Любовь в стране эвкалиптов

Надо же, какое совпадение: Лола вспомнила о своем обещании именно сегодня, когда дочь весь день просидела у себя в комнате. Болела ли она на самом деле или притворялась?
Глава 8
На следующее утро Лола пришла пораньше, выразить свое сожаление по поводу вчерашнего взлома и спросить, не прояснилось ли чего?
  
— Я к вам вчера заходила, но дома никого не оказалось. Мне так жаль, Эбби, тем более что прикрылись моим именем. Надо же, и ребенка впутать не побрезговали! Я прямо чуть с ума не сошла, когда узнала. Теперь ты вряд ли пойдешь за Дедрой, если я попрошу. Ни о каком доверии и речи идти не может.
— Ну почему же, — сказала Эбби, прекрасно зная, что Лола абсолютно права. — Как она сегодня?
— Дуется немного. Осталась дома. Ну и ладно, все равно у нее сегодня день рождения. Слава богу, я вспомнила про то платье. По-моему, она собирается пригласить тебя на вечеринку. Это большая честь. До сих пор ни один человек ее не удостаивался.
— Но она должна детей пригласить! — запротестовала Эбби.
— Дедра — это Дедра, — пожала плечами Лола. — Такое впечатление, что она родилась маленькой старушкой.
По крайней мере, понятно, почему Лола так внезапно вспомнила про платье. Ничего подозрительного в том, что это произошло как раз тогда, когда Дедру целый день не выпускали из своей комнаты.
Эбби стояла и смотрела вслед отъезжающему автомобилю. Люк велел ей в случае чего звонить прямо в офис и, если его не будет, поговорить с мисс Аткинсон. Теперь, когда оказалось, что ее страхи имеют реальную основу, муж был полон раскаяния и симпатии. И доказал это, предложив переехать в другой дом, если ей так хочется. Эбби была так рада, что отказалась. Он наверняка начал бы немного презирать ее, решись она на это трусливое бегство, ведь самому ему уезжать совсем не хотелось.
И все же ей было неприятно наблюдать, как каждое утро Лола садится к нему в машину и они тут же погружаются в разговор.
Дедра появилась, когда Эбби кормила кукабарр. Птицы тут же упорхнули на ветку и сердито защелкали клювами. Дедра уставилась на них, и Эбби никак не могла решить для себя, в чьем взгляде больше злости.
— Привет, Дедра. С днем рождения. Почему ты не предупредила меня о своем празднике?
Дедра никак не отреагировала на вопрос Эбби, а вместо этого задала свой собственный. За чем, видимо, и явилась.
— Что вор украл?
— Насколько мы поняли, ничего.
— Тогда зачем он приходил?
— Наверное, думал, что у меня гораздо больше драгоценностей. Я похожа на даму с диадемами и подобными вещами?
— Ты испугалась?
— Испугалась. А ты правда болела?
Дедра моргнула и уставилась на ноги.
— Ну, мне так показалось. Ба сказала, что я бледная. И вообще, ненавижу школу.
— Но ты ведь не знала, что вор собирался позвонить мне?
— Нет, нет, нет!
Эбби и сама не понимала, зачем задала этот вопрос, но столь бурной ответной реакции не ожидала. Бедняжка будто чувствовала себя виноватой в том, что произошло. Она так все близко к сердцу принимает.
Или она, сама того не желая, внесла свою лепту в этот незатейливый спектакль…
— Я видела тебя в новом платье. Ты у окна стояла. Просто шик!
— Что это значит?
— О, это значит — супермодно.
— О боже, я вовсе не хочу быть модной! — воскликнула Дедра. — Почему ты не подзываешь птичек назад?
— Они не спустятся, пока ты тут.
— Они меня тоже не любят?
— Глупышка! Кто еще тебя не любит?
— Дядя Милтон. — Голос девочки стал каким-то бесцветным. — Все время говорит, что меня надо в школу-интернат отправить. Постоянно сую нос не в свое дело. И все потому, что вчера я его кресло нашла. Я думала, что он там сидит, а его не было. Только подушки накиданы да одеялом закрыты. Очень на человека похоже. Я его в холл выкатила. — Она вспыхнула и поглядела на Эбби. — Я не виновата, что он в туалете засел. — Девчонка начала хихикать. — Он потом выбраться оттуда не мог, ведь кресло-то уехало! И начал Мэри звать. На своих палках он всего пару шагов пройти может. И вот теперь они говорят, что мне придется-таки в интернат отправиться, — подвела она итог. — А мое мнение таково — вся эта травля началась из-за маминой помады.
