Любовь в стране эвкалиптов

На лице Люка промелькнуло какое-то непонятное выражение, и он сердито затушил окурок в пепельнице.
— Думаю, ты недооцениваешь мою женушку, Милтон. Если уж она что вбила себе в голову, ее не переспорить.
Он явно намекал на нарушенное обещание, и от Эбби не ускользнули горькие нотки в его голосе. Ему ее обманывать можно, но вот ей его — ни в коем случае.
— Мне не нравится, когда меня держат в сторонке, — выложила она начистоту. — Я как посылка какая-то: поставили штамп и послали по адресу. И не смей сопротивляться. Мне это не по душе.
  
Милтон подкатил к Эбби, взял ее за руку. Рукопожатие вышло неожиданно крепким, и ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы не отпрянуть.
— Ты абсолютно права, Эбби. Не позволяй Люку так с тобой обращаться. — И он захохотал. — Ну как, Люк?
Люк поджал губы, и Эбби показалось, что он на грани срыва и вот-вот выйдет из себя, как это иногда случается. Она затаила дыхание, моля Господа, чтобы это произошло. Неужели он не возмутится хамством Милтона, неужели эти люди имеют над ним столь сильное влияние?
Но видно, так оно и было, поскольку через мгновение Люк справился с собой, пожал плечами и с наигранной веселостью заявил:
— Ладно, ладно, Эбби. Ты победила. Только потом не говори, что я тебя не предупреждал, и не жалуйся.
— Ну и вечеринка у меня! — надулась Дедра. — Болтовня одна. Почему бы нам не поиграть во что-нибудь и тому подобное?
— Или не выпить? — поддержала ее Лола. — Прекрасная идея! Нам всем это просто необходимо. Я сейчас торт принесу, Дедра, милая моя, ты его разрежешь, а потом — спать!
— Спать! В день рождения!
— День рождения уже кончился, сладкая моя. Посмотри на часы! Время — десять вечера. Не забывай — завтра в школу. И запомни: чтобы утром никаких отговорок. Так что будь умницей, слушайся мамочку.
— Я все равно не засну, — пробубнила Дедра. — Вы все тут бродить будете. Я же говорила тебе, что не могу спать, когда люди по ночам ходят.
— У нас привидение завелось, видите ли. — Лола поглядела на Эбби. — Вы с Дедрой — два сапога пара, милая.
Она заливисто рассмеялась и принялась смешивать коктейли.
Дедра вскочила и начала расхаживать взад-вперед.
— Вот так! — заявила девочка.
Милтон побледнел и насупился:
— Ребенок просто невыносим, Лола. Это уже не смешно. Сколько раз вам повторять — ее надо в интернат отправить. Девчонка не только врет все время, она и вести себя толком не умеет. Пора научить ее хорошим манерам.
— Это мой дом, Милтон, — взвилась старая миссис Моффат, нервно перебирая бусы худенькими пальчиками. — И я не позволю отослать отсюда Дедру, хочешь ты… — Несколько мгновений ее вытянутые к вискам карие глаза держали взгляд зятя, но потом старушка сдалась и отвернулась. Губы ее дрожали. Она просительно поглядела на Мэри, ожидая поддержки, но та стояла и молча улыбалась. Мэри перед Милтоном — словно удав перед кроликом, подумала Эбби.
— Не суетись, мама, — ввернула Лола. — Ты же знаешь, в данном случае Милтон прав. Дедра совсем от рук отбилась. Я постоянно на работе торчу, мне ею заниматься некогда, а вас она запросто вокруг пальца обвести может. Так ведь, сладкая моя? — обернулась она к девочке. — Беги за тортом, милая. Все готово. А потом в кровать, и без выкрутасов, а то Эбби решит, что мы только и делаем, что грыземся.
Она не сказала «Эбби с Люком». Видно, Люк уже прекрасно изучил повадки этого семейства и ему было все равно.
— Вот твой стакан, мама. Эбби? Сухого мартини? Только предупреждаю, я коктейли на американский манер делаю. Давайте повеселимся!
Загорелая кожа, непослушные светлые волосы, стройное тело — не женщина, а конфетка. И все же загадочный муж Лолы не явился на день рождения Дедры. Только ли потому, что ему велено держаться подальше?
Эбби попробовала напиток, а потом залпом проглотила содержимое стакана, понимая, что Лола права — это единственный способ развеяться. Чего зря расстраиваться, тревоги все равно ни к чему не привели.
