Круг пятый (СИ)

— Н-не п-подходи! Я её убью! — заикаясь стал угрожать незнакомец.
— Отпусти девчонку! И я обещаю тебе, что пальцем тебя не трону!
Мужик был весь в сомнении. До этого у него был вполне себе уверенный такой вид. И даже слегка самоуверенный. Но после того, что он увидел… А что, собственно, он увидел? Как два его подельника просто-напросто исчезли, растворившись в воздухе, как дым от костра. Н-да… Похоже, что он впервые попал в ситуацию, когда не он главный гамадрил на поляне.
  
— Ну, что? Ты же не хочешь попасть туда, куда провалились твои подельнички. Отпусти её!
— А где они? — боязливо спросил он меня.
— В аду. — спокойным голосом ответил я.
— Но как?
— Вот так. — нейтрально ответил я.
Забалтывая его, я подошёл достаточно близко, так что видел даже бисеринки пота на его лбу. А ещё я заметил, что сейчас он уже держит нож не вплотную к Машкиному телу. Я слегка шевельнул правой рукой, и мужик исчез, присоединившись к своим корешам.
Лишённая какой-либо опоры Машка, сразу же упала на землю. Ира бросилась к ней и схватив в охапку приподняла на руки.
Да… Что там говорить… Ирина у нас настоящая валькирия. Силушкой её бог не обидел. Уж не знаю, что бы она сделала с этими охальниками, если бы оказалась на месте Машки. Наверное, отняла бы ножик у кого-нибудь из них, и нашинковала бы их на кучу мелких кусочков.
Я подошёл к ним, и попросил Иру.
— Отпусти Машу! Я осмотрю рану.
Машку мелко трясло, как в ознобе. Ранка была не глубокая. Так… кожа слегка повреждена. Я наложил руку на её грудь и послал импульс на излечение… Кровь перестала идти, а кожа на месте раны затянулась. С каждым разом лечить такие раны у меня получалось всё легче и легче. Вот, что значит постоянная практика.
— Ты бы оделась, Машенька! А то ещё кто-нибудь прибежит, польстившись на твою голую попку.
— На себя посмотри! — тут же огрызнулась рыжая вредина и освободившись из объятий Ирины, скрылась в палатке.
— Чего это она? — не понял я, хотя искренне порадовался, что она перестала трястись и более-менее пришла в норму.
— Тебя испугалась. — ответила мне Ира. — Я понимаю этих горе-охотников. Если бы на меня попёр такой герой, я бы тоже испугалась.
Она посмотрела на низ моего живота.
Мама дорогая… Какого лешего? С какого бодуна и в какой момент я так возбудился. И куда мне теперь девать этого «стойкого оловянного солдатика»?
— Максим! Вот твоя одежда! — протянул мне мои вещи князь. — Я прихватил, когда побежал за тобой.
— Спасибо! — поблагодарил я его, уже натягивая штаны.
В это время из палатки выбралась уже одетая Мария. Она молча подошла ко мне и крепко обняла. Не просто обняла, а крепко-накрепко вцепилась в меня.
— Прости меня, Макс! Я дура. Всё из-за меня. Я буду тебя слушать! Всегда-всегда. Я буду для тебя кем хочешь, только никогда меня не бросай, пожалуйста…
Ну, вот. Ребёнок снова разрыдался. Я понимал, что эта истерика — некий отходняк, после полученного стресса. Но я не знал, что с этим делать. Если бы какого мужика так проняло, то я бы налил ему стакан водяры, и всех делов-то. Но как там у классика? «Разве я могу предложить даме водку. Выпейте! Это чистый спирт.» Но и спирта под рукой тоже не было.
— А что ты будешь делать с этими? — спросил меня Олег.
— Как обычно. Отнесу подальше, да прикопаю поглубже. Только вот трофеи с них соберу, и прикопаю. А ружья и ножи нам пригодятся. Что с бою взято, то свято! Ну а нам с тобою пригодится, может быть. Мы же на войну собрались.
Я отодвинул от себя Машку и посмотрел ей в глаза.
— Успокойся! Всё уже позади. Я с тобой.
— Угу. — шмыгая носом ответила она.
— И, кстати, пора уже нам собираться. А то, что-то подзадержались мы в этом лесу. Так что я сейчас пойду прогуляюсь, а вы собирайте все наши вещи. Я потом их приберу и уберу.
— Я пойду с тобой! — решительно заявил Олег.
Я достал из хранилища пистолет, и протянул его князю.
