Научи меня любить

Это она есть не хотела или я испортила ей аппетит? В любом случае мне должно быть всё равно, но грусть берёт своё. Сегодня мой праздник, а я одна. Была рада даже непутёвой сестре, но теперь и та уходит.
Наблюдаю, как Мари, виляя бёдрами, движется на выход, а вслед ей смотрят с какой-то усмешкой. Странно. Неужели не понравилась?
– Знаете, юная леди, ваша сестрица ещё та стерва, – вдруг звучит бархатный голос за спиной, и я резко оборачиваюсь.
  
Мужчина лет сорока в деловом костюме сидит в кресле спиной ко мне и, попивая кофе, изучает что-то в своём телефоне.
Я даже начинаю думать, что ослышалась. Но симпатичный шатен неожиданно продолжает:
– Она всегда такая или только по праздникам? – Что?!
Не дождавшись ответа, мужчина разворачивается и с интересом смотрит на меня.
– Судя по вашему молчанию, она такая постоянно. С Днём рождения, кстати. Простите, подслушал. Хотя не услышать её тираду было сложно.
Теперь мне становится стыдно. Неловко вышло.
Пожимаю плечи и, слегка улыбнувшись, киваю. Хоть кто-то поздравил с праздником.
– Позволишь? – спрашивает, вставая, и, опять не дождавшись ответа, пересаживается ко мне за столик. Это ещё что такое? Или ему Мари понравилась? А что, стервочки тоже в цене. Вот сейчас от меня и попробуют узнать, во сколько это чудо может обойтись.
Киваю, показывая на стол, за которым могут поместиться семеро, но больше к нам никто не подходит. Правда, вдруг появляется официант, которого ранее не было видно.
– Доброе утро. Чего желаете?
Быстро показываю на строчки с сырниками, салатом и кофе. Парнишка если и удивляется, то тайком. Быстро повторяет заказ и удаляется. А вот новый знакомый изучает меня с интересом.
– А ты немногословна, – произносит деловито, проходя по мне цепким взглядом. С усмешкой поджимает губы, когда видит мои пушистые ботиночки. Да, не шпильки, зато тепло.
Беру блокнот и быстро строчу ответ:
Зато вы очень любопытны. Почему?
Показываю листок мужчине, и его брови взлетают вверх.
– Полагаю, такой способ общения неслучаен? Болеете?
Ухмыляюсь и почему-то, впервые не стесняясь, отодвигаю край водолазки и показываю шрам. Может, теперь он отстанет? Не нравится мне столь пристальное внимание, да ещё от такого экземпляра.
Сосед по столику хмурится, но не более. Я не вижу привычного презрения или жалости. Просто ничего. Словно он принял этот факт – и всё. Странно. И так ново.
– Значит, ты не говоришь совсем. И это не временная прихоть.
Киваю и вздрагиваю, так как возвращается официант с моим заказом. И с бонусом!
Красивое воздушное пирожное из сливок и фруктов смотрится очень аппетитно. Но улыбаюсь я, когда вижу зажжённую свечку. Давненько мне такие радости не преподносили.
– С Днём рождения, Алиса. Надеюсь, ты примешь подарок, – вдруг произносит сосед, вставая.
Так это от него? Но почему? И откуда он знает моё имя? Мы знакомы?
– Кстати, хотел дать совет. Воспользуйся моментом и утри нос сестре. Сходи в магазин и оторвись! Всё-таки это твой праздник – не её. Купи на память дорогую вещь. Ведь восемнадцать исполняется лишь раз в жизни. – Тут он усмехается, и я замечаю, что из-за столов встали и все остальные мужчины в костюмах.
И что странно, все они смотрят на меня с каким-то теплом. Что происходит?
– Меня, кстати, зовут Олег. И до встречи!
Мне весело подмигивают и удаляются, а я остаюсь одна! Да что происходит? Кто это был и что значит «до встречи»?
Но тут взгляд падает на праздничное пирожное, и я вспоминаю слова мужчины и его совет. Внутренний голос, который обычно не спорил и был вялым, вдруг начинает бунтовать и требовать справедливости.
Да, этой мой праздник! И деньги отец дал мне! А значит, я буду решать, как их потратить.
Итак, что бы купить и где?
 
