Ткач иллюзий. Книга 2 (СИ)

— Опыта ему не хватает, — прокомментировал Джекки, — но учили его хорошо… Но ты это, не отвлекайся. И глаза береги. — эти слова Джекки были актуальны, так как под нашими ногами шуршал мелкий сухой песок…
Он как вводу глядел. Тюрин резко прыгнул вперёд, сразу сократив расстояние между нами метров до двух. Но я с места не двинулся — только принял оборонительную стойку песочных часов.
  
И тут Здоровяк ударил носком правого ботинка в песок арены. И песок этот, соответственно, полетел мне в лицо.
Я не стал предпринимать попыток уклонения, продолжая стоять неподвижно и отслеживать движения оппонента. Его попытка пустить мне пыль в глаза была нейтрализована маленькой защитной полусферой, которую я повесил у себя перед лицом.
И, что характерно, никакого наказания со стороны магических конструктов, отслеживающих соблюдение правил, не последовало.
Значит, арена на манипуляции с ци не реагирует, а ману я использовать сегодня не буду.
Обойдусь без неё, раз условия поединка этого не позволяют.
Ещё не успел песок, что летел мне в лицо, осыпаться вниз, как вслед за ним вперёд ринулся и сам Здоровяк. Он свято верил в то, что я временно дезориентирован, а потому приблизившись на расстояние удара бесхитростно пробил мне с ноги фронт-кик в грудь.
Ожидаемо. Отклонившись влево я врезал ему сбоку в колено вытянутой горизонтально ноги кулаком. Ци при этом ударе пока не использовал. Это может выглядеть, как самонадеянность с моей стороны, но на то были основания.
Целью моей была не только победа над этим самоуверенным придурком. Была ещё одна цель.
Я должен был победить с явным превосходством и по возможности унизить своего оппонента. Чтобы ни у кого не возникло ни малейшего подозрения в том, что тут могла быть какая-нибудь случайность.
В этом случае количество желающих наезжать на меня и моих друзей должно заметно сократиться.
Но, как показали результаты моего первого удара, Пантелеймон таки сделал некоторые выводы из нашей стычки в общаге — тело его покрывала защитная магическая плёнка. К поединку со мной он на этот раз отнёсся серьёзно. Но одной защитной плёнки было недостаточно.
Да, я не смог нанести ему травму, но кинетическая энергия моего удара никуда не делась, и его развернуло. Развернуло к трибунам передом, а ко мне задом.
Предоставившейся возможности я не упустил, и со всей дури врезал его по оттопырившейся заднице. И тоже ногой. Дал зеркальный ответ, так сказать.
И ци добавил, но не стал формировать проникающий удар, а просто придал своему оппоненту дополнительное ускорение, да так, что обе его ноги оторвались от земли и он отправился в непродолжительный полёт.
Надо отдать ему должное, что получив моего богатырского пинка, он не растерялся, а сгруппировавшись в воздухе ушёл в кувырок при приземлении.
Пока он летел, я мельком бросил взгляд на трибуну — лица у всех находящихся там были до крайности изумлёнными. Ха! Не ожидали? А то ли ещё будет…
Из кувырка Тюрин красиво перетёк в оборонительную стойку, ожидая того, что я очертя голову ринусь развивать свой успех. Но я, к его большому неудовольствию, остался на месте и улыбнувшись, развёл руками, типа, ну извини, что так получилось.
Физиономия моего противника стала ещё более свирепой, а глаза налились кровью. Занервничал бедняга. Ну и славненько.
Осознав, что я не тороплюсь его атаковать, Тюрин снова проявил инициативу и начал медленно перемещаться по кругу. С каждым своим шагом он незаметно сокращал расстояние между нами. Не иначе, как надеялся на то, что я потеряю бдительность и пропущу тот момент, когда он решит меня внезапно атаковать.
Естественно, я был начеку, хотя внешне старался создать у противника впечатление, что расслабился, и смысл его хитрых манёвров остаётся для меня тайной за семью печатями.
Вот с очередным шагом он вышел на исходную и резко нанёс коварный и сильный удар.
Если бы я вовремя не среагировал, то он превратил бы мой нос в кровавый блин.
