Любовь в стране эвкалиптов

Она тут же подскочила к аппарату, уверенная, что это Люк.
Однако ответил ей совершенно незнакомый голос, довольно высокий, похожий на женский, но Эбби инстинктивно почувствовала, что он принадлежит мужчине.
— Это маленькая леди в красном? — захихикали в трубке.
У Эбби каждый мускул напрягся.
— Вы не туда попали. — Каким-то чудом ей удалось ответить без дрожи в голосе.
  
— Туда, туда, — отрезал голос, и в трубке щелкнуло.
Когда через несколько мгновений телефон снова зазвонил, Эбби все еще стояла у аппарата и от неожиданности подскочила на месте. Кто на этот раз? Наверняка Люк. Не рыбоглазый же над ней издевается! Отчего-то она нисколько не сомневалась, что предыдущий звонок принадлежал именно ему — мужчина проверял, где она живет. Проследил за ней до самого дома… или достаточно далеко, чтобы примерно предположить, кто она такая.
Но на этот раз звонила Лола, приглашала их с Люком заглянуть вечером на чашечку кофе.
Эбби собралась с мыслями и ответила совершенно нормальным голосом:
— Не могу ничего пообещать, Лола. Люка еще нет. Он в Парраматта уехал, по делам.
— Знаю. Скунс противный, пришлось на пароме домой тащиться. Но он ведь не слишком задержится, правда? Приходите, ладно? — Она понизила голос. — Вы нас очень обяжете. Милтон не с той ноги сегодня встал и уже извел бедняжку Мэри.
— Я позвоню, когда Люк вернется, хорошо?
— Конечно. Чем сегодня занималась? Мама говорит, ты в город ездила.
Снова-здорово! Вечно эти соседи суют нос не в свое дело, но на этот раз Эбби вознамерилась не поддаваться обидам. Кроме того, ей очень хотелось поболтать хоть с кем-нибудь. Слишком уж долго она все в себе держала.
— Да, ездила, на Кросс. Лола, ты не знаешь, что за фирма производит помаду, которую мне Дедра подарила?
— Понятия не имею, сладкая моя, я ведь не знаю, какую именно она тебе отдала. Мы у разных компаний закупки делаем. Меня вместо подопытной морской свинки держат, должна все на себе испытывать. Да ты сама поглядела бы.
Лола была не в курсе, что футлярчик давным-давно похоронен в мусоропроводе, а Эбби не собиралась выдавать ей свои семейные тайны.
— К ней была бумажка привязана, но я ее случайно выкинула. (Эбби уже искала в мусорном ведре, но утром все бумаги из него выбросили.) Я уверена, что там было написано «Компания «Роуз-Бей косметикс». Во всяком случае, именно это название бросилось мне в глаза сегодня на Кингз-Кросс, я даже зашла посмотреть. Но там ничего не оказалось, только пустая комната да какой-то подозрительный тип.
— Господи помилуй! — воскликнула Лола. — Как странно! Ты Люку рассказывала?
— Я его еще не видела.
— На твоем месте я бы непременно рассказала ему, как только он домой вернется. Вот увидишь, он тебе лекцию прочтет о том, что нельзя заходить в незнакомые здания на Кросс. Кстати, с чего это ты отправилась «Роуз-Бей» разыскивать?
— Да я и не разыскивала ее, просто увидела знакомое название, вот и заглянула. В Лондоне я статьи о косметике и моде писала, решила и тут счастья попытать, надо же себя хоть чем-нибудь занять. А когда подумала об этом необычном привкусе помады…
На плечо Эбби легла рука.
— О каком еще привкусе? — рявкнул Люк.
Эбби судорожно вдохнула.
— Что с тобой? — послышался резкий голос Лолы. («Как будто Лола ожидала чего-то», — пришло ей в голову немного позже.)
Эбби удалось засмеяться:
— Да это Люк меня до смерти перепугал. Я не слышала, как он вошел. Люк, Лола приглашает нас к себе на кофе.
— Ладно, — бросил Люк.
Почему он не сказал, что слишком устал или занят? Или не придумал еще чего-нибудь, чтобы показать, что хочет провести этот вечер наедине со своей женой? Но он тоже наблюдал за ней, и надо сказать, во взгляде его не было даже намека на удовольствие от того, что он оказался дома в ее обществе. Скорее задумчивость. Но возможно, шок пока еще читался на ее лице. Она чуть не рассказала Лоле о странных результатах ее визита на Кросс.
Пообещав Лоле прийти, Эбби положила трубку.