Глава 4
 
Богдан
Голова гудит, тело ломит, глаза еле раскрываются. Что за чёрт? Я что, напился и теперь с похмелья? Но это невозможно. Я знаю свою дозу и всегда держу себя в руках. Молчу о том, что оборотни в принципе редко пьянеют. Тогда почему я чувствую себя так, словно меня переехал каток?
Хочу потереть лицо, но не получается, так как рука замирает в нескольких сантиметрах от лица, и я отчетливо слышу звон цепей. Покушение? Меня поймали?
От такой мысли резко прихожу в себя и даже сажусь, чтобы замереть, увидев Германа!
Тот сидит у кровати и хмуро буравит меня взглядом, а я почему-то голый и скован!
– Если это шутка, то она несмешная, – рычу, дёргая за кандалы.
– Верно. Парни, которых ты отправил в больничку, полностью с тобой согласны. – Что?!
Мой пыл как рукой снимает, и я пытаюсь вспомнить, что же произошло.
Перелёт, встреча с Олегом, отель, лифт. Кажется, там были две девушки… А дальше тьма.
– До какого момента помнишь?
– До лифта. Незнакомки, а дальше туман.
Помощник кивает головой, принимая мой ответ, и тут открывается дверь, впуская довольного Олега. Но, увидев меня, тот хмурится и застывает.
– Он в сознании? Принести дротик? – Серьёзно? Меня хотят усыпить как собаку?
– Всё хорошо, он с нами и адекватен. У тебя как дела?
– Норм. Пообщался вживую, узнал немного интересного. Отправил прогуляться. Естественно, под присмотром. Но решение принимать не нам. – И оба друга переводят взгляд на меня.
– Так, что я пропустил? Что за загадки? И что вчера было? Не просто так ведь вы связали Судью! – Дёргаю за цепи, но те и не думают ломаться.
– Мы связали друга, который слетел с катушек! И скажем честно, сделать это было непросто, – говорит Олег, подходя ближе, и садится в пустующее кресло около кровати. Они что, всю ночь так дежурили?
– Ближе к делу. Вы чего темните? – Чувствую недосказанность. И что там за решение, которое могу принять только я?
– Богдан, ты разнёс лифт, а потом номер, в котором мы пытались тебя образумить. Пострадало шесть ребят. Твоих и моих. Скажу сразу, с ними всё хорошо, но вернутся к нам они не раньше, чем через неделю. Твой медведь знатно их пожевал.
Так мой зверь взял вверх?
– С чего вдруг сущность так среагировала?
Друзья переглядываются, а потом до жути довольный Герман сообщает:
– Ты встретил истинную пару! – Что? Пару? В лифте? Так та рыжая – моя женщина? Но она человек. Это невозможно!
Усмехаюсь, потом начинаю посмеиваться, но в душе всё холодеет. Бред!
– Я не верю! Не могла женщина так снести мне крышу. Олег, у тебя ведь истинная. У вас так же было?
Друг складывает руки в замок и качает головой.
– Нет. Но моя пара – не человек, и ей не семнадцать. Богдан, я слышал, что бывают случаи, и частые, когда зверь временно слетает с катушек, находя свою единственную, если та молода. Слишком. У нас срабатывает инстинкт. Хочется защитить! Не пометить, а именно сберечь дитя!
– Моя пара – ребёнок? Серьёзно? – Картинка начинает складываться, и она мне не нравится. Но уже есть ответы. И это главное.
– Не совсем. Сегодня ей исполнилось восемнадцать. А значит, больше подобной выходки не будет, – выдаёт Герман, вставая, и берёт со столика небольшую папку. Потом возвращается к кровати и передаёт документы мне.
– Мы ночью пробили девушку. Тут всё, что нашли.
Я быстро листаю пару страниц и усмехаюсь. Это всё? Хотя чего ожидать от девочки, прожившей так мало? Только школу закончила, живёт с отцом, мачехой и сводной сестрой. Родная мать умерла. Занималась танцами, музыкой и так по мелочам. Куча медицинских выписок. Но я не удивлён – люди часто болеют. В деле есть фото, и я кривлюсь, не примечая ничего интересного. Маленькая, невысокая, невзрачная, серая. Глаза красивые, но пустые.
  
– Это не может быть моя пара. И не потому, что она человек. Я знаю, такие браки случаются. Просто, парни… Ну не ёкает у меня ничего. Она же пустая, некрасивая. А разве я не должен слюни пускать и желать её?
Теперь друзья переглядываются задумчиво.
– Совсем ничего? – удивляется Олег и забирает у меня дело. Может, они ошиблись?