж ты, Ероха, нарываешься? — Тюрин насмешливо посмотрел на мрачного Филю, который уже понял, что сейчас произойдёт, — ты разве не видишь, что он и крупнее тебя, и, наверное, сильнее?
— Твоя правда, Пан, — ответил поганец Ероха, с трудом сдерживая смех, — погорячился я, не надо было на дуэль соглашаться… Только поезд-то уже ушёл. Слова сказаны.
Поведение второкурсников ясно указывало на то, что вся эта комедия была спланирована заранее и даже неплохо отрепетирована…
— Так уж и быть, — покровительственным тоном продолжил Пантелеймон, — я могу заменить тебя в кругу чести, если ты, конечно, не возражаешь, — он вопросительно посмотрел на Ероху, и, не дождавшись условленной фразы, с нажимом спросил, — ведь не возражаешь же?
— Конечно, я согласен, — спохватился Ероха, — спасибо тебе… — и мерзко захихикал.
Теперь мне оставалось только одно — повторить то, что только-что проделал Здоровяк, иначе мой сосед будет жестоко избит, а допускать этого я не хотел:
— Филя, я выйду вместо тебя, — сказал я артефактору и постарался, чтобы мои слова прозвучали как можно увереннее. Но, как я и предполагал, Филю пришлось уговаривать, так как он решил поиграть в благородство.
— Я сам, — он затравленно смотрел на мерзко ухмыляющегося Здоровяка и, наверное, уже прикидывал, сколько денег у него уйдёт на лечение после этой дуэли.
— Филя, не дури, у тебя нет ни малейшего шанса, — надавил я на него. Филя колебался и было видно, что внутренне он разрывается между желанием перевалить дуэль со всеми сопутствующими издержками на меня, благо я сам вызвался, и какими-то своими наивно-рыцарскими принципами.
— Хватит корчить из себя мученика, идущего на смерть ради общечеловеческих ценностей, — я пихнул его локтем в бок, — говори громко, что согласен с тем, что я выхожу на дуэль вместо тебя. Ну?
— Я уступаю моему другу Яну честь сразиться вместо меня, — эти слова прозвучали довольно громко, и были услышаны окружающими.
И тут физиономия Здоровяка буквально расцвела от радости:
— Вот тебе и кранты, заморыш, — он придвинулся ко мне, и шипел эти свои угрозы прямо мне в лицо, — и не поможет тебе твоя сумасшедшая сестрица. Я тебя урою.
Мне оставалось только безмятежно улыбаться. Сейчас вообще всё встало на свои места. Целью изначально был я. Хотя, если бы я не вписался за Филю, Тюрин бы и его отделал, как бог черепаху. Ему было, в общем-то, всё-равно, кого избивать. Но я был явно в приоритете.
— Пантюша, рано радуешься, — улыбка не сходила с моего лица, ибо я хорошо помню интернет-мем о том, что надо улыбаться, что бы ни случилось, так как людей это бесит, — и, будь добр, отойди, не загораживай дорогу. Нам ещё на пару успеть надо…
— Недолго тебе лыбиться-то осталось, — зло выплюнул Тюрин, отходя в сторону, — щенок… Жду тебя у дуэльных арен в три пополудни.
— Не волнуйся, — уверенно ответил я, — я приду вовремя и надеру тебе задницу, — получилось несколько грубовато, но достаточно пафосно. Кроме того, я опасался, что если бы попробовал выразить свою мысль по-другому, то этот интеллектуал меня бы и вовсе не понял.
И двинулись мы на следующую пару…
— А ты что собираешься теперь с этой дуэлью делать? — на ходу поинтересовался Филя. Судя по всему, он действительно был озабочен теми неприятностями, что могут со мной произойти в ближайшем будущем.
— Драться, — как можно беззаботнее ответил я, — а что тебя смущает?
— Так он же тебя убьёт! — похоже, наш артефактор сильно сомневался в моих силах.
— Не волнуйся за меня, — усмешка, сопровождающая эти мои слова получилась слегка кривоватой… — я полон сюрпризов.
— Да? — в голосе Фили сквозило обоснованное недоверие и мои слова он воспринимал, как обычную глупую браваду.
— Да не волнуйся ты, — я похлопал его по плечу, — всё будет тип-топ.
— Эй, волшебник, — эти слова донеслись у меня из-за спины, и произнесены они были одной из сестёр Бехтеревых. Кому из них, я точно сказать не мог, так как по голосам их различать ещё не научился, — ты что, всерьёз рассчитываешь воскреснуть после того, как примешь мучительную смерть от побоев? Боюсь, что провернуть такой фокус тебе не удастся…
— Милые девушки! — я обернулся на голос, и увидел две пары глаз, взиравших на меня с насмешливым беспокойством, — не извольте волноваться, я велик и непобедим!
— Правильно, — хмыкнул мой внутренний даос, — пафос — наше всё!
— Но мне очень приятно, что вы так переживаете за моё здоровье, — продолжил я.
— Надя, — обратилась брюнетка к блондинке, — а не кажется ли тебе, что наш фокусник не совсем понимает, во что вляпался?
— Нет, Любочка, — ответила блондинка, — мне не кажется — я в этом совершенно уверена. Кроме того, я абсолютно убеждена в том, что сегодня ему предстоит с головой погрузиться в океан страданий и мучительной боли. И нам с тобой придётся его лечить…
— Значит, будет нам должен! — Любовь Бехтерева посмотрела на меня, как старуха-процентщица на очередного нищего заёмщика, — ты не переживай, платить не надо — просто должен будешь…
— Ну да, — подумал я, — вечное долговое рабство… Нет, я уж лучше пилюлями обойдусь, они хоть и дорогие, но мои… — после чего произнёс вслух:
— Вы излишне сгущаете краски, готов поспорить на что угодно, но я этого бычка сегодня уделаю! — не могу сказать, что меня была железобетонная уверенность в своей победе, так как противник выглядел серьёзным… Но перед дамами нужно было демонстрировать свою крутизну. Хотя бы на словах.
А чего именно от Здоровяка ожидать, я и вовсе не представлял. Ну, разве что помню, что удар у него поставлен хорошо, да и скорость у него очень даже приличная… Но ни о его манере боя, ни о его любимых тактических приёмах я понятия не имел… Слишком уж скоротечным было наше первое столкновение.
— Не мохай, — ободрил меня Джекки. — мы его затопчем и унизим. Образцово-показательно отпинаем, чтоб ему, да и другим, впредь неповадно было! — ну, конечно, ему легко говорить. Он-то всё это действо будет наблюдать, как через экшн камеру гоу-про, а мне все тумаки достанутся…
— Да, Люба, — печально обронила Надежда, — либо он действительно не осознаёт, во что ввязался, либо у него сейчас начинается тихая истерика и он пытается скрыть свой страх за напускной лихостью, — а она у нас, оказывается, не просто лекарь, а ещё и специалист по психоаналитике и поведенческой психологии. Многогранная личность, однако…
— Значит спорить не хотите? — этот вопрос я задал только для того, чтобы увести беседу в сторону от обсуждения моего душевного состояния. Дело в том, что немалое волнение я таки испытывал, так как от этого боя во многом будет зависеть то, насколько серьёзно меня тут будут воспринимать. Победить следовало убедительно, и, в то же время, постараться не раскрывать всех своих возможностей, так как это не последний желающий начистить мне физиономию, я так думаю… И хорошо бы приберечь какие-нибудь сюрпризы и для тех, кто будет наезжать на меня в будущем.