— Чего ты на меня так уставился?
— Что ты говорила Лоле об этой чертовой помаде? Расстроена, что я не разрешил тебе пользоваться ею?
Эбби проигнорировала его тон и вместо этого вывалила на него свои собственные проблемы:
— Люк, мне только что кто-то звонил. Один из тех ужасных анонимных звонков, но этот человек точно знал, кто я такая, потому что он назвал меня «маленькая леди в красном». И он прав, сегодня я действительно была в красном костюме.
— Расскажи-ка мне поподробнее, — изменился в лице Люк. — С самого начала. Куда это ты ходила в красном костюме?
Эбби снова пересказала свою историю, добавив, что уверена — звонил именно рыбоглазый.
— То ли он с самого начала догадался, кто я такая, то ли выследил меня. Хотя на паром со мной он не садился, в этом я абсолютно уверена.
Люк слушал внимательно, его глаза подернулись задумчивой пеленой.
— Было бы по поводу чего поднимать такой шум! — только и сказал он. — Что с того, что тебе понравился вкус этой дурацкой помады? Не знал, что женщины любят есть свою помаду! И кстати, почему ты мне об этой работе ничего не говорила? Мне, значит, знать не обязательно?
— Хотела сделать тебе сюрприз. И… — остановилась она.
— И — что?
— Люк, ты только не обижайся, но ты настолько погружен в свою работу, что временами я думаю — а интересно ли тебе вообще, чем я тут целый день занимаюсь? Этот лодочник проклятый мне на нервы действует. И Дедра постоянно круги нарезает, и я тут никого, кроме Моффатов, не знаю. Я… Мне кажется, это все от одиночества.
— А я ничего не замечал, — подытожил Люк. — Выходит, у тебя нечто вроде мании развилось, воображаешь, что люди наблюдают за тобой и преследуют тебя.
— Но этот странный человек вовсе не плод моего воображения, — резко оборвала его Эбби. — Он велел мне убираться подобру-поздорову. Почему, если только я не влезла во что-то весьма подозрительное? Зачем ему понадобилось следить за мной? Или я увидела что-то, что ни в коем случае не должна была видеть? И долго он еще меня преследовать будет, Люк? Пока не убедится, что я не сую свой любопытный нос куда не положено?
Люк поднялся, направился к бару и принес Эбби крепкое виски.
— Выпей-ка. Тебе надо. И не стоит делать скоропалительных выводов. Женщины все такие. Понимаю, тебя встревожил этот странный телефонный звонок, но с чего ты взяла, что звонил именно тот парень, рыбоглазый, как ты его называешь? Может, просто кто-то видел, как ты идешь по улице в красном костюме? В конце концов, на тебя приятно посмотреть, милая моя.
Люк явно старался произнести эту речь с легким сердцем, но ему это не слишком хорошо удалось. Лицо оставалось чересчур мрачным.
— Кстати, тебе пора немедленно избавляться от своего комплекса, что за тобой постоянно наблюдают, Эбби. Я понятия не имел, что тебе так плохо. Знаю, Джок и вправду действует на нервы, но с этим мы поделать ничего не можем. Река нам не принадлежит, и граммофон свой заводить ему никто запретить не может. Что до Моффатов, ты им нравишься. Они на самом деле хотят с тобой подружиться.
— И Лола тоже? — вырвалось у Эбби.
Люк посмотрел на нее исподлобья:
— И Лола тоже. Она милая девушка, просто ей не повезло в жизни.
— Хочешь сказать, никакого мужа у нее отродясь не было? Она всю эту историю только ради Дедры выдумала?
— Я вовсе не хотел этого сказать. Насколько мне известно, муж Лолы действительно в Штатах. Собирается ли он возвращаться, нет ли — не наше дело, но я верю в его существование, и советую тебе выбросить это из головы.
— Мне все равно, хуже от этого я к Лоле относиться не стану, — пробормотала Эбби. Девушка заметила, что отразившаяся было на лице мужа симпатия моментально исчезла, и решила добавить: — Наверное, я просто пока еще не слишком к австралийцам привыкла. Не забудь, ты в этой каше гораздо дольше меня варишься.
  
— Если уж ты начала обобщать, то нечего к Лоле привязываться. Хочешь, чтобы я заверил тебя, что она для меня всего лишь милая соседка, и не более того?