Но я был к этому готов, а потому плавно ушёл с линии атаки и перехватил ударную руку оппонента ещё до момента, окончания движения. А дальше — дело техники. Немного подсел под него, выворачивая захваченную конечность. Бросок… Вернее, не совсем бросок. Это приём из арсенала айки-дзюцу. И если его делать жёстко, то рука в локтевом суставе идёт на излом. И в большинстве случаев тот, к кому этот приём применяется, вынужден прыгать с последующим падением на бок, чтобы избежать серьёзной травмы. Но, это если знать, как и когда это делать. Здоровяк же не предпринял никаких попыток уйти, надеясь, вероятно, на магическое укрепление своих костей и мускулатуры.
И, разумеется, поплатился за свою самонадеянность. В локте Здоровяка что-то тихонько хрустнуло, он вскрикнул и завалился на спину, уходя в кувырок назад.
Я не думаю, что мне удалось сильно травмировать его. Он всё же заметно усилил свои связки и суставы маной и, скорее всего, отделался сейчас только неприятным растяжением сухожилий.
Но и этой малости хватило, чтобы окончательно испортить ему настроение.
— Убью! — выплюнул он.
Мне ничего не оставалось, как улыбнуться как можно более издевательски и опять продемонстрировать приглашающий жест, заимствованный мною у Брюса Ли. С каждым разом, хочу сказать, он у меня получался всё лучше и лучше. Это было заметно по тому, что тот, кому этот жест адресуется, бесится всё сильнее. Вот и мой оппонент уже взбешён до невозможности. И это хорошо.
Тюрин сорвался с места и с нечленораздельным рычанием бросился на меня разъярённым кабаном. Похоже, теперь он рассчитывал просто сбить меня с ног своей массой, а после этого тупо втоптать мою беспомощную тушку в песок арены.
Да, похоже, клиент дозрел, и пора с ним заканчивать. Все зрители, надеюсь, уже убедились в том, что я бесспорно превосхожу своего противника, и теперь мне остаётся только закончить поединок. Само собой, закончить его надо эффектно и убедительно.
Для этого я совершил несколько действий одновременно. Первое — я применил технику Алмазной кожи, исключив тем самым возможность получения травм из-за столкновения с мчащимся на меня Здоровяком.
И второе, не менее важное действие — я «укоренился». Эта техника позволяет оставаться на ногах после столкновения с противником, имеющим значительное превосходство в весе, а то и с несколькими такими противниками.
Я сгруппировался, сжался и… И тут в меня врезалась эта гора мускулатуры, щедро укреплённая, к тому же, маной.
И я был к этому готов. Мало того, что мне удалось устоять, так я ещё и успел в последний момент выставить вперёд полусогнутую в локте руку со сжатым кулаком.
Здоровяк не посчитал это опасным и всей своей немалой массой налетел на меня. И на мой кулак он тоже налетел. Тут уж я не пожалел ци и сформировал из неё энергетическое копьё. И в момент, когда этот бычара на меня налетел, мой энергетический конструкт сорвался со сжатого кулака и сокрушил его рёбра.
Раздался приятный хруст. Да, хруст костей врага особенно сладок и приятен. И немалое удовольствие мне доставило зрелище перекошенной от боли и гнева рожи моего оппонента. На ней можно было так же прочесть его удивление и обиду, вызванную тем, что я остался стоять на ногах не смотря на его таранную атаку. Так же на его физиономии было крупными буквами написано то, что он испытывает сильнейшую боль во вновь повреждённых рёбрах.
И он никак не мог понять, как так получилось-то? Он же влил немеряно маны и в укрепление, и в защиту…
Пока мой противник разбирался в своих переживаниях и ощущениях, я начал раскручивающее движение от поясницы, и толкнул Тюрина предплечьем правой руки, которую подпирала и толкала левая. Ну и ци в этот приём от души вложил.
  
Как было написано в одном из трактатов по рукопашному бою, что во время тренировок цитировал мне Джекки, этот толчок при правильном исполнении подобен удару железной дубины, обёрнутой в вату…
У меня получилось правильно. Здоровяк отлетел от меня, словно его лягнул племенной бык и растянулся на песке.