— Травля! Что за слово!
— Именно так поступали с мученицами, — объяснила Дедра, действительно войдя в образ мученицы. — Ты хоть ею пользуешься?
— Конечно.
— Это хорошо. Я рада, что вор ее не украл.
— Воры редко такие вещи берут.
— Ну, не знаю. Футлярчик-то золотой. Разве они не за золотом лезут? Накрасишься ею сегодня вечером, когда ко мне придешь?
— Ты меня приглашаешь?
— Если хочешь, конечно. — Дедра напустила на себя безразличный вид.
— Кто еще будет?
— Только домашние. Может, даже отец приедет.
— Твой оте… — Эбби резко развернула к себе девочку. — Ты это о чем? Ты не говорила, что твой отец домой вернулся.
— Домой он не вернулся, но он точно в Сиднее. Мама болтала с кем-то по телефону и говорит: «Рег вернулся…» — Светлые узкие глазки робко глянули на Эбби. — Это его так зовут — Рег.
— Но почему ты у матери не спросила? — удивилась Эбби. — Она бы наверняка тебе сказала.
— Да что толку? Никто мне ничего не рассказывает. — Дедра подняла камень и бросила в кукабарр. Птицы тотчас взлетели с ветки. — И я тоже не буду. Дядя Милтон в ярости, — захихикала девочка. — Взбесился.
— Из-за чего?
— Потому что в туалете застрял, из-за чего же еще. Но, честно говоря, в кресле было столько подушек навалено, что ему и сесть-то там негде.
И вдруг кукабарры, перелетевшие на безопасное расстояние, начали хохотать: «Xa-a, ха-а, ха-а, хо-хо-хо…»
— Дедра, — заволновалась Эбби, — ты все еще слышишь шаги по ночам?
— Иногда. Не всегда, потому что я ведь сплю. Но теперь я не уверена, старый Джок это или мой отец. Скорее всего, отец. — Она снова робко взглянула на Эбби. — Но тебе не обязательно верить мне. Я все время вру, так все говорят.
— А сейчас? Сейчас ты врешь?
В большом окне Моффатов появилось бледное лицо Мэри.
— Дедра! Дедра, уйди с солнца! Ты же больна!
— Дедра! Ты обманула меня, когда сказала, что думаешь, будто шаги по ночам принадлежат твоему отцу?
Вместо ответа, девчонка здорово передразнила смеющихся кукабарр.
— Увидимся вечером! — крикнула она на бегу, на маленькой лисьей мордочке — открытый вызов. Но Эбби заметила, что под этим вызовом кроется страх. По ночам ребенка явно мучают кошмары…
Это напомнило ей о своих собственных страхах, о том кольце неопределенности и сомнений, из которого она не видела выхода. И сомневалась она во всех и вся, включая собственного мужа…
Солнце снова нещадно палило с выцветшего небосклона. Эбби вышла в сад посадить прибывшие вчера кусты герани. Она давно запланировала провести вокруг дома нечто вроде границы, и земля была уже готова. Но задачка, тем не менее, оказалась не из легких. Все ящерицы уже попрятались, огромный паук тщетно пытался укрыться в тени камня. На геранях уже показались первые алые соцветия. В этой стране пастельных тонов днем с огнем не сыщешь. Все нарочито яркое, броское, даже земля и та красная.
Эбби все время ощущала на себе взгляд Джонка. Старик, наверное, злился, что вчера она отказала ему в работе, а сегодня сама взялась за изнурительный труд. И Моффаты тоже наверняка глазеют. Ну почему она отказалась, когда Люк предложил переехать? Почему позволила принести себя в жертву привязанности Люка к выстроенному по собственному плану дому? К чему все эти самопожертвования? Ведь в конце концов это место раздавит ее. Девушка пребывала в полной уверенности, что так оно и будет. Не может же она всю жизнь прожить как золотая рыбка в аквариуме, за которой наблюдают, над которой потешаются и которой все время перемывают косточки. Надо было сразу бежать отсюда и Люка от этого проклятого места оторвать.
  
Но вчера она просто поддалась минутному импульсу, не желая добавлять хлопот и без того встревоженному Люку.