— Оставайся с девчонками. Вдруг их было больше. Может кто-то из браконьеров отстал и сейчас подойдёт…
— Понял. — чётко ответил мне корнет Лейб-Гвардии Гусарского полка Его Императорского Величества, принимая у меня из рук оружие.
Как обращаться с пистолетом Макарова он уже знал. Мы с ним не раз уже чистили оружие, и даже немного пострелять успели. Ну, что могу сказать. Он стреляет даже лучше меня.
* * *
Злодеев я вытряхнул подальше от нашего лагеря. Они уже давно были мертвы. Живые существа не могут долго находится в магическом хранилище. Только Машкин призрак какое-то время там мог нормально существовать. Да и то, во время перехода через портал она снова ожила, и потому чуть снова не умерла у меня в закромах… Пришлось мне её тогда откачивать, да в чувство приводить.
В трофеи мне достались три ножа, три ружья и куча патронов к ним. В основном картечь и жаканы. Запасные патроны были и в небольших заплечных мешках, что у каждого из них были за спиной. Обычный армейский сидор. Но чужие портянки и нехитрая еда меня не заинтересовали. Поэтому я взял только патроны. Всё оружие с боеприпасами я прибрал обратно в хранилище. Потом с ним будем разбираться.
Я изъял из земли кубометр грунта прямо с дёрном. А потом ещё кубометр, чтобы углубить общую на троих могилку. Побросав трупы в яму, я накрыл их только первым кубиком. Тем. Что был с травкой. Получилось почти незаметно. Ну а вторую часть грунта я высыпал по дороге к лагерю получилось нечто похожее на пустующий муравейник или на остатки от земляных работ крота. Ну о-очень большого крота…
* * *
Вернувшись в лагерь, я застал всех в процессе сбора наших походных вещей. Суета сует. Вот как можно было охарактеризовать всё это муравьиное копошение на полянке. Пришлось вмешаться.
Я просто подходил к кому-нибудь из нашей команды и забирал в хранилище то, над чем возился тот или другой участник этого мероприятия. Постепенно. Вещей на полянке становилось всё меньше и меньше, пока они совсем не кончились.
— Ну, что, други мои! — обратился я к присутствующим с проникновенной речью. — Все готовы.
Молчание было мне ответом. Все смотрели на меня с немым вопросом.
— Ну, тогда раздевайтесь! — обратился я ко всем сразу.
И если Олег всё понял и стал снимать с себя современную во второй половине двадцатого века, но абсолютно неуместную в начале того же века одежду, то девушки меня явно не поняли.
— Девочки мои! А вас мой приказ не касается. Или вы собрались в этих шмотках щеголять и там, в прошлом?
Наконец-то до них дошло, что приказ раздеваться это не моя прихоть, нужная лишь для того, чтобы я полюбовался на их голенькие тела. Хотя что я там ещё не видел у них…
— И ещё. — добавил я. — Одевайтесь потеплее. Не на Северный полюс, конечно, собираемся, но всё-таки… Лучше перестраховаться заранее. Если я не угадал, и будет тепло, лишнее шмотьё проще снять, чем мёрзнуть, как цуцики…
А пока все раздевались, я стал извлекать из хранилища нужную одёжку. Для князя, его же вещи, в которых мы его и забирали из четырнадцатого года. А для себя и девчонок, я извлёк ту же самую военную форму со множеством карманов и тёплые тельняшки, что мы набрали на складе десантной части в Литве в девяностом году. Придётся потом опять объяснять современникам Великого князя, что мы путешественники и прибыли с Аляски. Правда в прошлый раз не все нам особо и поверили. Но на этот раз у нас есть козырь, в виде княжеской особы, который постарается подтвердить нашу легенду.
Не знаю, поняли ли мои спутники, кто такие цуцики, но все послушно стали утепляться, следуя моему совету.
  
Когда все, в том числе и я были готовы и обмундированы, я достал из хранилища наш переносной прибор для организации портала — старинное зеркало на резной деревянной тумбе. Эта мебель дико смотрелась на поляне, посреди дикого леса, но что поделать… А тем более, я надеюсь, что нас никто не видел, наблюдая из кустов.