Дедра, скрывая удовольствие, задула свечи и с серьезным выражением лица разрезала торт. И потом все-таки побрела к себе, повинуясь беспрестанным понуканиям матери.
Но когда несколько минут спустя зазвонил телефон и Лола пошла ответить, девчонка ухитрилась поднять трубку первой.
— Немедленно дай сюда! — послышались из холла крики Лолы. — Сколько раз тебе повторять — никогда так не делай! Надо взрослых позвать! Быстро наверх!
Эбби отставила стакан. Вино ударило ей в голову, но радости она не ощутила, только безразличие к мнению других. Девушка заявила, что отправляется наверх, пожелать Дедре спокойной ночи.
— Это же ее день рождения, в конце концов. А мы весь вечер только и делали, что друг к другу цеплялись.
— Ей очень понравился твой подарок, милая, — сказала миссис Моффат. — Но я согласна с Милтоном, девчонку пора призвать к порядку.
— Она одинока, только и всего, — выдала Эбби. — Я знаю, сама в детстве такой была.
Дедра сидела в кровати и играла с качелями. Она раскачивала маленькую фигурку и приговаривала:
— Роуз-Бей — не женщина, это место такое… О, привет, Эбби. Я уже большая. Меня не надо целовать на ночь.
— Что ты там про Роуз-Бей говорила? — заинтересовалась Эбби.
— Кто-то позвонил и спросил: «Это Роуз-Бей?» — захихикала Дедра. — Я похожа на Роуз-Бей? Дома, магазины, песок, море, качели. Да. Даже качели…
Девочка крутанула маленькую фигурку. Перевозбудилась, скорее всего, вот и несла ахинею.
— Ложись-ка ты спать, — улыбнулась Эбби. — Очень хороший день рождения у тебя получился. И торт ты разрезала — просто чудо.
— Но отец так и не пришел.
— Ты же выдумала насчет отца, правда?
— Сама не знаю, — смутилась Дедра. — Не знаю.
Поддавшись внезапному импульсу, Эбби склонилась и поцеловала несчастное личико.
— Ложись, милая. Ты устала.
Дедра послушно легла, и Эбби погасила свет.
— Эбби, ты с Дедрой? — позвала Лола. — Иди к нам, выпей еще. Вечер только начался.
— Сейчас! — крикнула Эбби. — Что такое, Дедра?
— Думаешь, ему мисс Роуз Бей была нужна? Мисс Роуз Бей. Что за имя!
Надо же, какая неожиданная мысль, подумала Эбби по пути в комнату миссис Моффат, куда отправилась привести себя в порядок. Роуз Бей — это женщина…
Она сидела перед затуманенным временем зеркалом и размышляла о том, что по сравнению с Лолой действительно казалась слишком бледной и слишком нежной, хрупкой даже. Если здесь кого-то и можно назвать Роуз — Розой, то только ее. Лола — золотая тигровая лилия, миссис Моффат — коричневая австралийская борония с тяжелым запахом. Мэри — вообще никакая…
Задумавшись, Эбби потихонечку побрела вниз и поняла, насколько тихо ступала по лестнице, только когда услышала голоса Люка и Лолы.
— Для меня это не менее важно, чем для тебя, — говорил Люк. — Кроме того, я собираюсь подзаработать. У меня ведь теперь жена есть.
— Не будешь покупать ей дорогие цветы, — зло засмеялась Лола.
Голоса стихли. Эбби с места двинуться не могла, в сердце словно иголку воткнули.
Значит, она слишком дорого обходится. А вчерашние цветы простая формальность, чтобы держать ее в счастливом неведении, чтобы рот заткнуть…
Глава 11
Эбби немного постояла во дворике, глядя на переливающуюся в лунном свете реку. Лодка Джока мирно покачивалась на волнах. Прохладный бриз лениво шелестел листвой. Эбби сделала глубокий вдох, стараясь отогнать от себя дурные мысли и избавиться от навалившейся усталости.
Люк тихонечко подошел к ней и встал рядом.
— Я ничуть не жалею, что нарушила свое обещание не ходить на Кросс, — проговорила она, не поворачивая головы, — только проку от этого все равно мало. Я лишь еще больше запуталась.
  
— Это не важно, Эбби, — нежно прошептал Люк.
«Слишком поздно для нежности», — подумала она и развернулась к Люку:
— Не знаю, во что вы там с Лолой вляпались, но, если виной всему только деньги, я тебе этого никогда не прощу. Никогда! А теперь… я больше не желаю переливать из пустого в порожнее.